«Гундича-марджан лила-рахасья» (на русском и английском языках). Перевод комментария Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура к «Шри Чайтанья-чаритамрите» (Мадхья-лила, 12.135), в котором он объясняет тайну уборки храма Гундича

Шрила Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур

Гун̣д̣ича̄-ма̄рджан лӣла̄-рахасйа

Тайна игры очищения храма Гундича

Перевод комментария Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура
к «Шри Чайтанья-чаритамрите» (Мадхья-лила, 12.135),
в котором он объясняет тайну уборки храма Гундича.

(http://www.gaudiyadarshan.com/posts/sri-gundicha-marjan-lila-rahasya/)

 

Посредством этой игры джагад-гуру Шриман Махапрабху учит, что если удачливая душа желает усадить Кришну на алтарь своего сердца, то она прежде всего должна очистить сердце от всей скверны. Безупречно чистое, умиротворенное и исполненное преданности сердце — непременное условие. Если какие-либо «кусты», «сорняки», «пыль» или «песок» — анартхи — остаются на «поле» сердца, тогда Господь, Высший принимающий всякое служение, не может там пребывать. Скверна и сор в сердце — это анйа-абхила̄ш̣ (желания, несовместимые с преданностью), карма (мирская деятельность), джн̃а̄на (спекулятивное знание), йога и так далее. Шрила Рупа Госвами Прабху сказал:

анйа̄бхила̄шита̄ ш́ӯнйам̇, джн̃а̄на-карма̄дй ана̄вр̣там
а̄нукӯлйена кр̣ш̣н̣анушӣланам̇ бхактир уттама̄

(«Бхакти-расамрита-синдху», 1.1.11)

«Всегда, когда вечная и естественная склонность души к преданности затмевается желаниями, чуждыми преданности, а также спекулятивным знанием, мирской деятельностью, йогой, аскетизмом или любой ментальностью, несовместимой с преданностью, чистая преданность отсутствует. А без чистой преданности, которая по природе своей совершенно духовна, Кришна не является».

Желание, чуждое преданности: «До тех пор, пока остаюсь в этом мире, я буду заниматься исключительно удовлетворением своих чувств». Это низменное желание, подобно колючему кусту, раздирает хрупкое стремление чистой души к безраздельной преданности (кевала-бхакти). Мирская деятельность: «Посредством благочестия, жертвоприношений, благотворительности и аскез я буду наслаждаться радостями этого мира и высших миров, таких как Сварга». Такая корыстная деятельность подобна пыли. В вихре цикла кармы тучи этой пыли, то есть желаний, покрывают незапятнанное и чистое зеркало сердца.

Желания, относящиеся как к «хорошей», так и к «дурной» деятельности, подобно бесчисленным горам пыли, осквернили сердца душ, которые на протяжении многих рождений сохраняют отвращение к Господу, и потому стремление к мирской деятельности не оставило их сердца. Души, испытывающие отвращение к Господу, думают: «Похоже, что колючку вынимают с помощью колючки». Однако подобное представление ошибочно. Люди, его питающие, лишь обманывают себя. Как слон обмазывает свое тело грязью сразу же после того, как его помыли, так и стремление к мирской деятельности невозможно устранить, занимаясь мирской деятельностью. Лишь посредством чистой преданности все трудности души сходят на нет. Тогда алтарь чистого сердца души становится местом, достойным того, чтобы там пребывал Господь. Поэтому поэт-преданный сказал в одной из своих песен: бхактера хр̣дайе сада̄ говиндрера виш́ра̄ма — «Сердце преданного всегда служит местом пребывания Говинды».

Йога, основанием которой служит монизм, и усилия на ниве спекулятивного знания подобны песку. Эти явления сродни попыткам пронзить тело Господа копьем, не говоря уже о том, насколько далеки они от служения Господу или попыток Его удовлетворить. Хотя в начале своего поиска недифференцированного Брахмана искатели освобождения могут до известной степени принимать имя Господа, Его форму и т. д., однако они не принимают независимое существование имени, формы [Господа] и т. д. во время своего освобождения или отождествления с Брахманом. Потому Господь не проявляется в сердцах таких лишенных удачи душ, которые горделиво считают себя освобожденными [тогда как в действительности это не так]. По этой причине Шри Гаурасундар не оставил солому, пыль, песок и другие виды мусора даже в пределах храмового комплекса Господа, но выбросил их вон, используя Свою собственную накидку — с тем, чтобы при сильном ветре весь этот мусор не оказался вновь на территории храма.

Зачастую, когда положен конец мирской деятельности, спекулятивному знанию и прочему, тонкие формы осквернения остаются в сердце. Это кут̣ина̄т̣и, пратиш̣т̣ха̄ш́а̄, джӣва-хим̇са̄, ниш̣иддха̄ча̄р, ла̄бха, пӯджа̄ и т. д. Кут̣ина̄т̣и означает двуличие. Пратиш̣т̣ха̄ш́а̄ — это желание мирского почета: «Пусть невежественные зовут меня великой душой благодаря моему уединенному поклонению и способности вводить их в заблуждение». Пратиш̣т̣ха̄ш́а̄ означает желание быть признанным в качестве «преданного» или «авата̄ра». Средством добиться этого признания служит демонстрация извращенного подобия божественных чувств, искусственных симптомов экстаза в каменном сердце. Человек хочет признания, движимый эгоистическими желаниями мирских удовольствий. Джӣва-хим̇са̄ означает нерешительность или нежелание проповедовать чистую преданность, а также потакание майявади, материалистам и людям, погрязшим в наслаждениях, и стремление снискать у них популярность. Ла̄бха и пӯджа̄ означают зарабатывание денег на именах Господа, Божествах или «Бхагавате» под видом религии; обман невежественных и поиск богатства, почета и тому подобного. Ниш̣иддха̄ча̄р означает общение с противоположным полом и людьми, лишенными преданности Кришне, — материалистами, последователями спекулятивной философии и наслаждающимися.

Шри Гаурасундар сначала вымел огромные кучи песка, соломы, пыли, которые накопились за много дней. Затем, повторно очистив каждое место в храме с помощью щеток и воды, Он стал вытирать храм и алтарь Господа собственной сухой одеждой, с тем чтобы нигде не осталось ни одного пятна.

После всех очистительных процедур — подметания, мытья, протирания — не осталось не только пыли, но даже ни единого крошечного пятна в храме, который стал не только безупречно чистым, но и освежающе прохладным. Так сердце практикующего освободилось от нестерпимой боли, сравнимой с выжженной солнцем пустыней. Сердце освободилось от пламени огня трех страданий, порожденных желанием наслаждаться бренным миром (а̄дхйа̄тмик-та̄п: страдания, причиняемые телом и умом; адхибхаутик-та̄п: страдания, причиняемые другими; и адхидаивик-та̄п: страдания, причиняемые богами).

Фактически, когда желания наслаждения и освобождения — все чуждые преданности желания, усилия в рамках мирской деятельности, спекулятивное знание, йога и т. д. — изгоняются из сердца практикующего, и проявляется склонность души к чистой преданности, то подобные умиротворение и освежающая прохлада возникают естественным образом.

Невежественные души не понимают, что зачастую даже когда все эгоистические желания устранены, тонкое осквернение по-прежнему сохраняется в неведомом уголке или области сердца: желание освобождения. Что говорить о стремлении имперсоналистов к са̄йуджйа-мукти (освобождение при слиянии с Брахманом), если Шриман Махапрабху вытер Своей собственной одеждой даже тонкую грязь жажды четырех других форм освобождения [са̄локйа: пребывание в обители Господа; са̄мӣпйа: пребывание в обществе Господа; са̄рӯпйа: обладание формой, подобной форме Господа; и са̄рш̣т̣и: обладание великолепием, подобным великолепию Господа].

Таким образом, принимая ментальность души ради блага всех душ, Шри Гаурасундар, в качестве джагад-гуру, лично учил тому, как практикующий должен с великим энтузиазмом, громко воспевая Имя Кришны, очищать свое сердце ради Кришны, чтобы сделать сердце местом, достойным игр радости Самодержца Шри Кришны, и быть способным с любовью удовлетворять чувства Кришны.

йадйапй анйа̄ бхактих̣ калау картавйа̄
тада̄ кӣртана̄кхйа-бхакти-сам̇йогенайва

(«Крама-сандарбха-тика» к «Шримад-Бхагаватам», 7.5.23,24)

[«Хотя другие восемь практик преданности следует совершать в Кали-югу, их нужно совершать в сочетании с киртаном».]

Шриман Махапрабху подходил к каждому преданному, брал его за руки и учил тому, как нужно очищать храм. Он хвалил преданных, которые хорошо служили, и, поскольку Господь украшен сердцем Той, Которая является олицетворением исполнения желаний Кришны — Шри Радхи, — то Он великодушно упрекал тех, чье служение не соответствовало Его стандарту, брал их за руки и учил, как следует служить Кришне должным образом. Более того, Он также наставлял и вдохновлял чистосердечных преданных, которые были преданы Абсолюту и искусны в служении согласно Его учению, совершать труд ачарьи ради душ, испытывающих отвращение к Господу.

туми бха̄ла карийа̄чха, ш́икха̄ха анйере
эи-мата бха̄ла карма сехо йена каре

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 12.117)

[«Преданным, манера убирать которых Ему нравилась, Господь говорил: „Вы на славу потрудились. Научите этому других, чтобы и они смогли так работать“».]

Более того, [Господь учил тому, что] человек сумеет стать дорог Господу в той степени, в какой сможет очистить сердце от скверны, и Он предписывал умиротворенную практику служения Хари-Гуру-вайшнаву тем, кто еще не завершил процесс анартха-нивр̣тти (очищения от скверны).

 

 

Śrīla Bhakti Siddhānta Saraswatī Ṭhākur
explains the secret behind the cleansing of the Guṇḍichā Temple.

Guṇḍichā Mārjan Līlā Rahasya

The Secret Behind the Pastime of Cleansing of the Guṇḍichā Temple

An English translation of Śrīla Bhakti Siddhānta Saraswatī Ṭhākur’s commentary on Śrī Chaitanya-charitāmṛta: Madhya-līlā, 12.135.

(http://www.gaudiyadarshan.com/posts/sri-gundicha-marjan-lila-rahasya/)

 

Through this Pastime, Jagad-guru Śrīman Mahāprabhu is teaching that if a fortunate soul desires to sit Kṛṣṇa on the altar of their heart, then they should first of all clean their heart of all contamination; making the heart spotlessly clean, peaceful, and resplendent with devotion is mandatory. If any thorny bushes, weeds, dust, or sand—anarthas—remain within the field of the heart, then the Lord, the ultimate recipient of all service, cannot be seated therein. Contamination and litter within the heart means anya-abhilāṣ (extraneous desires), karma (worldly action), jñān (speculative knowledge), yoga, and so on. Śrīla Rūpa Goswāmī Prabhu said,

anyābhilāṣitā-śūnyaṁ jñāna-karmādy-anāvṛtam
ānukūlyena kṛṣṇānuśīlanaṁ bhaktir uttamā

(Bhakti-rasāmṛta-sindhu: 1.1.11)

Wherever the soul’s eternal, natural propensity for devotion has been covered over by desires unrelated to devotion, speculative knowledge, worldly action, yoga, asceticism, or any mentality that is unfavorable to devotion, pure devotion is not present. And without pure devotion, which is by nature purely spiritual, Kṛṣṇa does not appear.

Extraneous desire: “As long as I remain in this world, I shall gratify my senses exclusively.” This sort of base desire, like a thorny branch, lacerates the pure soul’s tender propensity for exclusive devotion (kevala-bhakti). Worldly action: “Through piety, sacrifice, charity, and austerity, I shall enjoy the pleasures of this world and the higher planes like Svarga.” Such selfish action is like dust. In the whirlwind of the cycle of karma, heaps of this dust, that is, desires, cover the spotless and clear mirror of our hearts. Desires to perform both good and bad actions, like countless heaps of dust, have contaminated the hearts of souls who are averse to the Lord for numerous births, and thus the desire for worldly activity has not left these souls’ hearts. Souls that are averse to the Lord think, “It seems that through action the thorns present within action can be removed”, but this is a misconception; those who are convinced by it simply cheat themselves. As an elephant smears its body with dirt again after you bathe it, so desire for worldly action is not dispelled by performing worldly actions. Only through pure devotion are all of the soul’s difficulties dispelled. It is then that the altar of the soul’s pure heart becomes a suitable place for the Lord to rest. This is why a devotee-poet has sung, “Bhaktera hṛdaye sadā Govindrera viśrāma: the heart of the devotee is always a resting place for Govinda.”

Monistic yoga and endeavors for speculative knowledge are just like sand. Through them, what to speak of the Lord’s service or satisfaction, an endeavor is made to lacerate the Lord’s body with a spear. Although at the beginning of the search for nondifferentiated Brahma, seekers of liberation may accept the Lord’s Name, Form, and so on, to a certain extent, such seekers does not accept the independent existence of the Lord’s Name, Form, and so on, at the time of their liberation or identification with Brahma. The Lord, therefore, does not appear within the heart of such unfortunate souls, who proudly consider themselves to be liberated [when in fact they are not]. It is for this reason that Śrī Gaurasundar did not keep straw, dust, sand, and other forms of litter even within the boundary of the Lord’s Temple compound, but rather threw them outside using His own outer cloth—lest with the help of a storm all such rubbish would again enter the Temple.

Often, even when worldly action, speculative knowledge, and so on, have been dispelled, subtle forms of contamination remain within the heart. These can be compared to kuṭināṭi, pratiṣṭhāśā, jīva-hiṁsā, niṣiddhāchār, lābha, pūjā, and so on. Kuṭināṭi means duplicity. Pratiṣṭhāśā means desire for worldly honour—“May the ignorant call me a great soul on account of my solitary worship and imposture.” Pratiṣṭhāśā means desire to be recognised as a ‘devotee’ or ‘Avatār’ by showing a perverted reflection of divine emotions, such as artificial symptoms of ecstasy within one’s hard heart, in order to fulfil one’s selfish desires for worldly enjoyment. Jīva-hiṁsā means hesitation to, or miserliness about, preaching pure devotion; indulging māyāvādīs, materialists, and enjoyers; and speaking so as to keep the attention of such persons. Lābha and pūjā mean living off the Lord’s Names, mantras, Dieties, or the Bhāgavat in the name of religion, cheating the ignorant, and accumulating wealth, honour, and so on. Niṣiddhāchār means associating with the opposite sex and non-devotees of Kṛṣṇa, such as materialists, speculators, and enjoyers.

Śrī Gaurasundar first swept out large heaps of all such sand, straw, dust, and so on, that had accumulated over many days and then, after cleaning every area within the Temple a second time with brooms and water, began scrubbing the Temple and the Lord’s altar with the dry cloth He was wearing so that no subtle blemishes would remain anywhere.

After all of the sweeping, cleaning, scrubbing, and so on, there was no trace of any dust particles or even subtle blemishes within the Temple, which was not only spotlessly clean but also soothingly cool, that is, the practitioner’s heart had become free from the bearing pain comparable to being a desert scorched by the sun—free from the flames of the fire of the three miseries produced by desire to enjoy the mundane (ādhyātmik-tāp: miseries caused by the body and mind; adhibhautik-tāp: miseries caused by others; and adhidaivik-tāp: miseries caused by the gods). In fact, when desires for enjoyment and liberation—all extraneous desires, worldly endeavours, speculative knowledge, yoga, and so on—are dispelled from the practitioner’s heart and the soul’s propensity for pure devotion manifests, such peace and soothing coolness appear naturally.

Ignorant souls do not understand that often, even when all selfish desires have been dispelled, a subtle blemish still remains within an unknown nook or corner of the heart: the desire for liberation. What to speak of the impersonalists’ desire for sāyujya-mukti (the liberation of merging into Brahma), Śrīman Mahāprabhu scrubbed away with His own cloth even the subtle blemishes of desire for the four other forms of liberation [sālokya: residing in the Lord’s abode, sāmīpya: being in the Lord’s presence, sārūpya: having a form like the Lord’s, and sārṣṭi: having opulence like the Lord’s].

In this way, adopting the mentality of an soul for the welfare of all souls, Śrī Gaurasundar, as a Jagad-guru, personally taught how a practitioner should, with great enthusiasm, while loudly chanting Kṛṣṇa’s Name, clean their heart for Kṛṣṇa’s sake in order to make their heart a place for the pleasure Pastimes of the Autocrat Śrī Kṛṣṇa and be able to lovingly gratify Kṛṣṇa’s senses.

yadyapyanyā bhaktiḥ kalau kartavyā,
tadā kīrtanākhya-bhakti-saṁyogenaiva

(Krama-sandarbha-ṭīkā on Śrīmad Bhāgavatam 7.5.23–24)

[“Although the other eight practices of devotion should be performed during Kali-yuga, they should be performed in conjunction with kīrtan.”]

Śrīman Mahāprabhu came over to every devotee, took hold of their hands, and taught them how to clean the Temple. He praised the devotees who were serving well, and, as the Lord adorned with the heart of She who is the personification of the fulfilment of Kṛṣṇa’s desires—Śrī Rādhā, He benevolently chastised those whose service was not up to His standard, took hold of their hands, and taught them the proper way to serve Kṛṣṇa. Not only that, He also instructed and inspired the pure-hearted devotees who were dedicated to the Absolute and proficient in serving according to His teachings to perform the work of an Āchārya for souls averse to the Lord.

tumi bhāla kariyāchha, śikhāha anyere
ei-mata bhāla karma seho yena kare

(Śrī Chaitanya-charitāmṛta: Madhya-līlā, 12.117)

[To devotees whose cleaning He approved of, the Lord said: “You have done well. Teach this to others so that they also perform well in this way.”]

Furthermore, [the Lord taught that] one will become dear to the Lord to the extent that one can remove impurities from one’s heart and keep it clean, and He prescribed the peaceful practice of service to Hari-Guru-Vaiṣṇava for those who have not yet completed the process of anartha-nivṛtti (the purging of evils).

 

← «Краткий рассказ о явлении Господа Джаганнатха» (на русском и английском языках). Тушта Кришна Прабху. 2004 год. Калькутта, Индия ·• Архив новостей •· Харинама и программа в Харькове с Вирачандрой Прабху 19 июня 2016 года →
Главная | Миссия | Учение | Библиотека | Фотогалерея | Контактная информация
Пожертвования