«Шри Джайва-дхарма. Том I. Глава 17. Научное свидетельство о дживах, освободившихся из тюрьмы майи (иллюзии)». Шрила Саччидананда Бхактивинод Тхакур



Текст озвучивает Аджита Кришна Дас


Russian

Шрила Бхактивинод Тхакур 

Шри Джайва-дхарма (Вечная религия души)

Том I. Вечная природа души
Глава 17. Научное свидетельство о дживах,
освободившихся из тюрьмы майи (иллюзии)


Поздно вечером бабушка Враджанатха сообщила внуку о том, что все приготовления к свадьбе с дочерью Виджая Видьяратны успешно завершены. Враджанатх, не сказав ничего в ответ, молча отужинал и отправился спать.

Враджанатх долго не мог заснуть. Лежа в кровати, он размышлял о природе чистой души, а бабушка тем временем не переставала думать о том, как убедить его согласиться на предложение о браке.

В этот момент на пороге дома появился Вани-Мадхава, двоюродный брат Враджанатха по матери. Он пришел по просьбе Виджая Видьяратны, чтобы согласовать все необходимые формальности брачного соглашения двух почтенных семейств. Вани-Мадхава лучше других подходил для этой цели, поскольку он, помимо родственных уз с семьей Враджанатха, был связан и с семьей Видьяратны как двоюродный брат (по отцовской линии) его дочери.

Вани-Мадхава обратился к бабушке:

— О Тхакурани, скажи мне, в чем дело?! Почему ты не торопишься с проведением свадебной церемонии для твоего внука?

Грустным голосом бабушка ответила:

— О Вани-Мадхава, на мою беду Враджанатх и слышать не хочет о свадьбе. Дорогой брат, ты очень умен и искусен: попытайся уговорить его. Возможно, тебе удастся изменить его ум. Сегодня, когда я сказала Враджанатху о том, что все готово для проведения свадьбы, в ответ он не промолвил ни слова.

Сказав это, бабушка заплакала.

Сама внешность Вани-Мадхавы адекватно отражала его внутреннюю сущность: он был невысокого роста, имел короткую шею, его кожа была темной, а глаза постоянно моргали. Вместо того, чтобы должным образом исполнять свои обязанности, Вани-Мадхава предпочитал вмешиваться в дела других людей, хотя это мало кому приносило пользу. Он часто хватался за многие начинания, но никогда не доводил их до конца. Выслушав жалобу пожилой женщины, Вани-Мадхава нахмурил свои брови и хвастливо заявил:

— О почтенная, ты знаешь меня очень давно. Скажи, разве есть такое дело, которое было бы не под силу Вани-Мадхаве? Я из тех людей, что могут зарабатывать деньги, подсчитывая волны в океане. Прикажи мне: я поговорю с Враджанатхом, и он обязательно согласится с моими доводами. Не сомневайся, я смогу убедить его стать благоразумным. Но за это, дорогая бабушка, ты приготовишь для меня что-нибудь вкусненькое, не так ли?

Бабушка ответила:

— Враджанатх недавно поужинал и отправился спать. Пожалуйста, приходи завтра.

Вани-Мадхава сказал:

— Хорошо. Завтра утром я поговорю с ним на эту тему.

Сказав это, Вани-Мадхава ушел.

Следующим утром, сидя во дворе своего дома, Враджанатх увидел в дверях Вани-Мадхаву. Удивившись и обрадовавшись, он спросил:

— Что случилось, брат? В чем причина твоего столь раннего визита?

Вани-Мадхава ответил:

— Дада́, ты глубоко изучил ньяя-шастры. Слава твоя гремит по всей Индии. У тебя много учеников и последователей. Ты известный ученый и достойный сын знаменитого пандита Харинатха Чудамани. Однако кроме тебя в его роду больше нет мужчин, и если ты не оставишь потомков, то великая династия прекратит свое существование. Разве ты хочешь этого? Дорогой брат, все мы, твои родственники, просим тебя об одном: пожалуйста, женись.

Враджанатх ответил:

— Брат, зачем ты беспокоишь меня без необходимости? После того, как я принял прибежище у преданных Шри Гаурасундара из Маяпура, в моем сердце не осталось места для стремления искать счастье в семейной жизни. Находясь в обществе этих садху, я испытываю глубокое духовное удовлетворение, а материальная жизнь кажется мне пустой и бессмысленной. Очень скоро я приму отречение и проведу остаток своих дней у стоп святых вайшнавов.

Дорогой брат, я открыл тебе свое сердце, поскольку считаю тебя своим близким другом. Пожалуйста, держи это в тайне и не посвящай в нее других.

После этих слов Враджанатха для Вани-Мадхавы стал очевидным тот факт, что прямые уговоры не принесут желаемого результата. Он рассудил, что правильнее будет скрыть свои истинные намерения и хитростью добиться расположения Враджанатха. С такими мыслями в голове Вани-Мадхава сказал:

— Тебе хорошо известно, дорогой брат, что я всегда поддерживал тебя во всех твоих начинаниях. Вспомни, когда ты изучал санскрит в школе, я помогал тебе носить книги. Поэтому я хочу служить тебе и на этой ступени твоей жизни: когда ты примешь санньясу, я буду носить твою данду (монашеский посох) и камандалу (металлический горшок для воды). Я стану твоим надежным помощником.

У лжецов два языка, поэтому их трудно распознать. Обращаясь к одним людям, они будут говорить одно, а разговаривая с другими — прямо противоположное. Слушая речи лжецов, нелегко понять, что у них в действительности на уме. Их губы смазаны медом, а сердце наполнено ядом. Они разбойники, рядящиеся в одежды святых: своими губами они воспевают имя Рамы, а в кармане сжимают нож, предназначенный для убийства.

Вражданатх, будучи простосердечным и искренним, не заметил фальши в словах Вани-Мадхавы. Обрадованный тем, что нашел в его лице союзника, Враджанатх сказал:

— Дорогой брат, я так счастлив слышать от тебя такие слова. Все эти годы ты был для меня близким другом. Моя бабушка уже очень стара. Она далека от глубоких философских истин, и ей не понять мое сердце. Если я пойду на ее уговоры и женюсь на этой девушке, моя жизнь превратиться в ад. Я утону в океане самсары и не достигну цели человеческого существования. Пожалуйста, поговори с ней и попытайся убедить ее отказаться от своих намерений. Если тебе удастся сделать это, я навсегда останусь твоим должником.

Вани-Мадхава ответил:

— Не беспокойся, брат. Пока жив Вани-Мадхава, никто и ничто не помешает тебе осуществить задуманное. Я позабочусь обо всем. Однако, дорогой мой друг, для того чтобы я мог помочь тебе, скажи мне честно: откуда у тебя появилась эта ненависть к мирской жизни? Кто надоумил тебя оставить мир? Кто пробудил в тебе дух отречения?

Враджанатх с радостью пересказал Вани-Мадхаве историю своего чудесного обращения. Он также рассказал следующее:

— В Маяпуре живет один пожилой бабаджи по имени Шри Рагхунатх Дас. Каждый день после захода солнца я отправляюсь к нему и, сидя у его стоп, слушаю о трансцендентном. В своем сердце я принял его духовным учителем. Своими поучениями он гасит пылающий огонь страсти в моем сердце. Я не знаю никого, кто был бы так же милостив ко мне, как он.

Вани-Мадхава, в голове которого начинал зарождаться коварный замысел, подумал про себя: «Ага, вот где слабое место моего дорогого брата Враджанатха. Теперь хитростью необходимо направить его слабость против него самого».

Тщательно скрывая свои злобные мысли, вслух он произнес:

— О брат, не беспокойся ни о чем. Я пойду домой и подумаю над тем, что нужно предпринять, чтобы помочь тебе. Я обязательно сделаю так, что бабушка согласится с твоим желанием.

Вани-Мадхава, притворившись, что идет домой, едва скрывшись из виду, сменил маршрут и направился в Шри Маяпур.

Придя в Шривас-ангам, он сел под деревом бакула и стал размышлять: «Эти мошенники-вайшнавы заботятся только о самих себе и думают при этом, что весь мир создан для того, чтобы они могли жить в нем счастливо и беззаботно. Они построили красивые дома и поселились в тихих уютных кунджах. Посмотрите, какое чудесное место. Эти притворщики сидят в одиночестве каждый в своем кутире и, перебирая четки, делают вид, что повторяют имена Хари. Каждый из них похож на быка религии, настолько они степенны и самодовольны. Рано утром местные женщины, приняв омовение в Ганге, приносят им овощи, воду и разные продукты. Брахманы получают дары от обывателей в благодарность за совершение обрядов карма-канды, но вайшнавы наслаждаются всеми материальными удобствами, не делая ничего полезного для общества.

О век Кали! Cлава тебе! Как говорит старая бенгальская пословица: „Он называет себя преданным Рамачандры, но в действительности он преданный Кали“. Увы, увы! Зачем я родился в семье брахмана!? В наши дни брахманы стали никому не нужными. Никто не предложит нам фрукты и даже не поднесет стакан воды!

Вайшнавы говорят, что знатоки ньяи (логики), постоянно рассуждающие о глиняных горшках, глупы, но, по-моему, если кто действительно глуп, так это наш брат Враджанатх. Посмотрите, во что он превратился. Будучи образованным человеком, он отдал себя в руки этих ничтожных людей, которые носят набедренные повязки. Я, Вани-Мадхава, спасу моего друга и разоблачу всех этих мошенников».

Размышляя таким образом, Вани-Мадхава вошел в одну из хижин, которая оказалась местом бхаджана Рагхунатха Даса Бабаджи Махараджа. Бабаджи сидел на подстилке из банановых листьев и, перебирая в руках четки, чуть слышно повторял имена Господа Хари. О характере человека и о его намерениях можно судить по его лицу. Лишь взглянув на своего гостя, пожилой бабаджи сразу понял, что на пороге его хижины, приняв облик сына брахмана, стоял сам Кали, властитель века вражды и лицемерия. Вайшнавы всегда смиренны и терпеливы. Они считают себя менее значимыми, чем пучок травы, и потому готовы оказать почтение каждому. Однако при этом вайшнавы не требуют почестей в свой адрес и всегда молятся о благополучии всех живых существ, даже тех, кто причиняет им боль.

Бабаджи Махарадж тепло приветствовал гостя и предложил ему место для сидения. Вани-Мадхава, не обладавший знанием этикета вайшнавов, не понимал того, как и в каком настроении следует обращаться к возвышенному вайшнаву. Считая пожилого бабаджи низким шудрой, а себя благородным брахманом, он на правах старшего жестом благословил его.

Шри Рагхунатх Дас Бабаджи спросил:

— Дорогой сын, как тебя зовут и что привело тебя ко мне?

Не найдя в вопросе святого бабаджи ожидаемого им почтительного отношения к себе, Вани-Мадхава пришел в беспокойство и, не скрывая раздражения, сказал:

— Бабаджи, ты отрекся от мира и носишь каупину (набедренную повязку), но неужели ты думаешь, что этого достаточно, чтобы стать равным благородному брахману? Ну хорошо, пусть будет так. Я, как человек вежливый, не буду обращать на это особого внимания. Скажи мне лучше прямо: знаешь ли ты Враджанатха Панчанану?

Бабаджи, хорошо понимая причину раздражения своего гостя, спокойным и мягким голосом ответил:

— Пожалуйста, прости старика. Я вовсе не хотел тебя обидеть. Не считай мои слова серьезным оскорблением в свой адрес. Что касается твоего вопроса: да, Враджанатх время от времени навещает меня по своей беспричинной милости.

Вани-Мадхава [сказал]:

— О бабаджи! Я хотел предупредить тебя: Враджанатх не такой простак, как это может показаться на первый взгляд. Он очень коварный человек, поверь моему слову. Стремясь завоевать твое доверие, Враджанатх сознательно ведет себя подчеркнуто смиренно и притворяется покорным тебе. Ты думаешь, он приходит сюда в поисках духовного знания? Как бы не так! Тебе еще неизвестен его тайный умысел. Знай, о бабаджи! Враджанатха подослали к тебе коварные брахманы из Белпукуры. Им не по душе твое поведение и с помощью этого человека они намереваются погубить тебя. Будь осторожен. Ты уже очень стар и потому с тобой может случиться все, что угодно. Я хочу помочь тебе и защитить от опасности. Время от времени я буду приходить сюда, чтобы предупредить тебя об их злобных намерениях. Пожалуйста, бабаджи, держи это в тайне. Иначе нам с тобой трудно будет раскрыть заговор. Ну что ж, прощай. Сейчас мне надо идти.

Сказав это, Вани-Мадхава покинул жилище святого бабаджи.

Вечером того же дня Враджанатх сидел на веранде своего дома и отдыхал после ужина. Неожиданно появился Вани-Мадхава и, присев рядом, начал говорить:

— Дорогой брат, сегодня по своим делам я посещал Маяпур. Там совершенно случайно мне встретился один пожилой бабаджи-вайшнав. По всей видимости, это и был тот Рагхунатх Дас Бабаджи Махарадж, о котором ты мне говорил вчера. Мы разговаривали с ним на разные темы, и в процессе беседы речь зашла о тебе. Мне неприятно говорить об этом, но он очень плохо отзывался о тебе. Я никогда не слышал, чтобы кто-то говорил о брахмане такие отвратительные вещи. В конце нашей беседы он сказал: «Я сделаю так, что Враджанатх будет есть остатки трапезы неприкасаемых. Тем самым я разрушу чистоту его касты». Дорогой брат, какое несчастье, что ты связался с этим коварным человеком. Если благородные люди, подобные тебе, станут общаться с такими низкими людьми, сословие брахманов потеряет всякое уважение в глазах представителей других, более низких, сословий.

Враджанатх не мог поверить своим ушам. Слова Вани-Мадхавы повергли его в смятение, однако они не смогли поколебать его веру в святого бабаджи и вайшнавов. Не зная, как ему поступить в данной ситуации, Враджанатх сказал:

— Брат, сейчас мне нечего тебе сказать. Пожалуйста, отправляйся домой, а я подумаю над твоими словами.

Вани-Мадхава ушел. Теперь двуличная природа Вани-Мадхавы и его истинные намерения не могли больше оставаться тайной для Враджанатха. Ему стало очевидным все то, что скрывалось за дружелюбием Вани-Мадхавы, когда тот предлагал ему помощь в принятии санньясы. Хотя Враджанатх был знатоком ньяи, он всегда был прямодушным и не любил нечестного поведения. Враджанатх понимал, что Вани-Мадхава, по наущению бабушки, осуществлял хитрый план, целью которого была свадьба Враджанатха на дочери Виджая Видьяратны. Можно было также предположить, что Вани-Мадхава был лично заинтересован в том, чтобы свадьба состоялась, ибо надеялся получить свои «комиссионные». Не было сомнений в том, что посещение им Маяпура являлось частью его хитроумного замысла. Размышляя таким образом, Враджанатх в своем сердце молился Всевышнему Господу: «О Господь Хари! Пожалуйста, укрепи мою веру в моего возлюбленного Гурудева и святых вайшнавов. Пусть она останется сильной и неизменной, несмотря на происки нечестных людей».

В этих мыслях прошел день. Когда стемнело, Враджанатх с тяжелым сердцем направился в Шривас-ангам, мечтая припасть к стопам своего духовного учителя.

После ухода Вани-Мадхавы Рагхунатх Дас Бабаджи, сидя в своем ашраме, размышлял: «Несомненно, этот человек брахма-ракшас. В писаниях говорится: „В век Кали ракшасы (людоеды) принимают рождение в семьях брахманов“ („Чайтанья Бхагавата“, Ади-кханда, 16.301, цитата из „Вараха-пураны“, Махеша-вакья)[1].

Это ведическое пророчество как нельзя лучше характеризует моего нового знакомого. Он гордится своим высоким происхождением и своей кастой. Он враждебен к вайшнавам и исполнен двуличия. Он истинный дхарма-дваджи (человек, скрывающий свою греховность под личиной истовой религиозности). Все это ясно отражено в самом его облике: короткая шея, моргающие глаза, лживые слова и манера поведения выдают все, что он прячет в своем сердце. Этот человек законченный асура (демон).

В отличие от него Враджанатх подобен ангелу: у него доброе сердце и мягкий характер. Необходимо как можно быстрее предупредить Враджанатха об опасности общения с этим злобным демоном. О Господь Кришна! О Господь Гауранга! Пожалуйста, защитите нас от этого человека и от его коварных замыслов!»

Враджанатх пришел в Шривас-ангам и спешно направился к хижине своего учителя. Лишь завидев ученика, Рагхунатх Дас Бабаджи Махарадж с большой теплотой обнял его и пригласил войти внутрь. Слезы хлынули из глаз Враджанатха. Он не мог говорить от переполнявших его чувств. Упав на землю, он обхватил руками лотосные стопы Бабаджи Махараджа. Бабаджи нежно поднял Враджанатха с земли и мягким голосом сказал:

— Сегодня утром сюда приходил один темнокожий брахман. Перед тем как уйти, он успел сказать много всего неприятного. Знаком ли тебе этот человек?

Враджанатх [сказал]:

— О Прабху, ранее ты говорил, что материальный мир населяют самые разные виды живых существ. Есть среди них и такие, кто находят удовлетворение в том, чтобы без всякой на то причины причинять беспокойства другим дживам. Мой двоюродный брат (хотя мне стыдно признавать его своим родственником) принадлежит именно к такой категории. Я считаю, что он один из самых выдающихся деятелей подобного толка. Говоря по правде, мне вовсе не хотелось бы говорить о нем сегодня. Он тебе рассказал много плохого обо мне, а после этого, разговаривая со мной, критиковал тебя. Он сделал это для того, чтобы мы перестали доверять друг другу, и нашей близости и взаимному доверию пришел конец. Я надеюсь, что ты не поверил в его обвинения.

Бабаджи [воскликнул]:

— О Кришна! О Гауранга! В течение всей моей жизни я служил чистым преданным и благодаря полученной от них милости смогу отличить вайшнава от материалиста. С первого взгляда я понял все об этом человеке и о его намерениях, поэтому нет необходимости объяснять мне подробности.

Враджанатх [воскликнул]:

— О учитель! Прошу тебя, давай забудем об этом неприятном инциденте! Пожалуйста, расскажи мне, каким образом джива может освободиться из тюрьмы майи?

Бабаджи [сказал в ответ]:

— Ответ на твой вопрос содержится в седьмой шлоке даша-мулы, которая звучит следующим образом: «Баддха-джива (обусловленная душа) с незапамятных времен блуждает в материальном мире, перемещаясь с одной планеты на другую, воплощаясь то в одном теле, то в другом. Когда в ходе своих скитаний джива встречает на своем пути вайшнава, погруженного в блаженство преданности Господу Хари, она обретает вкус (ручи) к преданности (бхакти) и желание следовать по стопам этого вайшнава. Постоянно повторяя святые имена Шри Кришны, удачливая джива шаг за шагом освобождается от временной телесной обусловленности, взамен которой постепенно возрождает свое вечное духовное тело (сварупу), благодаря которому обретает право совершать непосредственное служение Господу Шри Кришне в трансцендентном мире»[2].

Враджанатх [поинтересовался]:

— Мне хотелось бы услышать те высказывания Вед, которые могли бы служить подтверждением данной шлоки.

Бабаджи [пояснил]:

— В «Мундака-упанишад» (3.1.2) и «Шветашватара-упанишад» (4.7) говорится: «Джива и Параматма находятся в одном теле. Они подобны двум птицам, сидящим на ветке дерева. Джива, отождествляя себя с материальным телом, постоянно стремится услаждать свои чувства, подобно тому, как птица, сидящая на ветке дерева, постоянно клюет плоды, растущие на нем. Для несчастной, сбитой с толку дживы не существует ничего, кроме окружающего ее материального мира, однако, обратив взор к своему вечному доброжелателю, Верховному Господу, Параматме (Сверхдуше), которому всегда служат чистые преданные, она увидит Его во всей Его славе и избавится от страданий, скорби и разочарований»[3].

Враджанатх [поинтересовался]:

— Итак, получив даршан Всевышнего Господа, джива осознает Его величие и освобождается от всех тревог. Так гласит эта шлока. Правильно ли я понимаю, что таково определение мукти (освобождения)?

Бабаджи [объяснил]:

 Мукти подразумевает под собой освобождение из тюрьмы майи. Это освобождение приходит только к той дживе, которой выпадет великая удача садху-санги (святого общения). Однако такое определение мукти не является полным, ибо, преодолев границы материального мира, дживе предстоит обрести свое истинное положение, свою вечную духовную форму, которая сияет неземной славой. Только такое освобождение является полным и совершенным. В «Шримад-Бхагаватам» (2.10.6) говорится: «Джива является вечным слугой Кришны и в своем чистом совершенном состоянии (шуддха-кришна-даса) обладает вечным трансцендентным телом (чит-сварупа), необходимым для совершения божественной севы (служения). Однако, стремясь забыть о Кришне, охваченная невежеством джива облачается в грубое и тонкое материальные тела, которые скрывают ее истинную природу. То, что ученые люди называют освобождением, — это достижение дживой своего изначального положения (обретение трансцендентного тела), после того как будут оставлены эти временные тела»[4].

Эта половина шлоки говорит о том, что совершенством самоосознания является обретение дживой вечного духовного тела взамен на временные материальные. Такова суть истинного освобождения. Вырвавшись из тюрьмы майи, душа обретает статус освобожденной личности, однако только после этого начинается ее настоящая жизнь. Разнообразная трансцендентная деятельность, которая возможна благодаря наличию вечного духовного тела, есть высшее совершенство души (мула-прайоджана). В негативном смысле мукти означает избавление от страданий, но в позитивном смысле мукти — это обретение высшего трансцендентного счастья (чит-сукха). Об этом говорится в «Чхандогья-упанишад» (8.13.3): «Оставив грубое и тонкое материальные тела, джива в своем трансцендентном теле достигает сияющей обители Шри Кришны. В этом духовном царстве джива вечно наслаждается общением с Всевышним Господом и играет с Ним, испытывая при этом неописуемое блаженство»[5].

Враджантх [спросил]:

— Каковы признаки тех, кто освободился из тюрьмы майи?

Бабаджи [ответил]:

— «Чхандогья-упанишад» (8.7.1) описывает следующие восемь признаков освобожденных душ: «Необходимо найти того, кто свободен от греха, старости, смерти, скорби, голода и жажды, кто не имеет других желаний, кроме желания служить Господу, и чьи мысли целиком сосредоточены на абсолютной истине. Такой человек принадлежит к числу освобожденных душ»[6].

Враджанатх [сказал]:

— В стихе даша-мулы говорится, что джива, блуждающая в пределах материального мира, может встать на путь преданности Господу Шри Хари только благодаря счастливой встрече с чистым вайшнавом, который искушен в науке трансцендентной расы.

Меня интересует вопрос: может ли человек обрести хари-бхакти также посредством метода аштанга-йоги или брахма-гьяны?

Бабаджи [ответил]:

— Сам Верховный Господь провозгласил в «Шримад-Бхагаватам» (11.12.1–2): «Я не подчиняюсь никому из тех, кто совершает аштанга-йогу, изучает философию санкхьи, строго выполняет предписания карма-канды, декламирует ведические гимны, истязает свое тело аскезами, живет в отречении, занимается альтруизмом (раздает пожертвования или совершает действия, направленные на благо других), следует религиозным обетам и ограничениям, совершает жертвоприношения, произносит тайные мантры, отправляется в паломничество или придерживается правил и предписаний духовной жизни. Однако тот, кто принимает Моих чистых преданных как Меня самого, с легкостью завоюет Мое сердце и преодолеет все препятствия на своем пути»[7].

В «Хари-бхакти-судходхае» (8.51) говорится: «Как в гранях кристалла отражается все, что находится в непосредственной близости от него, так и человек приобретает качества, присущие людям, с которыми он вступает в общение. Такова природа сознания»[8].

Поэтому человеку, стремящемуся к высшему совершенству, надлежит общаться только с вайшнавами, чьи сердца абсолютно чисты. Садху-санга есть корень всякой удачи в жизни дживы.

Слово «нихсанга» («уединение»), упоминаемое в писаниях, указывает на то, что мы должны всегда находиться в обществе вайшнавов. Нихсанга означает «оставить все виды общения и всем сердцем принять общение с преданными». Даже ненамеренное общение со святыми людьми дарует ни с чем не сравнимое благо. В «Шримад-Бхагаватам» (3.23.55) говорится: «Общение с материалистами порабощает дживу, даже если она не подозревает об этом. Однако общение со святыми людьми приводит человека на путь освобождения, даже если человек и не догадывается, кто те люди, с которыми ему выпадает удача общаться. Такое общение называется нихсанга»[9].

В «Шримад-Бхагаватам» (7.5.32) говорится: «Лотосные стопы Всевышнего Господа Кришны, которого прославляют за Его божественные деяния, разрушают все неблагоприятное в сердце человека. Однако до тех пор, пока люди, привязанные к чувственным удовольствиям материальной жизни, не осыплют себя пылью со стоп шуддха-вайшнава, чистого преданного Шри Кришны, они не смогут освободиться от материального осквернения»[10].

В «Шримад-Бхагаватам» (10.48.31) говорится: «Совершая паломничество по святым местам и принимая омовение в святых реках, человек сможет освободиться от последствий своих грехов, если будет делать это в течение длительного времени. Поклоняясь мурти полубогов, человек через много лет сможет исполнить любые свои желания. Однако встретив великого преданного, подобного тебе, о Акрура, человек немедленно очистится и обретет высшее духовное совершенство»[11].

В «Шримад-Бхагаватам» (10.51.53) говорится: «О непогрешимый Господь! Несчастная джива с незапамятных времен странствует по разным вселенным материального мира в круговороте рождения и смерти, но когда Ты решаешь оказать ей Свою милость, она встречает на своем жизненном пути святых преданных, и с этого момента начинается ее путь к освобождению. Общаясь с Твоими преданными, джива обретает твердую веру и трансцендентное влечение к Тебе. Она познает Тебя как свою конечную цель и назначение, высшее прибежище, повелителя мира и изначальную причину всех причин»[12].

Баба́, джива, связанная веревками майи, блуждает в этом мире с незапамятных времен, принимая рождение в соответствии со своей кармой, иногда в обществе полубогов, иногда в обществе животных, но, встретив чистых вайшнавов, благодаря запасу прошлого благочестия (сукрити) она обретает сильную веру в Господа Кришну и в служение Его лотосным стопам.

Враджанатх [спросил]:

— Итак, благодаря сукрити человек может обрести возможность общения с чистыми преданными Бхагавана. Что из себя представляет это сукрити? Карма ли это? Или может это гьяна?

Бабаджи [ответил]:

— В писаниях говорится о том, что существует два типа благоприятных действий (шубха-карма). Это: 1) действия, приводящие к преданному служению; и 2) действия, приносящие незначительные и временные результаты.

Только действия первой категории можно считать по-настоящему благоприятными, поскольку их следствием является бхакти (бхакти-прадах-сукрити). К числу таких действий относятся: общение с вайшнавами, посещение святых мест, связанных с играми Господа, соприкосновение с атрибутами, используемыми в служении Господу, и т. д.

Ко второй категории шубха-кармы относятся, например, такие действия, как нитья- и наймитика-карма, изучение философии санкхьи или развитие имперсонального знания.

Бхакти-прадах-сукрити, накапливаясь, постепенно приводит дживу к кришна-бхакти. Результаты такой деятельности никогда не исчезают, тогда как последствия другого рода сукрити сходят на нет, как только человек, насладившись плодами совершенных поступков, исчерпает запас праведности.

Все виды благочестивых действий, такие как раздача милостыни, приносят только временный результат, а именно возможность обрести материальное счастье, связанное с временным обладанием объектами чувств. Развитие имперсонального знания приводит дживу к безличному освобождению. Ни тот, ни другой вид действий (бхога-прадах-сукрити и мукти-прадах-сукрити) не обладают силой даровать дживе преданное служение Господу.

С другой стороны, садху-санга, экадаши-врата, празднование Джанмаштами и Гаура-пурнимы и другие подобные действия помогают человеку развить качества святой личности. Служение Туласи Деви, почитание маха-прасада, паломничество в святые места, поклонение Божеству Господа в храме, соприкосновение с объектами, используемыми в служении Бхагавану (садху-васту) в высшей степени благоприятны. Они даруют человеку бхакти (преданность), даже если он просто получил их даршан.

Враджанатх [спросил]:

— Может ли человек обрести бхакти, если он служит Господу Хари в надежде избавиться от материальных страданий?

Бабаджи [ответил]:

— Когда человек приходит к пониманию того, что все страдания приходят к нему в результате его собственных греховных желаний и поступков, когда он перестает искать счастье в исполнении своих материальных обязанностей, тогда для него становится очевидным, что в этом мире для него нет другого прибежища, кроме стоп Всевышнего Господа. Такой человек начинает служить вайшнавам, которые предались Господу. Служение вайшнавам — это первый шаг на пути бхакти и единственный способ обрести прибежище самого Господа. Служение вайшнавам дарует человеку бхакти-прадах-сукрити, с помощью которого он обретает бхакти. Вначале человеку необходимы отречение и разум, для того чтобы быть способным понять, что благоприятно для него, а что нет, однако они представляют из себя только вторичные по значимости методы обретения бхакти.

Садху-санга, общение с чистыми преданными, есть не только самый важный, но и единственный метод обретения бхакти. Помимо садху-санги, ничто другое не может помочь дживе в достижении высшей цели ее существования.

Враджанатх [спросил]:

— Если карма, гьяна, вайрагья и вивека (способность различать) являются вторичными способами обретения бхакти, почему их также нельзя назвать бхакти-прадах-сукрити?

Бабаджи [ответил]:

— Существует серьезное возражение против этого. Перечисленные тобой методы обычно приносят временные и ограниченные плоды. Карма не может даровать вечных результатов, но вместе с тем она привязывает дживу к объектам чувственного наслаждения. С помощью вайрагьи (отречения) и гьяны (эмпирического знания) джива может прийти к осознанию безличного Брахмана, однако такое «достижение» закроет для дживы возможность служения лотосным стопам Бхагавана. Вследствие этих причин данные методы не могут быть отнесены к разряду бхакти-прадах-сукрити. Хотя иногда случается так, что они приводят человека к бхакти, однако это исключение, а не правило.

С другой стороны, садху-санга прямо и непосредственно дарует дживе чистую любовь к Господу. Садху-санга не приносит временных и ограниченных результатов. Она также не порождает побочных продуктов, которые могли бы стать препятствием на пути к высшему совершенству.

В «Шримад-Бхагаватам» (3.25.25) говорится: «Слушание повествований о Моих славных деяниях в обществе чистых преданных доставляет наслаждение слуху и сердцу. Развивая духовное знание, основанное на таком слушании, человек быстро и уверенно продвигается по пути освобождения, проходя стадии шраддхи (веры), рати ([духовного] влечения), и в конце концов достигает высшей стадии человеческой жизни — према-бхакти (чистой любви к Господу)»[13].

Враджанатх [спросил]:

— Итак, садху-санга представляет из себя единственный вид сукрити, который может привести к бхакти. В первую очередь человеку надлежит слушать хари-катху из уст святых людей, и тогда постепенно к нему придет само преданное служение. Правильно ли я понял последовательность развития бхакти?

Бабаджи [ответил]:

— Сейчас я назову все последовательные стадии преданного служения. Пожалуйста, слушай внимательно.

Вследствие великой удачи джива, блуждающая по всей вселенной, обретает сукрити, которое ведет к бхакти. Сукрити может прийти к дживе в тот момент, когда она совершенно случайно соприкоснется с одной из составляющих чистого преданного служения. К примеру, человек может, сам того не зная, соблюдать пост в день экадаши, или же он посетит святое место, связанное с играми Бхагавана. Он может принять в своем доме гостя, который окажется чистым преданным Кришны, или же окажется на духовном собрании (ишта-гоштхи), где нишкинчана-вайшнавы (те преданные, чьей единственной собственностью является Господь) обсуждают хари-катху или воспевают харинам. Если человек стремится к чувственным удовольствиям или имперсональному освобождению, то с помощью вышеперечисленных действий он не сможет получить бхакти, однако если невинный человек совершает их даже неосознанно или по привычке, не ставя своей целью получить от этого материальную выгоду или обрести мукти, тогда эти действия станут причиной появления бхакти в его сердце.

Когда такой вид праведной деятельности, совершаемой в течение многих и многих рождений, достигает «критической массы», джива обретает веру (шраддха) в процесс чистого преданного служения. Когда эта вера становится достаточно сильной и однонаправленной, человек начинает осознанно стремиться к общению с чистыми преданными. В обществе чистых преданных человек все с большей силой посвящает себя садхане (практическому преданному служению) и бхаджану (поклонению Господу). Пропорционально уровню чистоты повторения им святых имен Хари, сердце его покидают все материальные желания и грехи (анартхи и апарадхи). Когда это происходит окончательно, вера человека в процесс преданного служения становится твердой и нерушимой (ништха). Затем, очищаясь, вера приобретает форму ручи (трансцендентного вкуса), а ручи, становясь более концентрированной, принимает форму трансцендентной привязанности (асакти). Достигая своей наиболее зрелой стадии, асакти обретает форму рати или бхавы (экстатической любви), а затем, наконец, рати в форме стхайи-бхавы соединяется с другими составляющими (такими как вибхава, анубхава, саттвика-бхава, вьябхичари), чтобы образовать сварупу (трансцендентную форму) апракрита-расы.

Чтобы обобщить все вышесказанное, можно сказать следующее: благодаря запасу совершенной в прошлом праведной деятельности (бхакти-прадах-сукрити), человек получает садху-сангу (общение с чистыми преданными). Такое начальное непреднамеренное общение с шуддха-вайшнавами позволяет ему обрести веру (шраддха) в путь преданного служения. Затем, когда человек принимает принципы бхакти и строго следует им в своей жизни, он вновь обретает садху-сангу. В результате первой садху-санги рождается шраддха (вера), которая также может быть названа шаранагати (предание себя).

Соприкоснувшись со святыми местами, атрибутами, используемыми в служении Бхагавану, и святыми преданными, джива обретает желание принять прибежище у стоп Господа. Вера, с которой человек делает это, описывается в следующих словах Бхагавад-гиты (18.66): «О Арджуна, оставь все виды религии и просто предайся Мне. Я избавлю тебя от последствий любого греха»[14].

Слова «сарва-дхарма̄н», использованные в этом стихе, указывают на мирские обязанности (смарта-дхарма, аштанга-йога, санкхья-йога, гьяна, вайрагья и тому подобные виды деятельности). Джива никогда не сможет достичь высшей цели жизни, совершенствуясь в этих видах дхармы, поэтому Гита провозглашает, что все их необходимо оставить. Человек должен быть убежден в том, что Господь Кришна обладает трансцендентным телом, состоящим из вечности, знания и блаженства, что Он вечно наслаждается Своими играми во Врадже (враджа-вилас), и только Он является высшей целью и конечным прибежищем дживы. Когда человек обретает такую позитивную веру, тогда он, отбросив все желания материальных чувственных наслаждений и стремление к безличному освобождению, принимает полное прибежище у стоп Кришны. Такое умонастроение называется правритти-рупа-шраддха (полностью сформировавшееся намерение посвятить себя служению Бхагавану). Когда такая вера восходит в сердце человека, он со слезами на глазах вручает себя истинному вайшнава-садху и становится его смиренным слугой. Таков процесс предания себя духовному учителю.

Враджанатх [спросил]:

— Сколько существует видов анартх, препятствий?

Бабаджи [ответил]:

— Существует четыре вида анартх: 1) сва-сварупа-апрапти (препятствия, не позволяющие осознать свое духовное «я»); 2) асат-тришна (стремление к временным материальным наслаждениям); 3) апарадха (оскорбления); 4) хридая-даурбалья (слабость сердца).

Первая анартха (сва-сварупа-апрапти), которая также называется сварупа-бхрама, означает забвение дживой своего вечного положения слуги Кришны. Под влиянием иллюзии крошечная искорка, джива, уходит далеко от своего изначального духовного положения, она начинает отождествлять себя с материей, а окружающие ее объекты чувств считать своей собственностью (ахам мамети). Вследствие этого джива развивает три типа материальных желаний, характеризующих ее стремление обрести счастье в мире материи.

Это стремление представляет из себя второй вид анартхи — асат-тришна, а три ее желания звучат следующим образом: 1) желание иметь потомство; 2) желание быть богатым; 3) желание наслаждений, доступных на райских планетах.

Далее идут десять видов оскорблений (даша-апарадха), которые я опишу тебе позже.

Материальное существование дживы вызвано «слабостью сердца» (хридая-даурбальям), которое порождает скорбь и тревогу.

Таковы четыре вида анартх (препятствий), присущих каждой дживе, закованной в кандалы невежества, от которых она может освободиться с помощью садху-санги и практики преданного служения.

Метод йоги, состоящий из четырех ступеней: пратьяхара (устранение контакта с объектами чувств); яма (самоконтроль); нияма (следование правилам и предписаниям); и вайрагья (отрешенность), представляет из себя очень сложный путь для обусловленной души. Даже продвинутому йогу нелегко освободиться от материальных беспокойств и еще труднее достичь высшего назначения. Еще одна опасность для практикующего данный метод — это постоянный риск падения.

С другой стороны, развитие в себе чистого сознания Кришны в садху-санге (обществе святых) — это наиболее простой и естественный путь. Совершая преданное служение в обществе святых вайшнавов, человек с легкостью избавляется от всех своих тревог и преодолевает все трудности и препятствия. Когда джива освобождается от материализма, мгновенно возрождается ее вечная духовная природа (сварупа).

Враджанатх [спросил]:

— Правильно ли называть человека, освободившегося от анартх, освобожденной личностью?

Бабаджи [ответил]:

— Пожалуйста, подумай над следующими словами из «Шримад-Бхагаватам» (6.14.3–5): «О Господин! В материальном мире живых существ не меньше, чем песчинок на берегу моря, и только некоторым из них посчастливилось родиться в образе человека. Однако среди людей лишь немногие следуют правилам религиозного благочестия. Из тех, кто придерживаются религиозной морали, только некоторые стремятся обрести освобождение из материального мира, но лишь один из тысячи таких людей, оставив привязанность к обществу, дружбе, любви, своей стране, дому, жене и детям, сможет достичь высшего совершенства самоосознания (сиддхи). Среди миллионов таких совершенных йогов и освобожденных душ с трудом можно найти того, кому известна истинная (конечная) форма освобождения. Такая редкая душа — это преданный Господа Нараяны: только ему доступно абсолютное умиротворение, ибо он нашел прибежище у стоп Всевышнего»[15].

Только чистый преданный Господа может быть полностью свободен от анартх. Такой человек встречается очень редко даже среди миллионов освобожденных душ. Поэтому садху-санга, общение с чистыми вайшнавами, есть самая драгоценная вещь в этом мире.

Враджанатх [спросил]:

— Правильно ли говорить, что вайшнав — это тот, кто отрекся от семейной жизни, или же вайшнавом может быть также домохозяин?

Бабаджи [ответил]:

— Чистого преданного Кришны называют вайшнавом. Такой человек может быть как домохозяином (грихастха), так и живущим в отречении санньяси. Он может быть как благородным брахманом, так и низкорожденным чандалом (неприкасаемым, собакоедом). Он может быть богатым или же бедным. В той степени, в которой человек обладает чистой преданностью к Господу Кришне (шуддха-кришна-бхакти), в такой степени его следует считать кришна-бхактой.

Враджанатх [спросил]:

— Ты говорил о том, что существует пять видов баддха-джив (обусловленных душ). В их число ты включил преданных, совершающих садхана-бхакти (практику преданного служения), и преданных, практикующих бхава-бхакти. Какие же тогда преданные являются освобожденными из тюрьмы майи (майя-мукта)?

Бабаджи [ответил]:

— Как только человек становится преданным Господа, теоретически его можно считать освобожденной личностью. Однако полное освобождение от власти майи (васту-гата-мукти), которое характеризуется тем, что джива навсегда расстается как с грубым, так и с тонким материальным телами, достигается только на зрелой стадии садханы. До этого момента преданный может находиться на ступени предварительного освобождения (сварупа-гата-мукти), которое проявляется в осознании им своих вечных отношений с Кришной.

В результате совершения садхана-бхакти в сердце преданного восходит бхава. Утвердившись на стадии бхава-бхакти, человек, оставляя грубое и тонкое тела, обретает свое изначальное чистое трансцендентное тело (чит-шарира). Поскольку джива находится под влиянием майи на стадии садхана-бхакти и частично это влияние сохраняется даже на начальных стадиях бхава-бхакти, обе эти ступени (садхана-бхакти и бхава-бхакти) относятся к уровню материального существования. Поэтому ачарьи включили такие дживы в число пяти видов обусловленных душ.

Материалисты и нирвишеша-вади, несомненно, также находятся под влиянием майи. Единственный верный путь освобождения из тюрьмы майи — это преданное служение Господу Хари. Среди всех освобожденных душ только кришна-бхакта находится на самом совершенном уровне.

Джива оказывается во власти майи в результате совершенных ею оскорблений, наиболее существенным из которых является забвение ей своего вечного положения слуги Кришны. Это оскорбление есть корень, из которого растут все остальные оскорбления. Только Кришна может простить дживу, и только по Его милости джива может освободиться из темницы майи.

Имперсоналисты верят в то, человек способен обрести освобождение из материального мира, развивая знание о безличном Брахмане. Однако такие представления не имеют под собой никаких оснований. Об этом говорится в «Шримад-Бхагаватам» (10.2.32–33): «Полубоги сказали: „О лотосоокий Господь, не может быть чистым разум того, кто пренебрегает служением Твоим лотосным стопам. Даже если имперсоналист, поднявшись на уровень осознания нирвишеша-брахмана, исполнив строгие обеты и совершив суровые аскезы, в гордости своей считает себя муктой (освобожденной личностью), в конце концов, совершив оскорбление Твоих лотосных стоп, он падает вниз, вновь возвращаясь к материальному существованию. О Мадхава (Верховный Господь, супруг богини удачи), если Твой преданный, обладающий трансцендентной любовью, постоянно занятый служением Тебе, оступившись, оставит путь бхакти, его нельзя сравнить с имперсоналистом-майявади, поскольку он всегда находится под защитой Твоих лотосных стоп. Твой преданный бесстрашно переступает через головы всех тех, кто пытается воспрепятствовать его продвижению по пути преданности“»[16].

Враджанатх [спросил]:

— Сколько существует видов мукта-джив?

Бабаджи [ответил]:

— Освобожденные души делятся на две категории: 1) нитья-мукта (дживы, которые никогда не попадали во власть майи); и 2) баддха-мукта (дживы, которые находились в тюрьме майи, но позже обрели освобождение).

Нитья-мукта-дживы также делятся на две категории: 1) айшварья-гата (дживы, которые привлечены Господом в Его аспекте величия); 2) мадхурья-гата (дживы, которых привлекает Господь в Своем аспекте сладости). Айшварья-гата-нитья-мукта-дживы — это вечные спутники Господа Нараяны, повелителя Вайкунтхи. Они — частички духовного сияния, изошедшего из Шри Мула-Санкаршаны, который обитает на Вайкунтхе. Мадхурья-гата-нитья-мукта-дживы — это вечные спутники Господа Шри Кришны, повелителя Голоки Вриндавана. Они — частицы духовного сияния Господа Баладевы, обитающего на Голоке.

Баддха-мукта-дживы делятся на три категории: 1) айшварья-гата — дживы, которых привлекает величие и богатство Господа; 2) мадхурья-гата — дживы, которых привлекает сладость Господа; и 3) брахмаджьоти-гата — дживы, которых привлекает безличное сияние Господа.

Те дживы, которые во время практики садханы имели своим объектом медитации образ Бхагавана в Его аспекте айшварьи, становятся близкими спутниками Господа Нараяны, повелителя Вайкунтхи, и обретают право жить с Ним на одной планете (салокья-мукти). Дживы, которых во время садхана-бхаджана привлекал Бхагаван в Его аспекте мадхурья, обретают служение Господу в Его вечной обители Голоке Вриндаване или на какой-либо другой Его планете. Дживы, которые в процессе садханы ставили своей целью слияние с Брахманом, обретают в момент освобождения брахма-саюджья-мукти, т. е. они растворяются в сиянии Господа и полностью утрачивают свою индивидуальность.

Враджанатх [спросил]:

— Каково конечное назначение дживы, которая является чистым преданным Шри Гаура-Кишора (Господа Чайтаньи Махапрабху)?

Бабаджи [ответил]:

— Шри Кришна и Шри Гаура-Кишор, с точки зрения таттвы (истины), одна и та же личность. Они оба являются прибежищем мадхурья-расы. Однако между Ними существует небольшое отличие, поскольку мадхурья-раса проявляется двумя различными способами: мадхурья (сладость) и аударья (великодушие). В Шри Кришне преобладает аспект мадхурьи, а в Гауранге преобладает аспект аударьи. Исходя из этого, вечная обитель Голока Вриндаван также делится на две части: обитель Кришны и обитель Гауры.

Вечно совершенные освобожденные дживы, которых больше привлекает аспект мадхурья и в меньшей степени аударья, населяют обитель Шри Кришны. Обитатели же Шри Гаура-дхамы в первую очередь погружены в умонастроение аударьи, а мадхурья привлекает их в меньшей степени. Этим отличаются друг от друга вечные спутники Господа Кришны от вечных спутников Господа Гауранги. Некоторые освобожденные дживы, имея два трансцендентных тела, одновременно живут в обеих обителях. Другие дживы имеют только одну форму и пребывают только в одной обители.

Те, кто поклоняются Шри Гауре во время садханы (практики), достигнув совершенства, будут служить Господу Шри Гауре, тогда как те, кто поклоняются Шри Кришне во время садханы (практики), будут служить Господу Шри Кришне и на стадии совершенства. Однако те, кто поклоняются Шри Кришне и Шри Гауре во время совершения садханы (практики), достигнув совершенства, обретут два тела и получат возможность одновременно находиться в обителях Шри Кришны и Шри Гауры. Знание об одновременном единстве и различии, которые существуют между Шри Гаурой и Шри Кришной, представляет из себя самую сокровенную тайну богоосознания.

Когда Враджанатх выслушал рассказ святого бабаджи о состоянии джив, освобожденных из тюрьмы майи, он больше не смог сдерживать своих чувств. Переполненный духовными эмоциями, он упал к стопам учителя. Бабаджи Махарадж, чьи глаза наполнили слезы радости, поднял Враджанатха и тепло обнял его.

На дворе была уже глубокая ночь, когда Враджанатх наконец покинул кутир своего учителя и направился к себе домой. По дороге Враджанатх глубоко размышлял об услышанном.

За ужином Враджанатх, обращаясь к бабушке, произнес твердым голосом: «Бабушка, если вы и все мои родственники хотите, чтобы я оставался жить в этом доме, пожалуйста, прекратите разговоры о моей женитьбе. Кроме того, не позволяйте больше Вани-Мадхаве приходить сюда. Он мой злейший враг, и я больше не хочу видеть его лицо. Я никогда не буду ни о чем разговаривать с ним и прошу вас поступать так же».

Бабушка Враджанатха была очень разумной женщиной и смогла правильно оценить ситуацию. Обдумав свою беседу с Вани-Мадхавой и последние решительные слова внука, она, поняв его настроение, мудро решила отложить вопрос женитьбы до лучших времен. Бабушка рассуждала так: «Наше давление на Враджанатха было слишком сильным и лишь увеличило его стремление к отречению. Если мы будем продолжать настаивать, Враджанатх может бросить все, принять санньясу и отправиться во Вриндаван или Варанаси. Пусть же Бхагаван решит, что будет лучшим для него».

(продолжение следует)



1 Ра̄кш̣аса̄х̣ калим а̄ш́рӣтйа, джа̄йанте брахма-йониш̣у.

2 Йада бхрамам бхрамам хари-раса-галад-вайшнава-джанам, кадачит сампашйан таданугамане сйадручийутах тада кришна вриттйа, тйаджати шанакаирмайика-дасам сварупам вибхрано вимала-раса-бхогам са куруте.

3 Сама̄не вр̣кш̣е пуруш̣о нимагно, ’нӣш́айа̄ ш́очати мухйама̄нах̣ / джуш̣т̣ам̇ йада̄ паш́йатй анйам ӣш́ам, асйа махима̄нам ити вӣта-ш́оках̣.

4 Муктир хитва̄нйатха̄ рӯпам̇, сва-рӯпен̣а вйавастхитих̣.

5 Эвам эвайша сампрасадо асмач чарират самуттхайе парам джйотирупасампадйа свена / рупенабхинишпадйате са уттама-пуруша са татра пашйета лакшана кридам раммана.

6 Атмапахата-папа виджаро вимритйу вишоко виджигхатсо ’пипасах сатйакамах сатйасанкалпа со ’нвиштавйах.

7 Ш́рӣ-бхагава̄н ува̄ча, на родхайати ма̄м̇ його, на са̄н̇кхйам̇ дхарма эва ча / на сва̄дхйа̄йас тапас тйа̄го, неш̣т̣а̄-пӯртам̇ на дакш̣ин̣а̄ // врата̄ни йаджн̃аш́ чанда̄м̇си, тӣртха̄ни нийама̄ йама̄х̣ / йатха̄варундхе сат-сан̇гах̣, сарва-сан̇га̄пахо хи ма̄м.

8 Йасйа йатсангатих пумсо, маниват сйат са тад гунах / свакуладдхарйаикатато, дхиман свайутхатйева саншайет.

9 Сан̇го йах̣ сам̇ср̣тер хетур асатсу вихито ’дхийа̄ / са эва са̄дхуш̣у кр̣то них̣сан̇гатва̄йа калпате.

10 Наиш̣а̄м̇ матис та̄вад урукрама̄н̇гхрим̇ спр̣ш́атй анартха̄пагамо йад-артхах̣ / махӣйаса̄м̇ па̄да-раджо-’бхиш̣екам̇ ниш̣кин̃чана̄на̄м̇ на вр̣н̣ӣта йа̄ват.

11 На хй ам-майа̄ни тӣртха̄ни, на дева̄ мр̣ч-чила̄-майа̄х̣ / те пунантй уру-ка̄лена, дарш́ана̄д эва са̄дхавах̣.

12 Бхава̄паварго бхрамато йада̄ бхаведж, джанасйа тархй ачйута сат-сама̄гамах̣ / сат-сан̇гамо йархи тадаива сад-гатау, пара̄вареш́е твайи джа̄йате матих̣.

13 Сата̄м̇ прасан̇га̄н мама вӣрйа-сам̇видо, бхаванти хр̣т-карн̣а-раса̄йана̄х̣ катха̄х̣ / тадж-джош̣ан̣а̄д а̄ш́в апаварга-вартмани, ш́раддха̄ ратир бхактир анукрамиш̣йати.

14 Сарва-дхарма̄н паритйаджйа, ма̄м экам̇ ш́аран̣ам̇ враджа / ахам̇ тва̄м̇ сарва-па̄пебхйо, мокш̣айиш̣йа̄ми ма̄ ш́учах̣.

15 Раджобхих̣ сама-сан̇кхйа̄та̄х̣, па̄ртхиваир иха джантавах̣ / теш̣а̄м̇ йе кечанеханте, ш́рейо ваи мануджа̄дайах̣ // пра̄йо мумукш̣авас теш̣а̄м̇, кечанаива двиджоттама / мумукш̣ӯн̣а̄м̇ сахасреш̣у, каш́чин мучйета сидхйати // мукта̄на̄м апи сиддха̄на̄м̇ на̄ра̄йа̄н̣а-пара̄йан̣ах̣ / судурлабхах̣ праш́а̄нта̄тма̄ кот̣иш̣в апи маха̄-муне.

16 Йе ’нйе ’равинда̄кш̣а вимукта-ма̄нинас, твайй аста-бха̄ва̄д авиш́уддха-буддхайах̣ / а̄рухйа кр̣ччхрен̣а парам̇ падам̇ татах̣, патантй адхо ’на̄др̣та-йуш̣мад ан̇гхрайах̣ // татха̄ на те ма̄дхава та̄вака̄х̣ квачид, бхраш̣́йанти ма̄рга̄т твайи баддха-саухр̣да̄х̣ / твайа̄бхигупта̄ вичаранти нирбхайа̄, вина̄йака̄нӣкапа-мӯрдхасу прабхо.





←  Погрузись глубоко в Реальность с Бхакти Судхиром Госвами. 20 октября 2021 года. Гупта Говардхан ·• Архив новостей •· «Шри Джайва-дхарма. Том I. Глава 18. Научное свидетельство о философии одновременного единства и различия». Шрила Саччидананда Бхактивинод Тхакур →

Текст озвучивает Аджита Кришна Дас


Russian

Шрила Бхактивинод Тхакур 

Шри Джайва-дхарма (Вечная религия души)

Том I. Вечная природа души
Глава 17. Научное свидетельство о дживах,
освободившихся из тюрьмы майи (иллюзии)


Поздно вечером бабушка Враджанатха сообщила внуку о том, что все приготовления к свадьбе с дочерью Виджая Видьяратны успешно завершены. Враджанатх, не сказав ничего в ответ, молча отужинал и отправился спать.

Враджанатх долго не мог заснуть. Лежа в кровати, он размышлял о природе чистой души, а бабушка тем временем не переставала думать о том, как убедить его согласиться на предложение о браке.

В этот момент на пороге дома появился Вани-Мадхава, двоюродный брат Враджанатха по матери. Он пришел по просьбе Виджая Видьяратны, чтобы согласовать все необходимые формальности брачного соглашения двух почтенных семейств. Вани-Мадхава лучше других подходил для этой цели, поскольку он, помимо родственных уз с семьей Враджанатха, был связан и с семьей Видьяратны как двоюродный брат (по отцовской линии) его дочери.

Вани-Мадхава обратился к бабушке:

— О Тхакурани, скажи мне, в чем дело?! Почему ты не торопишься с проведением свадебной церемонии для твоего внука?

Грустным голосом бабушка ответила:

— О Вани-Мадхава, на мою беду Враджанатх и слышать не хочет о свадьбе. Дорогой брат, ты очень умен и искусен: попытайся уговорить его. Возможно, тебе удастся изменить его ум. Сегодня, когда я сказала Враджанатху о том, что все готово для проведения свадьбы, в ответ он не промолвил ни слова.

Сказав это, бабушка заплакала.

Сама внешность Вани-Мадхавы адекватно отражала его внутреннюю сущность: он был невысокого роста, имел короткую шею, его кожа была темной, а глаза постоянно моргали. Вместо того, чтобы должным образом исполнять свои обязанности, Вани-Мадхава предпочитал вмешиваться в дела других людей, хотя это мало кому приносило пользу. Он часто хватался за многие начинания, но никогда не доводил их до конца. Выслушав жалобу пожилой женщины, Вани-Мадхава нахмурил свои брови и хвастливо заявил:

— О почтенная, ты знаешь меня очень давно. Скажи, разве есть такое дело, которое было бы не под силу Вани-Мадхаве? Я из тех людей, что могут зарабатывать деньги, подсчитывая волны в океане. Прикажи мне: я поговорю с Враджанатхом, и он обязательно согласится с моими доводами. Не сомневайся, я смогу убедить его стать благоразумным. Но за это, дорогая бабушка, ты приготовишь для меня что-нибудь вкусненькое, не так ли?

Бабушка ответила:

— Враджанатх недавно поужинал и отправился спать. Пожалуйста, приходи завтра.

Вани-Мадхава сказал:

— Хорошо. Завтра утром я поговорю с ним на эту тему.

Сказав это, Вани-Мадхава ушел.

Следующим утром, сидя во дворе своего дома, Враджанатх увидел в дверях Вани-Мадхаву. Удивившись и обрадовавшись, он спросил:

— Что случилось, брат? В чем причина твоего столь раннего визита?

Вани-Мадхава ответил:

— Дада́, ты глубоко изучил ньяя-шастры. Слава твоя гремит по всей Индии. У тебя много учеников и последователей. Ты известный ученый и достойный сын знаменитого пандита Харинатха Чудамани. Однако кроме тебя в его роду больше нет мужчин, и если ты не оставишь потомков, то великая династия прекратит свое существование. Разве ты хочешь этого? Дорогой брат, все мы, твои родственники, просим тебя об одном: пожалуйста, женись.

Враджанатх ответил:

— Брат, зачем ты беспокоишь меня без необходимости? После того, как я принял прибежище у преданных Шри Гаурасундара из Маяпура, в моем сердце не осталось места для стремления искать счастье в семейной жизни. Находясь в обществе этих садху, я испытываю глубокое духовное удовлетворение, а материальная жизнь кажется мне пустой и бессмысленной. Очень скоро я приму отречение и проведу остаток своих дней у стоп святых вайшнавов.

Дорогой брат, я открыл тебе свое сердце, поскольку считаю тебя своим близким другом. Пожалуйста, держи это в тайне и не посвящай в нее других.

После этих слов Враджанатха для Вани-Мадхавы стал очевидным тот факт, что прямые уговоры не принесут желаемого результата. Он рассудил, что правильнее будет скрыть свои истинные намерения и хитростью добиться расположения Враджанатха. С такими мыслями в голове Вани-Мадхава сказал:

— Тебе хорошо известно, дорогой брат, что я всегда поддерживал тебя во всех твоих начинаниях. Вспомни, когда ты изучал санскрит в школе, я помогал тебе носить книги. Поэтому я хочу служить тебе и на этой ступени твоей жизни: когда ты примешь санньясу, я буду носить твою данду (монашеский посох) и камандалу (металлический горшок для воды). Я стану твоим надежным помощником.

У лжецов два языка, поэтому их трудно распознать. Обращаясь к одним людям, они будут говорить одно, а разговаривая с другими — прямо противоположное. Слушая речи лжецов, нелегко понять, что у них в действительности на уме. Их губы смазаны медом, а сердце наполнено ядом. Они разбойники, рядящиеся в одежды святых: своими губами они воспевают имя Рамы, а в кармане сжимают нож, предназначенный для убийства.

Вражданатх, будучи простосердечным и искренним, не заметил фальши в словах Вани-Мадхавы. Обрадованный тем, что нашел в его лице союзника, Враджанатх сказал:

— Дорогой брат, я так счастлив слышать от тебя такие слова. Все эти годы ты был для меня близким другом. Моя бабушка уже очень стара. Она далека от глубоких философских истин, и ей не понять мое сердце. Если я пойду на ее уговоры и женюсь на этой девушке, моя жизнь превратиться в ад. Я утону в океане самсары и не достигну цели человеческого существования. Пожалуйста, поговори с ней и попытайся убедить ее отказаться от своих намерений. Если тебе удастся сделать это, я навсегда останусь твоим должником.

Вани-Мадхава ответил:

— Не беспокойся, брат. Пока жив Вани-Мадхава, никто и ничто не помешает тебе осуществить задуманное. Я позабочусь обо всем. Однако, дорогой мой друг, для того чтобы я мог помочь тебе, скажи мне честно: откуда у тебя появилась эта ненависть к мирской жизни? Кто надоумил тебя оставить мир? Кто пробудил в тебе дух отречения?

Враджанатх с радостью пересказал Вани-Мадхаве историю своего чудесного обращения. Он также рассказал следующее:

— В Маяпуре живет один пожилой бабаджи по имени Шри Рагхунатх Дас. Каждый день после захода солнца я отправляюсь к нему и, сидя у его стоп, слушаю о трансцендентном. В своем сердце я принял его духовным учителем. Своими поучениями он гасит пылающий огонь страсти в моем сердце. Я не знаю никого, кто был бы так же милостив ко мне, как он.

Вани-Мадхава, в голове которого начинал зарождаться коварный замысел, подумал про себя: «Ага, вот где слабое место моего дорогого брата Враджанатха. Теперь хитростью необходимо направить его слабость против него самого».

Тщательно скрывая свои злобные мысли, вслух он произнес:

— О брат, не беспокойся ни о чем. Я пойду домой и подумаю над тем, что нужно предпринять, чтобы помочь тебе. Я обязательно сделаю так, что бабушка согласится с твоим желанием.

Вани-Мадхава, притворившись, что идет домой, едва скрывшись из виду, сменил маршрут и направился в Шри Маяпур.

Придя в Шривас-ангам, он сел под деревом бакула и стал размышлять: «Эти мошенники-вайшнавы заботятся только о самих себе и думают при этом, что весь мир создан для того, чтобы они могли жить в нем счастливо и беззаботно. Они построили красивые дома и поселились в тихих уютных кунджах. Посмотрите, какое чудесное место. Эти притворщики сидят в одиночестве каждый в своем кутире и, перебирая четки, делают вид, что повторяют имена Хари. Каждый из них похож на быка религии, настолько они степенны и самодовольны. Рано утром местные женщины, приняв омовение в Ганге, приносят им овощи, воду и разные продукты. Брахманы получают дары от обывателей в благодарность за совершение обрядов карма-канды, но вайшнавы наслаждаются всеми материальными удобствами, не делая ничего полезного для общества.

О век Кали! Cлава тебе! Как говорит старая бенгальская пословица: „Он называет себя преданным Рамачандры, но в действительности он преданный Кали“. Увы, увы! Зачем я родился в семье брахмана!? В наши дни брахманы стали никому не нужными. Никто не предложит нам фрукты и даже не поднесет стакан воды!

Вайшнавы говорят, что знатоки ньяи (логики), постоянно рассуждающие о глиняных горшках, глупы, но, по-моему, если кто действительно глуп, так это наш брат Враджанатх. Посмотрите, во что он превратился. Будучи образованным человеком, он отдал себя в руки этих ничтожных людей, которые носят набедренные повязки. Я, Вани-Мадхава, спасу моего друга и разоблачу всех этих мошенников».

Размышляя таким образом, Вани-Мадхава вошел в одну из хижин, которая оказалась местом бхаджана Рагхунатха Даса Бабаджи Махараджа. Бабаджи сидел на подстилке из банановых листьев и, перебирая в руках четки, чуть слышно повторял имена Господа Хари. О характере человека и о его намерениях можно судить по его лицу. Лишь взглянув на своего гостя, пожилой бабаджи сразу понял, что на пороге его хижины, приняв облик сына брахмана, стоял сам Кали, властитель века вражды и лицемерия. Вайшнавы всегда смиренны и терпеливы. Они считают себя менее значимыми, чем пучок травы, и потому готовы оказать почтение каждому. Однако при этом вайшнавы не требуют почестей в свой адрес и всегда молятся о благополучии всех живых существ, даже тех, кто причиняет им боль.

Бабаджи Махарадж тепло приветствовал гостя и предложил ему место для сидения. Вани-Мадхава, не обладавший знанием этикета вайшнавов, не понимал того, как и в каком настроении следует обращаться к возвышенному вайшнаву. Считая пожилого бабаджи низким шудрой, а себя благородным брахманом, он на правах старшего жестом благословил его.

Шри Рагхунатх Дас Бабаджи спросил:

— Дорогой сын, как тебя зовут и что привело тебя ко мне?

Не найдя в вопросе святого бабаджи ожидаемого им почтительного отношения к себе, Вани-Мадхава пришел в беспокойство и, не скрывая раздражения, сказал:

— Бабаджи, ты отрекся от мира и носишь каупину (набедренную повязку), но неужели ты думаешь, что этого достаточно, чтобы стать равным благородному брахману? Ну хорошо, пусть будет так. Я, как человек вежливый, не буду обращать на это особого внимания. Скажи мне лучше прямо: знаешь ли ты Враджанатха Панчанану?

Бабаджи, хорошо понимая причину раздражения своего гостя, спокойным и мягким голосом ответил:

— Пожалуйста, прости старика. Я вовсе не хотел тебя обидеть. Не считай мои слова серьезным оскорблением в свой адрес. Что касается твоего вопроса: да, Враджанатх время от времени навещает меня по своей беспричинной милости.

Вани-Мадхава [сказал]:

— О бабаджи! Я хотел предупредить тебя: Враджанатх не такой простак, как это может показаться на первый взгляд. Он очень коварный человек, поверь моему слову. Стремясь завоевать твое доверие, Враджанатх сознательно ведет себя подчеркнуто смиренно и притворяется покорным тебе. Ты думаешь, он приходит сюда в поисках духовного знания? Как бы не так! Тебе еще неизвестен его тайный умысел. Знай, о бабаджи! Враджанатха подослали к тебе коварные брахманы из Белпукуры. Им не по душе твое поведение и с помощью этого человека они намереваются погубить тебя. Будь осторожен. Ты уже очень стар и потому с тобой может случиться все, что угодно. Я хочу помочь тебе и защитить от опасности. Время от времени я буду приходить сюда, чтобы предупредить тебя об их злобных намерениях. Пожалуйста, бабаджи, держи это в тайне. Иначе нам с тобой трудно будет раскрыть заговор. Ну что ж, прощай. Сейчас мне надо идти.

Сказав это, Вани-Мадхава покинул жилище святого бабаджи.

Вечером того же дня Враджанатх сидел на веранде своего дома и отдыхал после ужина. Неожиданно появился Вани-Мадхава и, присев рядом, начал говорить:

— Дорогой брат, сегодня по своим делам я посещал Маяпур. Там совершенно случайно мне встретился один пожилой бабаджи-вайшнав. По всей видимости, это и был тот Рагхунатх Дас Бабаджи Махарадж, о котором ты мне говорил вчера. Мы разговаривали с ним на разные темы, и в процессе беседы речь зашла о тебе. Мне неприятно говорить об этом, но он очень плохо отзывался о тебе. Я никогда не слышал, чтобы кто-то говорил о брахмане такие отвратительные вещи. В конце нашей беседы он сказал: «Я сделаю так, что Враджанатх будет есть остатки трапезы неприкасаемых. Тем самым я разрушу чистоту его касты». Дорогой брат, какое несчастье, что ты связался с этим коварным человеком. Если благородные люди, подобные тебе, станут общаться с такими низкими людьми, сословие брахманов потеряет всякое уважение в глазах представителей других, более низких, сословий.

Враджанатх не мог поверить своим ушам. Слова Вани-Мадхавы повергли его в смятение, однако они не смогли поколебать его веру в святого бабаджи и вайшнавов. Не зная, как ему поступить в данной ситуации, Враджанатх сказал:

— Брат, сейчас мне нечего тебе сказать. Пожалуйста, отправляйся домой, а я подумаю над твоими словами.

Вани-Мадхава ушел. Теперь двуличная природа Вани-Мадхавы и его истинные намерения не могли больше оставаться тайной для Враджанатха. Ему стало очевидным все то, что скрывалось за дружелюбием Вани-Мадхавы, когда тот предлагал ему помощь в принятии санньясы. Хотя Враджанатх был знатоком ньяи, он всегда был прямодушным и не любил нечестного поведения. Враджанатх понимал, что Вани-Мадхава, по наущению бабушки, осуществлял хитрый план, целью которого была свадьба Враджанатха на дочери Виджая Видьяратны. Можно было также предположить, что Вани-Мадхава был лично заинтересован в том, чтобы свадьба состоялась, ибо надеялся получить свои «комиссионные». Не было сомнений в том, что посещение им Маяпура являлось частью его хитроумного замысла. Размышляя таким образом, Враджанатх в своем сердце молился Всевышнему Господу: «О Господь Хари! Пожалуйста, укрепи мою веру в моего возлюбленного Гурудева и святых вайшнавов. Пусть она останется сильной и неизменной, несмотря на происки нечестных людей».

В этих мыслях прошел день. Когда стемнело, Враджанатх с тяжелым сердцем направился в Шривас-ангам, мечтая припасть к стопам своего духовного учителя.

После ухода Вани-Мадхавы Рагхунатх Дас Бабаджи, сидя в своем ашраме, размышлял: «Несомненно, этот человек брахма-ракшас. В писаниях говорится: „В век Кали ракшасы (людоеды) принимают рождение в семьях брахманов“ („Чайтанья Бхагавата“, Ади-кханда, 16.301, цитата из „Вараха-пураны“, Махеша-вакья)[1].

Это ведическое пророчество как нельзя лучше характеризует моего нового знакомого. Он гордится своим высоким происхождением и своей кастой. Он враждебен к вайшнавам и исполнен двуличия. Он истинный дхарма-дваджи (человек, скрывающий свою греховность под личиной истовой религиозности). Все это ясно отражено в самом его облике: короткая шея, моргающие глаза, лживые слова и манера поведения выдают все, что он прячет в своем сердце. Этот человек законченный асура (демон).

В отличие от него Враджанатх подобен ангелу: у него доброе сердце и мягкий характер. Необходимо как можно быстрее предупредить Враджанатха об опасности общения с этим злобным демоном. О Господь Кришна! О Господь Гауранга! Пожалуйста, защитите нас от этого человека и от его коварных замыслов!»

Враджанатх пришел в Шривас-ангам и спешно направился к хижине своего учителя. Лишь завидев ученика, Рагхунатх Дас Бабаджи Махарадж с большой теплотой обнял его и пригласил войти внутрь. Слезы хлынули из глаз Враджанатха. Он не мог говорить от переполнявших его чувств. Упав на землю, он обхватил руками лотосные стопы Бабаджи Махараджа. Бабаджи нежно поднял Враджанатха с земли и мягким голосом сказал:

— Сегодня утром сюда приходил один темнокожий брахман. Перед тем как уйти, он успел сказать много всего неприятного. Знаком ли тебе этот человек?

Враджанатх [сказал]:

— О Прабху, ранее ты говорил, что материальный мир населяют самые разные виды живых существ. Есть среди них и такие, кто находят удовлетворение в том, чтобы без всякой на то причины причинять беспокойства другим дживам. Мой двоюродный брат (хотя мне стыдно признавать его своим родственником) принадлежит именно к такой категории. Я считаю, что он один из самых выдающихся деятелей подобного толка. Говоря по правде, мне вовсе не хотелось бы говорить о нем сегодня. Он тебе рассказал много плохого обо мне, а после этого, разговаривая со мной, критиковал тебя. Он сделал это для того, чтобы мы перестали доверять друг другу, и нашей близости и взаимному доверию пришел конец. Я надеюсь, что ты не поверил в его обвинения.

Бабаджи [воскликнул]:

— О Кришна! О Гауранга! В течение всей моей жизни я служил чистым преданным и благодаря полученной от них милости смогу отличить вайшнава от материалиста. С первого взгляда я понял все об этом человеке и о его намерениях, поэтому нет необходимости объяснять мне подробности.

Враджанатх [воскликнул]:

— О учитель! Прошу тебя, давай забудем об этом неприятном инциденте! Пожалуйста, расскажи мне, каким образом джива может освободиться из тюрьмы майи?

Бабаджи [сказал в ответ]:

— Ответ на твой вопрос содержится в седьмой шлоке даша-мулы, которая звучит следующим образом: «Баддха-джива (обусловленная душа) с незапамятных времен блуждает в материальном мире, перемещаясь с одной планеты на другую, воплощаясь то в одном теле, то в другом. Когда в ходе своих скитаний джива встречает на своем пути вайшнава, погруженного в блаженство преданности Господу Хари, она обретает вкус (ручи) к преданности (бхакти) и желание следовать по стопам этого вайшнава. Постоянно повторяя святые имена Шри Кришны, удачливая джива шаг за шагом освобождается от временной телесной обусловленности, взамен которой постепенно возрождает свое вечное духовное тело (сварупу), благодаря которому обретает право совершать непосредственное служение Господу Шри Кришне в трансцендентном мире»[2].

Враджанатх [поинтересовался]:

— Мне хотелось бы услышать те высказывания Вед, которые могли бы служить подтверждением данной шлоки.

Бабаджи [пояснил]:

— В «Мундака-упанишад» (3.1.2) и «Шветашватара-упанишад» (4.7) говорится: «Джива и Параматма находятся в одном теле. Они подобны двум птицам, сидящим на ветке дерева. Джива, отождествляя себя с материальным телом, постоянно стремится услаждать свои чувства, подобно тому, как птица, сидящая на ветке дерева, постоянно клюет плоды, растущие на нем. Для несчастной, сбитой с толку дживы не существует ничего, кроме окружающего ее материального мира, однако, обратив взор к своему вечному доброжелателю, Верховному Господу, Параматме (Сверхдуше), которому всегда служат чистые преданные, она увидит Его во всей Его славе и избавится от страданий, скорби и разочарований»[3].

Враджанатх [поинтересовался]:

— Итак, получив даршан Всевышнего Господа, джива осознает Его величие и освобождается от всех тревог. Так гласит эта шлока. Правильно ли я понимаю, что таково определение мукти (освобождения)?

Бабаджи [объяснил]:

 Мукти подразумевает под собой освобождение из тюрьмы майи. Это освобождение приходит только к той дживе, которой выпадет великая удача садху-санги (святого общения). Однако такое определение мукти не является полным, ибо, преодолев границы материального мира, дживе предстоит обрести свое истинное положение, свою вечную духовную форму, которая сияет неземной славой. Только такое освобождение является полным и совершенным. В «Шримад-Бхагаватам» (2.10.6) говорится: «Джива является вечным слугой Кришны и в своем чистом совершенном состоянии (шуддха-кришна-даса) обладает вечным трансцендентным телом (чит-сварупа), необходимым для совершения божественной севы (служения). Однако, стремясь забыть о Кришне, охваченная невежеством джива облачается в грубое и тонкое материальные тела, которые скрывают ее истинную природу. То, что ученые люди называют освобождением, — это достижение дживой своего изначального положения (обретение трансцендентного тела), после того как будут оставлены эти временные тела»[4].

Эта половина шлоки говорит о том, что совершенством самоосознания является обретение дживой вечного духовного тела взамен на временные материальные. Такова суть истинного освобождения. Вырвавшись из тюрьмы майи, душа обретает статус освобожденной личности, однако только после этого начинается ее настоящая жизнь. Разнообразная трансцендентная деятельность, которая возможна благодаря наличию вечного духовного тела, есть высшее совершенство души (мула-прайоджана). В негативном смысле мукти означает избавление от страданий, но в позитивном смысле мукти — это обретение высшего трансцендентного счастья (чит-сукха). Об этом говорится в «Чхандогья-упанишад» (8.13.3): «Оставив грубое и тонкое материальные тела, джива в своем трансцендентном теле достигает сияющей обители Шри Кришны. В этом духовном царстве джива вечно наслаждается общением с Всевышним Господом и играет с Ним, испытывая при этом неописуемое блаженство»[5].

Враджантх [спросил]:

— Каковы признаки тех, кто освободился из тюрьмы майи?

Бабаджи [ответил]:

— «Чхандогья-упанишад» (8.7.1) описывает следующие восемь признаков освобожденных душ: «Необходимо найти того, кто свободен от греха, старости, смерти, скорби, голода и жажды, кто не имеет других желаний, кроме желания служить Господу, и чьи мысли целиком сосредоточены на абсолютной истине. Такой человек принадлежит к числу освобожденных душ»[6].

Враджанатх [сказал]:

— В стихе даша-мулы говорится, что джива, блуждающая в пределах материального мира, может встать на путь преданности Господу Шри Хари только благодаря счастливой встрече с чистым вайшнавом, который искушен в науке трансцендентной расы.

Меня интересует вопрос: может ли человек обрести хари-бхакти также посредством метода аштанга-йоги или брахма-гьяны?

Бабаджи [ответил]:

— Сам Верховный Господь провозгласил в «Шримад-Бхагаватам» (11.12.1–2): «Я не подчиняюсь никому из тех, кто совершает аштанга-йогу, изучает философию санкхьи, строго выполняет предписания карма-канды, декламирует ведические гимны, истязает свое тело аскезами, живет в отречении, занимается альтруизмом (раздает пожертвования или совершает действия, направленные на благо других), следует религиозным обетам и ограничениям, совершает жертвоприношения, произносит тайные мантры, отправляется в паломничество или придерживается правил и предписаний духовной жизни. Однако тот, кто принимает Моих чистых преданных как Меня самого, с легкостью завоюет Мое сердце и преодолеет все препятствия на своем пути»[7].

В «Хари-бхакти-судходхае» (8.51) говорится: «Как в гранях кристалла отражается все, что находится в непосредственной близости от него, так и человек приобретает качества, присущие людям, с которыми он вступает в общение. Такова природа сознания»[8].

Поэтому человеку, стремящемуся к высшему совершенству, надлежит общаться только с вайшнавами, чьи сердца абсолютно чисты. Садху-санга есть корень всякой удачи в жизни дживы.

Слово «нихсанга» («уединение»), упоминаемое в писаниях, указывает на то, что мы должны всегда находиться в обществе вайшнавов. Нихсанга означает «оставить все виды общения и всем сердцем принять общение с преданными». Даже ненамеренное общение со святыми людьми дарует ни с чем не сравнимое благо. В «Шримад-Бхагаватам» (3.23.55) говорится: «Общение с материалистами порабощает дживу, даже если она не подозревает об этом. Однако общение со святыми людьми приводит человека на путь освобождения, даже если человек и не догадывается, кто те люди, с которыми ему выпадает удача общаться. Такое общение называется нихсанга»[9].

В «Шримад-Бхагаватам» (7.5.32) говорится: «Лотосные стопы Всевышнего Господа Кришны, которого прославляют за Его божественные деяния, разрушают все неблагоприятное в сердце человека. Однако до тех пор, пока люди, привязанные к чувственным удовольствиям материальной жизни, не осыплют себя пылью со стоп шуддха-вайшнава, чистого преданного Шри Кришны, они не смогут освободиться от материального осквернения»[10].

В «Шримад-Бхагаватам» (10.48.31) говорится: «Совершая паломничество по святым местам и принимая омовение в святых реках, человек сможет освободиться от последствий своих грехов, если будет делать это в течение длительного времени. Поклоняясь мурти полубогов, человек через много лет сможет исполнить любые свои желания. Однако встретив великого преданного, подобного тебе, о Акрура, человек немедленно очистится и обретет высшее духовное совершенство»[11].

В «Шримад-Бхагаватам» (10.51.53) говорится: «О непогрешимый Господь! Несчастная джива с незапамятных времен странствует по разным вселенным материального мира в круговороте рождения и смерти, но когда Ты решаешь оказать ей Свою милость, она встречает на своем жизненном пути святых преданных, и с этого момента начинается ее путь к освобождению. Общаясь с Твоими преданными, джива обретает твердую веру и трансцендентное влечение к Тебе. Она познает Тебя как свою конечную цель и назначение, высшее прибежище, повелителя мира и изначальную причину всех причин»[12].

Баба́, джива, связанная веревками майи, блуждает в этом мире с незапамятных времен, принимая рождение в соответствии со своей кармой, иногда в обществе полубогов, иногда в обществе животных, но, встретив чистых вайшнавов, благодаря запасу прошлого благочестия (сукрити) она обретает сильную веру в Господа Кришну и в служение Его лотосным стопам.

Враджанатх [спросил]:

— Итак, благодаря сукрити человек может обрести возможность общения с чистыми преданными Бхагавана. Что из себя представляет это сукрити? Карма ли это? Или может это гьяна?

Бабаджи [ответил]:

— В писаниях говорится о том, что существует два типа благоприятных действий (шубха-карма). Это: 1) действия, приводящие к преданному служению; и 2) действия, приносящие незначительные и временные результаты.

Только действия первой категории можно считать по-настоящему благоприятными, поскольку их следствием является бхакти (бхакти-прадах-сукрити). К числу таких действий относятся: общение с вайшнавами, посещение святых мест, связанных с играми Господа, соприкосновение с атрибутами, используемыми в служении Господу, и т. д.

Ко второй категории шубха-кармы относятся, например, такие действия, как нитья- и наймитика-карма, изучение философии санкхьи или развитие имперсонального знания.

Бхакти-прадах-сукрити, накапливаясь, постепенно приводит дживу к кришна-бхакти. Результаты такой деятельности никогда не исчезают, тогда как последствия другого рода сукрити сходят на нет, как только человек, насладившись плодами совершенных поступков, исчерпает запас праведности.

Все виды благочестивых действий, такие как раздача милостыни, приносят только временный результат, а именно возможность обрести материальное счастье, связанное с временным обладанием объектами чувств. Развитие имперсонального знания приводит дживу к безличному освобождению. Ни тот, ни другой вид действий (бхога-прадах-сукрити и мукти-прадах-сукрити) не обладают силой даровать дживе преданное служение Господу.

С другой стороны, садху-санга, экадаши-врата, празднование Джанмаштами и Гаура-пурнимы и другие подобные действия помогают человеку развить качества святой личности. Служение Туласи Деви, почитание маха-прасада, паломничество в святые места, поклонение Божеству Господа в храме, соприкосновение с объектами, используемыми в служении Бхагавану (садху-васту) в высшей степени благоприятны. Они даруют человеку бхакти (преданность), даже если он просто получил их даршан.

Враджанатх [спросил]:

— Может ли человек обрести бхакти, если он служит Господу Хари в надежде избавиться от материальных страданий?

Бабаджи [ответил]:

— Когда человек приходит к пониманию того, что все страдания приходят к нему в результате его собственных греховных желаний и поступков, когда он перестает искать счастье в исполнении своих материальных обязанностей, тогда для него становится очевидным, что в этом мире для него нет другого прибежища, кроме стоп Всевышнего Господа. Такой человек начинает служить вайшнавам, которые предались Господу. Служение вайшнавам — это первый шаг на пути бхакти и единственный способ обрести прибежище самого Господа. Служение вайшнавам дарует человеку бхакти-прадах-сукрити, с помощью которого он обретает бхакти. Вначале человеку необходимы отречение и разум, для того чтобы быть способным понять, что благоприятно для него, а что нет, однако они представляют из себя только вторичные по значимости методы обретения бхакти.

Садху-санга, общение с чистыми преданными, есть не только самый важный, но и единственный метод обретения бхакти. Помимо садху-санги, ничто другое не может помочь дживе в достижении высшей цели ее существования.

Враджанатх [спросил]:

— Если карма, гьяна, вайрагья и вивека (способность различать) являются вторичными способами обретения бхакти, почему их также нельзя назвать бхакти-прадах-сукрити?

Бабаджи [ответил]:

— Существует серьезное возражение против этого. Перечисленные тобой методы обычно приносят временные и ограниченные плоды. Карма не может даровать вечных результатов, но вместе с тем она привязывает дживу к объектам чувственного наслаждения. С помощью вайрагьи (отречения) и гьяны (эмпирического знания) джива может прийти к осознанию безличного Брахмана, однако такое «достижение» закроет для дживы возможность служения лотосным стопам Бхагавана. Вследствие этих причин данные методы не могут быть отнесены к разряду бхакти-прадах-сукрити. Хотя иногда случается так, что они приводят человека к бхакти, однако это исключение, а не правило.

С другой стороны, садху-санга прямо и непосредственно дарует дживе чистую любовь к Господу. Садху-санга не приносит временных и ограниченных результатов. Она также не порождает побочных продуктов, которые могли бы стать препятствием на пути к высшему совершенству.

В «Шримад-Бхагаватам» (3.25.25) говорится: «Слушание повествований о Моих славных деяниях в обществе чистых преданных доставляет наслаждение слуху и сердцу. Развивая духовное знание, основанное на таком слушании, человек быстро и уверенно продвигается по пути освобождения, проходя стадии шраддхи (веры), рати ([духовного] влечения), и в конце концов достигает высшей стадии человеческой жизни — према-бхакти (чистой любви к Господу)»[13].

Враджанатх [спросил]:

— Итак, садху-санга представляет из себя единственный вид сукрити, который может привести к бхакти. В первую очередь человеку надлежит слушать хари-катху из уст святых людей, и тогда постепенно к нему придет само преданное служение. Правильно ли я понял последовательность развития бхакти?

Бабаджи [ответил]:

— Сейчас я назову все последовательные стадии преданного служения. Пожалуйста, слушай внимательно.

Вследствие великой удачи джива, блуждающая по всей вселенной, обретает сукрити, которое ведет к бхакти. Сукрити может прийти к дживе в тот момент, когда она совершенно случайно соприкоснется с одной из составляющих чистого преданного служения. К примеру, человек может, сам того не зная, соблюдать пост в день экадаши, или же он посетит святое место, связанное с играми Бхагавана. Он может принять в своем доме гостя, который окажется чистым преданным Кришны, или же окажется на духовном собрании (ишта-гоштхи), где нишкинчана-вайшнавы (те преданные, чьей единственной собственностью является Господь) обсуждают хари-катху или воспевают харинам. Если человек стремится к чувственным удовольствиям или имперсональному освобождению, то с помощью вышеперечисленных действий он не сможет получить бхакти, однако если невинный человек совершает их даже неосознанно или по привычке, не ставя своей целью получить от этого материальную выгоду или обрести мукти, тогда эти действия станут причиной появления бхакти в его сердце.

Когда такой вид праведной деятельности, совершаемой в течение многих и многих рождений, достигает «критической массы», джива обретает веру (шраддха) в процесс чистого преданного служения. Когда эта вера становится достаточно сильной и однонаправленной, человек начинает осознанно стремиться к общению с чистыми преданными. В обществе чистых преданных человек все с большей силой посвящает себя садхане (практическому преданному служению) и бхаджану (поклонению Господу). Пропорционально уровню чистоты повторения им святых имен Хари, сердце его покидают все материальные желания и грехи (анартхи и апарадхи). Когда это происходит окончательно, вера человека в процесс преданного служения становится твердой и нерушимой (ништха). Затем, очищаясь, вера приобретает форму ручи (трансцендентного вкуса), а ручи, становясь более концентрированной, принимает форму трансцендентной привязанности (асакти). Достигая своей наиболее зрелой стадии, асакти обретает форму рати или бхавы (экстатической любви), а затем, наконец, рати в форме стхайи-бхавы соединяется с другими составляющими (такими как вибхава, анубхава, саттвика-бхава, вьябхичари), чтобы образовать сварупу (трансцендентную форму) апракрита-расы.

Чтобы обобщить все вышесказанное, можно сказать следующее: благодаря запасу совершенной в прошлом праведной деятельности (бхакти-прадах-сукрити), человек получает садху-сангу (общение с чистыми преданными). Такое начальное непреднамеренное общение с шуддха-вайшнавами позволяет ему обрести веру (шраддха) в путь преданного служения. Затем, когда человек принимает принципы бхакти и строго следует им в своей жизни, он вновь обретает садху-сангу. В результате первой садху-санги рождается шраддха (вера), которая также может быть названа шаранагати (предание себя).

Соприкоснувшись со святыми местами, атрибутами, используемыми в служении Бхагавану, и святыми преданными, джива обретает желание принять прибежище у стоп Господа. Вера, с которой человек делает это, описывается в следующих словах Бхагавад-гиты (18.66): «О Арджуна, оставь все виды религии и просто предайся Мне. Я избавлю тебя от последствий любого греха»[14].

Слова «сарва-дхарма̄н», использованные в этом стихе, указывают на мирские обязанности (смарта-дхарма, аштанга-йога, санкхья-йога, гьяна, вайрагья и тому подобные виды деятельности). Джива никогда не сможет достичь высшей цели жизни, совершенствуясь в этих видах дхармы, поэтому Гита провозглашает, что все их необходимо оставить. Человек должен быть убежден в том, что Господь Кришна обладает трансцендентным телом, состоящим из вечности, знания и блаженства, что Он вечно наслаждается Своими играми во Врадже (враджа-вилас), и только Он является высшей целью и конечным прибежищем дживы. Когда человек обретает такую позитивную веру, тогда он, отбросив все желания материальных чувственных наслаждений и стремление к безличному освобождению, принимает полное прибежище у стоп Кришны. Такое умонастроение называется правритти-рупа-шраддха (полностью сформировавшееся намерение посвятить себя служению Бхагавану). Когда такая вера восходит в сердце человека, он со слезами на глазах вручает себя истинному вайшнава-садху и становится его смиренным слугой. Таков процесс предания себя духовному учителю.

Враджанатх [спросил]:

— Сколько существует видов анартх, препятствий?

Бабаджи [ответил]:

— Существует четыре вида анартх: 1) сва-сварупа-апрапти (препятствия, не позволяющие осознать свое духовное «я»); 2) асат-тришна (стремление к временным материальным наслаждениям); 3) апарадха (оскорбления); 4) хридая-даурбалья (слабость сердца).

Первая анартха (сва-сварупа-апрапти), которая также называется сварупа-бхрама, означает забвение дживой своего вечного положения слуги Кришны. Под влиянием иллюзии крошечная искорка, джива, уходит далеко от своего изначального духовного положения, она начинает отождествлять себя с материей, а окружающие ее объекты чувств считать своей собственностью (ахам мамети). Вследствие этого джива развивает три типа материальных желаний, характеризующих ее стремление обрести счастье в мире материи.

Это стремление представляет из себя второй вид анартхи — асат-тришна, а три ее желания звучат следующим образом: 1) желание иметь потомство; 2) желание быть богатым; 3) желание наслаждений, доступных на райских планетах.

Далее идут десять видов оскорблений (даша-апарадха), которые я опишу тебе позже.

Материальное существование дживы вызвано «слабостью сердца» (хридая-даурбальям), которое порождает скорбь и тревогу.

Таковы четыре вида анартх (препятствий), присущих каждой дживе, закованной в кандалы невежества, от которых она может освободиться с помощью садху-санги и практики преданного служения.

Метод йоги, состоящий из четырех ступеней: пратьяхара (устранение контакта с объектами чувств); яма (самоконтроль); нияма (следование правилам и предписаниям); и вайрагья (отрешенность), представляет из себя очень сложный путь для обусловленной души. Даже продвинутому йогу нелегко освободиться от материальных беспокойств и еще труднее достичь высшего назначения. Еще одна опасность для практикующего данный метод — это постоянный риск падения.

С другой стороны, развитие в себе чистого сознания Кришны в садху-санге (обществе святых) — это наиболее простой и естественный путь. Совершая преданное служение в обществе святых вайшнавов, человек с легкостью избавляется от всех своих тревог и преодолевает все трудности и препятствия. Когда джива освобождается от материализма, мгновенно возрождается ее вечная духовная природа (сварупа).

Враджанатх [спросил]:

— Правильно ли называть человека, освободившегося от анартх, освобожденной личностью?

Бабаджи [ответил]:

— Пожалуйста, подумай над следующими словами из «Шримад-Бхагаватам» (6.14.3–5): «О Господин! В материальном мире живых существ не меньше, чем песчинок на берегу моря, и только некоторым из них посчастливилось родиться в образе человека. Однако среди людей лишь немногие следуют правилам религиозного благочестия. Из тех, кто придерживаются религиозной морали, только некоторые стремятся обрести освобождение из материального мира, но лишь один из тысячи таких людей, оставив привязанность к обществу, дружбе, любви, своей стране, дому, жене и детям, сможет достичь высшего совершенства самоосознания (сиддхи). Среди миллионов таких совершенных йогов и освобожденных душ с трудом можно найти того, кому известна истинная (конечная) форма освобождения. Такая редкая душа — это преданный Господа Нараяны: только ему доступно абсолютное умиротворение, ибо он нашел прибежище у стоп Всевышнего»[15].

Только чистый преданный Господа может быть полностью свободен от анартх. Такой человек встречается очень редко даже среди миллионов освобожденных душ. Поэтому садху-санга, общение с чистыми вайшнавами, есть самая драгоценная вещь в этом мире.

Враджанатх [спросил]:

— Правильно ли говорить, что вайшнав — это тот, кто отрекся от семейной жизни, или же вайшнавом может быть также домохозяин?

Бабаджи [ответил]:

— Чистого преданного Кришны называют вайшнавом. Такой человек может быть как домохозяином (грихастха), так и живущим в отречении санньяси. Он может быть как благородным брахманом, так и низкорожденным чандалом (неприкасаемым, собакоедом). Он может быть богатым или же бедным. В той степени, в которой человек обладает чистой преданностью к Господу Кришне (шуддха-кришна-бхакти), в такой степени его следует считать кришна-бхактой.

Враджанатх [спросил]:

— Ты говорил о том, что существует пять видов баддха-джив (обусловленных душ). В их число ты включил преданных, совершающих садхана-бхакти (практику преданного служения), и преданных, практикующих бхава-бхакти. Какие же тогда преданные являются освобожденными из тюрьмы майи (майя-мукта)?

Бабаджи [ответил]:

— Как только человек становится преданным Господа, теоретически его можно считать освобожденной личностью. Однако полное освобождение от власти майи (васту-гата-мукти), которое характеризуется тем, что джива навсегда расстается как с грубым, так и с тонким материальным телами, достигается только на зрелой стадии садханы. До этого момента преданный может находиться на ступени предварительного освобождения (сварупа-гата-мукти), которое проявляется в осознании им своих вечных отношений с Кришной.

В результате совершения садхана-бхакти в сердце преданного восходит бхава. Утвердившись на стадии бхава-бхакти, человек, оставляя грубое и тонкое тела, обретает свое изначальное чистое трансцендентное тело (чит-шарира). Поскольку джива находится под влиянием майи на стадии садхана-бхакти и частично это влияние сохраняется даже на начальных стадиях бхава-бхакти, обе эти ступени (садхана-бхакти и бхава-бхакти) относятся к уровню материального существования. Поэтому ачарьи включили такие дживы в число пяти видов обусловленных душ.

Материалисты и нирвишеша-вади, несомненно, также находятся под влиянием майи. Единственный верный путь освобождения из тюрьмы майи — это преданное служение Господу Хари. Среди всех освобожденных душ только кришна-бхакта находится на самом совершенном уровне.

Джива оказывается во власти майи в результате совершенных ею оскорблений, наиболее существенным из которых является забвение ей своего вечного положения слуги Кришны. Это оскорбление есть корень, из которого растут все остальные оскорбления. Только Кришна может простить дживу, и только по Его милости джива может освободиться из темницы майи.

Имперсоналисты верят в то, человек способен обрести освобождение из материального мира, развивая знание о безличном Брахмане. Однако такие представления не имеют под собой никаких оснований. Об этом говорится в «Шримад-Бхагаватам» (10.2.32–33): «Полубоги сказали: „О лотосоокий Господь, не может быть чистым разум того, кто пренебрегает служением Твоим лотосным стопам. Даже если имперсоналист, поднявшись на уровень осознания нирвишеша-брахмана, исполнив строгие обеты и совершив суровые аскезы, в гордости своей считает себя муктой (освобожденной личностью), в конце концов, совершив оскорбление Твоих лотосных стоп, он падает вниз, вновь возвращаясь к материальному существованию. О Мадхава (Верховный Господь, супруг богини удачи), если Твой преданный, обладающий трансцендентной любовью, постоянно занятый служением Тебе, оступившись, оставит путь бхакти, его нельзя сравнить с имперсоналистом-майявади, поскольку он всегда находится под защитой Твоих лотосных стоп. Твой преданный бесстрашно переступает через головы всех тех, кто пытается воспрепятствовать его продвижению по пути преданности“»[16].

Враджанатх [спросил]:

— Сколько существует видов мукта-джив?

Бабаджи [ответил]:

— Освобожденные души делятся на две категории: 1) нитья-мукта (дживы, которые никогда не попадали во власть майи); и 2) баддха-мукта (дживы, которые находились в тюрьме майи, но позже обрели освобождение).

Нитья-мукта-дживы также делятся на две категории: 1) айшварья-гата (дживы, которые привлечены Господом в Его аспекте величия); 2) мадхурья-гата (дживы, которых привлекает Господь в Своем аспекте сладости). Айшварья-гата-нитья-мукта-дживы — это вечные спутники Господа Нараяны, повелителя Вайкунтхи. Они — частички духовного сияния, изошедшего из Шри Мула-Санкаршаны, который обитает на Вайкунтхе. Мадхурья-гата-нитья-мукта-дживы — это вечные спутники Господа Шри Кришны, повелителя Голоки Вриндавана. Они — частицы духовного сияния Господа Баладевы, обитающего на Голоке.

Баддха-мукта-дживы делятся на три категории: 1) айшварья-гата — дживы, которых привлекает величие и богатство Господа; 2) мадхурья-гата — дживы, которых привлекает сладость Господа; и 3) брахмаджьоти-гата — дживы, которых привлекает безличное сияние Господа.

Те дживы, которые во время практики садханы имели своим объектом медитации образ Бхагавана в Его аспекте айшварьи, становятся близкими спутниками Господа Нараяны, повелителя Вайкунтхи, и обретают право жить с Ним на одной планете (салокья-мукти). Дживы, которых во время садхана-бхаджана привлекал Бхагаван в Его аспекте мадхурья, обретают служение Господу в Его вечной обители Голоке Вриндаване или на какой-либо другой Его планете. Дживы, которые в процессе садханы ставили своей целью слияние с Брахманом, обретают в момент освобождения брахма-саюджья-мукти, т. е. они растворяются в сиянии Господа и полностью утрачивают свою индивидуальность.

Враджанатх [спросил]:

— Каково конечное назначение дживы, которая является чистым преданным Шри Гаура-Кишора (Господа Чайтаньи Махапрабху)?

Бабаджи [ответил]:

— Шри Кришна и Шри Гаура-Кишор, с точки зрения таттвы (истины), одна и та же личность. Они оба являются прибежищем мадхурья-расы. Однако между Ними существует небольшое отличие, поскольку мадхурья-раса проявляется двумя различными способами: мадхурья (сладость) и аударья (великодушие). В Шри Кришне преобладает аспект мадхурьи, а в Гауранге преобладает аспект аударьи. Исходя из этого, вечная обитель Голока Вриндаван также делится на две части: обитель Кришны и обитель Гауры.

Вечно совершенные освобожденные дживы, которых больше привлекает аспект мадхурья и в меньшей степени аударья, населяют обитель Шри Кришны. Обитатели же Шри Гаура-дхамы в первую очередь погружены в умонастроение аударьи, а мадхурья привлекает их в меньшей степени. Этим отличаются друг от друга вечные спутники Господа Кришны от вечных спутников Господа Гауранги. Некоторые освобожденные дживы, имея два трансцендентных тела, одновременно живут в обеих обителях. Другие дживы имеют только одну форму и пребывают только в одной обители.

Те, кто поклоняются Шри Гауре во время садханы (практики), достигнув совершенства, будут служить Господу Шри Гауре, тогда как те, кто поклоняются Шри Кришне во время садханы (практики), будут служить Господу Шри Кришне и на стадии совершенства. Однако те, кто поклоняются Шри Кришне и Шри Гауре во время совершения садханы (практики), достигнув совершенства, обретут два тела и получат возможность одновременно находиться в обителях Шри Кришны и Шри Гауры. Знание об одновременном единстве и различии, которые существуют между Шри Гаурой и Шри Кришной, представляет из себя самую сокровенную тайну богоосознания.

Когда Враджанатх выслушал рассказ святого бабаджи о состоянии джив, освобожденных из тюрьмы майи, он больше не смог сдерживать своих чувств. Переполненный духовными эмоциями, он упал к стопам учителя. Бабаджи Махарадж, чьи глаза наполнили слезы радости, поднял Враджанатха и тепло обнял его.

На дворе была уже глубокая ночь, когда Враджанатх наконец покинул кутир своего учителя и направился к себе домой. По дороге Враджанатх глубоко размышлял об услышанном.

За ужином Враджанатх, обращаясь к бабушке, произнес твердым голосом: «Бабушка, если вы и все мои родственники хотите, чтобы я оставался жить в этом доме, пожалуйста, прекратите разговоры о моей женитьбе. Кроме того, не позволяйте больше Вани-Мадхаве приходить сюда. Он мой злейший враг, и я больше не хочу видеть его лицо. Я никогда не буду ни о чем разговаривать с ним и прошу вас поступать так же».

Бабушка Враджанатха была очень разумной женщиной и смогла правильно оценить ситуацию. Обдумав свою беседу с Вани-Мадхавой и последние решительные слова внука, она, поняв его настроение, мудро решила отложить вопрос женитьбы до лучших времен. Бабушка рассуждала так: «Наше давление на Враджанатха было слишком сильным и лишь увеличило его стремление к отречению. Если мы будем продолжать настаивать, Враджанатх может бросить все, принять санньясу и отправиться во Вриндаван или Варанаси. Пусть же Бхагаван решит, что будет лучшим для него».

(продолжение следует)



[1] Ра̄кш̣аса̄х̣ калим а̄ш́рӣтйа, джа̄йанте брахма-йониш̣у.

[2] Йада бхрамам бхрамам хари-раса-галад-вайшнава-джанам, кадачит сампашйан таданугамане сйадручийутах тада кришна вриттйа, тйаджати шанакаирмайика-дасам сварупам вибхрано вимала-раса-бхогам са куруте.

[3] Сама̄не вр̣кш̣е пуруш̣о нимагно, ’нӣш́айа̄ ш́очати мухйама̄нах̣ / джуш̣т̣ам̇ йада̄ паш́йатй анйам ӣш́ам, асйа махима̄нам ити вӣта-ш́оках̣.

[4] Муктир хитва̄нйатха̄ рӯпам̇, сва-рӯпен̣а вйавастхитих̣.

[5] Эвам эвайша сампрасадо асмач чарират самуттхайе парам джйотирупасампадйа свена / рупенабхинишпадйате са уттама-пуруша са татра пашйета лакшана кридам раммана.

[6] Атмапахата-папа виджаро вимритйу вишоко виджигхатсо ’пипасах сатйакамах сатйасанкалпа со ’нвиштавйах.

[7] Ш́рӣ-бхагава̄н ува̄ча, на родхайати ма̄м̇ його, на са̄н̇кхйам̇ дхарма эва ча / на сва̄дхйа̄йас тапас тйа̄го, неш̣т̣а̄-пӯртам̇ на дакш̣ин̣а̄ // врата̄ни йаджн̃аш́ чанда̄м̇си, тӣртха̄ни нийама̄ йама̄х̣ / йатха̄варундхе сат-сан̇гах̣, сарва-сан̇га̄пахо хи ма̄м.

[8] Йасйа йатсангатих пумсо, маниват сйат са тад гунах / свакуладдхарйаикатато, дхиман свайутхатйева саншайет.

[9] Сан̇го йах̣ сам̇ср̣тер хетур асатсу вихито ’дхийа̄ / са эва са̄дхуш̣у кр̣то них̣сан̇гатва̄йа калпате.

[10] Наиш̣а̄м̇ матис та̄вад урукрама̄н̇гхрим̇ спр̣ш́атй анартха̄пагамо йад-артхах̣ / махӣйаса̄м̇ па̄да-раджо-’бхиш̣екам̇ ниш̣кин̃чана̄на̄м̇ на вр̣н̣ӣта йа̄ват.

[11] На хй ам-майа̄ни тӣртха̄ни, на дева̄ мр̣ч-чила̄-майа̄х̣ / те пунантй уру-ка̄лена, дарш́ана̄д эва са̄дхавах̣.

[12] Бхава̄паварго бхрамато йада̄ бхаведж, джанасйа тархй ачйута сат-сама̄гамах̣ / сат-сан̇гамо йархи тадаива сад-гатау, пара̄вареш́е твайи джа̄йате матих̣.

[13] Сата̄м̇ прасан̇га̄н мама вӣрйа-сам̇видо, бхаванти хр̣т-карн̣а-раса̄йана̄х̣ катха̄х̣ / тадж-джош̣ан̣а̄д а̄ш́в апаварга-вартмани, ш́раддха̄ ратир бхактир анукрамиш̣йати.

[14] Сарва-дхарма̄н паритйаджйа, ма̄м экам̇ ш́аран̣ам̇ враджа / ахам̇ тва̄м̇ сарва-па̄пебхйо, мокш̣айиш̣йа̄ми ма̄ ш́учах̣.

[15] Раджобхих̣ сама-сан̇кхйа̄та̄х̣, па̄ртхиваир иха джантавах̣ / теш̣а̄м̇ йе кечанеханте, ш́рейо ваи мануджа̄дайах̣ // пра̄йо мумукш̣авас теш̣а̄м̇, кечанаива двиджоттама / мумукш̣ӯн̣а̄м̇ сахасреш̣у, каш́чин мучйета сидхйати // мукта̄на̄м апи сиддха̄на̄м̇ на̄ра̄йа̄н̣а-пара̄йан̣ах̣ / судурлабхах̣ праш́а̄нта̄тма̄ кот̣иш̣в апи маха̄-муне.

[16] Йе ’нйе ’равинда̄кш̣а вимукта-ма̄нинас, твайй аста-бха̄ва̄д авиш́уддха-буддхайах̣ / а̄рухйа кр̣ччхрен̣а парам̇ падам̇ татах̣, патантй адхо ’на̄др̣та-йуш̣мад ан̇гхрайах̣ // татха̄ на те ма̄дхава та̄вака̄х̣ квачид, бхраш̣́йанти ма̄рга̄т твайи баддха-саухр̣да̄х̣ / твайа̄бхигупта̄ вичаранти нирбхайа̄, вина̄йака̄нӣкапа-мӯрдхасу прабхо.


Главная | Миссия | Учение | Библиотека | Контактная информация
Пожертвования