«Шри Джаганнатхадев». Шрила Б. Р. Шридхар Дев-Госвами Махарадж. Навадвипа Дхама, Индия | “Sri Jagannathdev.” Srila B. R. Sridhar Dev-Goswami Maharaj. Navadwipa Dhama, India


Шрила Бхакти Ракшак Шридхар Дев-Госвами Махарадж

Шри Джаганнатхадев

Эта лекция нашего Парам Гурудева,
Шрилы Бхакти Ракшака Шридхара Дев-Госвами Махараджа,
была опубликована Шриманом Девашишем Прабху
в журнале “Counterpoint” (том I, № 6, весна 1994 года).

 

Враджа-раса в Двараке

Порой среди цариц Двараки витает настроение, полное таких мыслей: «Хотя у нас и есть Сам Кришна в качестве мужа, но все же так или иначе мы чувствуем, что Он не тот Кришна, во всей Своей полноте. Он всегда словно бы рассеян, и сердцем Он не до конца с нами». Размышляя таким образом, царицы пришли к пониманию, что связь Кришны с Вриндаваном и гопи крайне сладостна. Полагая, что эта сладость является причиной рассеянности Кришны, они стали искать способы узнать, как же жил Кришна во Вриндаване. Они хотели узнать о Его играх с гопи и услышать рассказы о Его отрочестве. Матушка Баларамы, Рохини, жила во Вриндаване, когда Кришна был маленьким, и хотя она была вовлечена в ватсалья-расу (родительские чувства), она так же многое слышала о лилах Кришны и гопи. Поэтому, тайно встретившись с ней, царицы Двараки попросили: «Пожалуйста, расскажи нам о мадхурья-лилах Кришны во Вриндаване». Рохини не могла отказать искренним просьбам цариц, и, попросив сестру Кришны Субхадру присмотреть, чтобы никто не помешал, она стала описывать Его лилы с пастушками Враджи.

Так случилось, что в то же самое время Кришна и Баларама дремали в соседней комнате, и пока Рохини рассказывала о враджа-лиле, Они узнали, что происходит. Подойдя к дверям, где Субхадра стояла на страже, Кришна и Баларама подслушали рассказ Рохини и вспомнили о Вриндаване и гопи, и всех тех моментах, и [тогда] невероятно сильные чувства охватили Их. Разительная перемена чувств, нахлынувших на Кришну и Балараму, была настолько сильна, что даже сами Их тела начали меняться, совсем как явил это Махапрабху, когда Он упал у ворот храма Джаганнатха, а Его руки и ноги как будто втянулись в тело. Подобная перемена в телах возможна при определенных экстатических переживаниях, и, ощущая экстаз Вриндавана, Кришна и Баларама пережили такие же изменения. И Субхадра тоже, хоть она и не жила во Вриндаване, увидев своих братьев в таком состоянии, так же ощутила их переживания и трансформации. К Ней внутренне пришли те же чувства, а внешне Она испытала те же изменения. Причиной изменения Их обликов были рассказы Рохини о Вриндаване. Воспоминания о лилах Вриндавана и ощущение этого настроения вызвали такие перемены в Их телах.

В определенный момент компания Рохини осознала, что Кришна и Баларама слушают их разговор, и беседа моментально затихла. Таким образом лила была прервана, а искаженный облик Кришны не изменился, Он впал в транс. Ничего нельзя было поделать, чтобы изменить ситуацию, и в отчаянии они отнесли Кришну в Нава-Вриндаван, копию Вриндавана, созданную в Двараке Брахмой для удовольствия Кришны. Хотя Кришна и не спал, Он никак не мог прийти в сознание из этого состояния, этого транса, до тех пор, пока не оказался в Нава-Вриндаване. Там, пребывая в Своем трансе, Он мог видеть только Баладеву, все же остальные присутствующие были как бы исключены из Его поля зрения. Видя Баладеву, Кришна был счастлив, что очутился во Вриндаване. Затем Он увидел Рохини: «О да, это Вриндаван». Также там были явлены и образы других жителей Вриндавана, а царицы Двараки держались чуть поодаль, чтобы понаблюдать за тем, что будет дальше. Увидев Баладеву, Кришна видит Своих друзей пастушков Шридама и Судама, они тоже здесь. Здесь же в стороне стоят и гопи, а по другую сторону стоит Шримати Радхарани. Увидев Ее образ, Кришна бросился обнимать Ее, и когда Сатьябхама увидела это, ее тело тоже несколько изменилось. И пока Кришна пребывал в этом забытьи, Баладева смог подойти к Нему и постепенно вернуть Его обратно к сознанию Двараки. Резко оборвавшиеся переживания Вриндавана стали причиной Его тяжелого состояния, и лишь постепенно Его разум снова удалось вернуть в Двараку.

Такова эта история в кратком пересказе, и когда Дварака и Вриндаван встречаются, это и есть Джаганнатх. По большому счету Он пребывает в Двараке, но там же проявлены переживания Вриндавана. У Него бесконечное множество вариаций Его игр — так что же мы можем отследить или познать с нашими ограниченными способностями? В «Дварака-самхите» мы находим, что и в Двараке была устроена раса-лила. Царицы Двараки услышали, что во Вриндаване самой прекрасной была раса-лила. Так по одному случаю вся компания Вриндавана была приглашена в Двараку, и они [царицы Двараки] осторожно подошли к Кришне и попросили Его: «Гопи пришли сюда, и в наших сердцах давно уже зреет желание, чтобы вы показали нам свою раса-лилу. Ты попросишь их?» Кришна ответил: «Если они дадут свое согласие, то у Меня не будет возражений». Царицы обратились с просьбой к гопи, и была устроена раса-лила. Когда все завершилось и все увидели, насколько это было изумительно, царицы отправились к лагерю гопи, чтобы выразить свое восхищение. «То, что мы сейчас видели, самое восхитительное зрелище, такое невозможно даже вообразить. Мы не можем даже выразить это должным образом». Тогда Шримати Радхарани возразила им в ответ: «Что вы видели? Это было ничто — лишь представление, почти лишенное жизни. Где Ямуна? Где деревья кадамба, павлины, олени и все остальное? Там, во Вриндаване, сама природа была нам сценой, и все это происходило в нашей юности. То, что видели вы, это ничто, притворство, насмешка». Тогда царицы задумались: «Если то, что мы видели, — такая малость, то каково же тогда на самом деле истинное качество лилы? Это совершенно непостижимо».

Так что настроение Вриндавана очень важно. Когда влечение к вриндавана-лиле было резко прервано, это вызвало большие перемены на физическом плане. Конечно, это не имеет ничего общего с физическим планом на самом деле, но, чтобы понятнее объяснить, мы можем сказать и так. Эта ситуация вызвала искажение внешнего плана. Это что-то, напоминающее землетрясение. Внутренние движения Земли вызывают деформацию ее поверхности. Так и внутренние беспокойства, порожденные воспоминаниями о вриндавана-лиле, вызвали серьезные перемены во внешнем облике. И, когда это было резко прервано, внешний облик остался измененным. Это и было изображено и явлено в Джаганнатхадеве. Когда высшее настроение резко прерывается, наступает реакция. Таким образом Джаганнатх — это промежуточная форма между Кришной Двараки и Кришной Вриндавана. Своеобразный конфликт между эмоциями Сваям-Бхагавана и вайбхава-виласы Кришны. Это что-то вроде расабхасы. В высшем экстазе так же возможна расабхаса. Столкновение волн двух различных рас. Когда поезд движется в определенном направлении, то и вагон движется вместе с ним. Но если поезд резко остановится, то все, что находится в вагоне, по инерции смешается в беспорядке. Это что-то вроде того.

а̄дау йад два̄ро ’плавате,
синдхух̣ па̄рер апауруш̣ам̇

В этом стихе говорится, что мурти Джаганнатха существовало как изначальная концепция с древнейших времен. Так что каждая лила Господа вечна. Каждая частица бесконечного — вечна.

В начале «Махабхараты» содержится «Дхритараштра-вилапа», и в ней Дхритараштра перечисляет основные события «Махабхараты» и сокрушается: «Из-за этого события и этого я знаю, моей стороне придется испытать поражение». Но на этом этапе в «Махабхарате» ни одно из этих событий еще не произошло. Так как же может Дхритараштра говорить об этих событиях в начале повествования? Это потому что все это нитья, вечно. Начало лилы и ее окончание не могут быть разграничены. Это все зациклено и является бесконечным процессом. Это очень непростая для понимания вещь. Необходимо адаптировать понимание к бесконечному. Везде начало, и везде конец. Центр везде, но нигде нет окружности. Таково значение бесконечности. Это и есть нитья-лила. Везде начало, везде конец, и все это существует одновременно.

Кришнадас Кавирадж Госвами объясняет это следующим образом. Он дает пример восхода солнца, который постоянно имеет место быть в той или иной части света. Теперь он здесь, а сейчас уже здесь, и так далее он движется. Так же, подобно солнцу, кришна-лила перемещается — от рождения через детство, сначала являет себя здесь, затем в другой брахманде, другой вселенной. Это свойство бхаума-лилы. А в другом аспекте, на Голоке, мы обнаруживаем, что каждая лила так же нитья. Она отражена в этом мире, и это отражение вращается подобно солнцу. Мы можем наблюдать его здесь, теперь здесь, и здесь — вопрос места, но на Голоке, центре всего, это все происходит одновременно. И в не меньшей степени так же оно и в сердцах преданных. Когда преданный вспоминает о лиле, это может быть враджа-лила, затем дварака-лила, но то, что отражается в сердце преданного, это тоже истина. Таким образом это существует и продолжается постоянно. Каждая лила, каждая частица лилы всегда есть, всегда существует. Преемственность и сосуществование находятся в вечной гармонии.

Преданный: Махарадж, является ли гуру-парампара также частью лилы?

Шрила Шридхар Махарадж: Разумеется, это лила Кришны. Но не только это, майя и все прочее включено в лилу с Его точки зрения. Это Его сладостная воля, Его независимость.

майа̄ татам идам̇ сарвам̇, джагад авйакта-мӯртина̄
мат-стха̄ни сарва-бхӯта̄ни, на ча̄хам̇ теш̣в авастхитах̣

(Шримад Бхагавад-гита, 9.4)

«Все есть во Мне, но также ничего. Я везде, и Я нигде».

Все содержится в этой концепции. Он может даже нарушить свободную волю дживы, но все же Он этого не делает. Он пребывает внутри, и Он может все контролировать, но Он этого не делает. Он может не контролировать. У него есть эта независимость. Такого рода концепции мы должны придерживаться. Это концепция Шри Чайтаньи Махапрабху, и это то, что отличает Его концепцию от философии Гегеля и философии Ауробиндо. Майя не является неотъемлемой частью бытия, по воле Кришны майя может исчезнуть и, если Он того пожелает, снова воссоздастся.

кот̣и-ка̄мадхену-патира ча̄гӣ йаиче маре
ш̣ад̣-аиш́варйа-пати кр̣ш̣н̣ера ма̄йа̄ киба̄ каре?

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 15.179)

Он может создать или оставить. Бхактивинод Тхакур в своей «Таттва-сутре» писал, что по Его воле даже самое существование дживы-души может быть уничтожено. Это не главное, но все же Он обладает абсолютным могуществом. Все создается и разрушается Им, это проявление сварупа-шакти.

кр̣ш̣н̣а-лӣла̄мр̣та-са̄ра, та̄ра ш́ата ш́ата дха̄ра’
          даш́а-дике вахе йа̄ха̄ хаите
се чаитанйа-лӣла̄ хайа, саровара акш̣айа,
          мано-хам̇са чара̄ха’ та̄ха̄те

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 25.271)

Чайтанья-лила есть бесконечная сладость, дарованная Чайтаньей, — что бы ни было в Нем и что бы ни исходило от Него, все это не что иное, как высший нектар кришна-лилы. Чайтанья-лила означает центр, из которого проистекает кришна-лила в различных формах, сочась отовсюду, из каждой поры. Не что иное, как радха-кришна-лила воплощены в Нем, и это явлено, чтобы помочь людям. Милостивое распространение кришна-лилы, ее различных нектарных вкусов; это есть Шри Чайтанья Махапрабху, Он не существует отдельно от намы, гуны, рупы и лилы Кришны, Радхи-Кришны, и это включает в себя Яшоду и всех остальных из реальности Кришны. Если кто-то из них присутствует, то обязательно будут и другие. Таким образом, кришна-лила означает Кришну и Его окружение. Также Вриндаван — вода, леса, звери и птицы, все они входят в кришна-лилу, враджа-лилу. Это и ничто иное исходит от Шри Чайтаньи. Это Радха-Кришна в манере самораспространения. Что бы ни шло от Него — это все Кришна. Даже в детстве Шри Чайтаньи можно отследить все, связанное с Кришной, оно проявлялось тогда и различными способами создавало обстоятельства для распространения кришна-лилы среди людей.

кр̣ш̣н̣а-на̄ма дхаре ката бала

(«Шри Нама-махатмья» — Шрила Бхактивинод Тхакур)

Звук «Кришна» — какова его ценность? Шрила Рупа Госвами объясняет, что Кришна обладает четырьмя уникальными, особыми качествами. Каждая джива обладает пятьюдесятью качествами, данными при рождении. Некоторые деваты обладают пятьюдесятью пятью, то есть пятью дополнительными качествами, частично явлеными в них. Шри Нараяна обладает шестьюдесятью качествами во всей их полноте, а Кришна — еще четырьмя, которых нет у Нараяны. Эти четыре качества: рупа-мадхурья (сладостный облик), вену-мадхурья (сладостная флейта), лила-мадхурья (сладостные игры) и паракия-мадхурья (сладостные отношения). Шрила Рупа Госвами выражает особенность Кришны таким образом. И эти качества можно обнаружить только во Вриндаване. У Васудева-Кришны нет флейты, и упомянуто, что даже Дваракешвара-Кришна зачарован поиском рупа-мадхурьи Кришны Вриндавана, сладостного Властелина Враджи, Прекрасной Реальности.

Переводчик: Прия Кришна Деви Даси
Редактор: Традиш Дас

 

 

Srila Bhakti Raksak Sridhar Dev-Goswami Maharaj

Sri Jagannathdev

https://jayasri.org/2018/07/14/sri-jagannathdev/

The following article by our Param Gurudev Srila Bhakti Raksak Sridhar Dev-Goswami Maharaj has been excerpted from the magazine ‘Counterpoint’, Vol. 1 No. 6 Spring ’94, which was published by Sriman Devashis Prabhu.

The full text of that edition can be found here in pdf format
and here in epub format

 

Braja-rasa in Dwaraka

Sometimes there is a conception amongst the Queens of Dwārakā that, “Although we have Kṛṣṇa as our husband, we feel that somehow He is not Kṛṣṇa in His fullness. He always seems absentminded, as if His heart is not wholly with us.” Pondering the cause of this, the Queens came to know that previously Kṛṣṇa had some very sweet connection with Vṛndāvan and the Gopīs there. Thinking this to be the key to Kṛṣṇa’s absentminded mood, they began searching for an opportunity to find out how Kṛṣṇa was living in Vṛndāvan. They wanted to know about His pastimes there with the Gopīs, and to hear the descriptions from His childhood. Balarām’s mother Rohiṇī had lived in Vṛndāvan during Kṛṣṇa’s childhood, and although she is situated in vātsalya-rasa (parental relationship), she had heard many things about Kṛṣṇa’s Līlā with the Gopīs. So meeting her privately the Queens requested her, “Please describe Kṛṣṇa’s mādhurya-līlā in Vṛndāvan to us.” Rohiṇī was unable to avoid the Queens’ sincere request, and so posting Kṛṣṇa’s sister Subhadrā to keep watch, she began to narrate about His Līlā with the Milkmaids of Vraja.

It so happened that at that same time, Kṛṣṇa and Balarām were taking rest in a nearby room, and as Rohiṇī was describing the Vṛndāvan-līlā, They became aware of what was taking place. Coming to the door where Subhadrā was standing guard, Kṛṣṇa and Balarām could hear the talk of Rohiṇī, and remembering Vṛndāvan, the Gopīs and all these things, a great intensity of feeling came over Them. A great change of feeling came over Kṛṣṇa and Balarām, so great that Their bodies also began to change; just as Mahāprabhu had shown when He fell at the gate of the Jagannāth Mandir and His arms and legs entered into His body. Such a change in the body is possible according to some particular feeling of ecstasy, and feeling the ecstasy of Vṛndāvan, Kṛṣṇa and Balarām were undergoing such a transformation. And Subhadrā, although She had not lived in Vṛndāvan, seeing Her Brothers in this way, She also experienced some sort of sympathetic transformation. Internally that feeling came to Her and externally She was also transformed. The cause of Their disfiguration was the Vṛndāvan statement of Rohiṇī. Remembering that Vṛndāvan-līlā and feeling that, such change came in Their bodies.

Suddenly the group of Rohiṇī could understand that Kṛṣṇa and Balarām were there listening to their talk, and so immediately they stopped. The Līlā thus suspended, the disfigured formation of Kṛṣṇa remained, and He fell into a trance. Nothing could be done to reverse the situation, and so in desperation Kṛṣṇa was taken to the Nava-Vṛndāvan; a replica of Vṛndāvan that had been created in Dwārakā by Brahmā for Kṛṣṇa’s pleasure. Although Kṛṣṇa was awake He could not come out of that mentality, that trance, until He could be taken to that Nava-Vṛndāvan. There in His trance He could only see Baladev, and all others present were eliminated from His vision. Seeing Baladev, Kṛṣṇa was happy that He was in Vṛndāvan. Then He saw Rohiṇī, “Oh yes, it is Vṛndāvan.” Mannequins of all the other residents of Vṛndāvan were also arranged there, and the Queens were following from a distance to see what will happen. After seeing Baladev, Kṛṣṇa sees His cowherd friends Śrīdām and Sudām are also there. In another part the Gopīs are there, and in one part Śrīmatī Rādhārāṇī is standing. Seeing Her mannequin Kṛṣṇa ran and embraced Her, and when Satyabhāmā saw this, some disfigurement also came in Her body. While Kṛṣṇa was in this temperament, Baladev was able to go to Him and gradually he was able to bring Kṛṣṇa back to the consciousness of Dwārakā. The sudden stopping of His experience of Vṛndāvan caused His condition and only by a gradual process, His mentality was again taken to Dwārakā.

This sort of tale is there, and when Dwārakā and Vṛndāvan mix, that is Jagannāth. He is mainly in Dwārakā, but the posing of Vṛndāvan is there. He has infinite forms of Līlā, so what can we trace or know with our finite capacity? In Dwārakā-Saṁhitā we find that there was an arrangement of Rāsa-līlā in Dwārakā also. The Queens had heard that in Vṛndāvan there was the Rāsa-līlā and that it is most wonderful. So when on one occasion the whole Vṛndāvan party was invited to Dwārakā, they privately approached Kṛṣṇa and petitioned Him, “The Gopīs have come, and for a long time it is our hearts’ desire that you will show Your Rāsa-līlā to us. Will You request them?” Kṛṣṇa replied, “If they will give their consent then I have no objection.” The Queens made their request to the Gopīs and the Rāsa-līlā was arranged. When it was complete, all that saw it were astonished, and the Queens went to the camp of the Gopīs to express their wonder. “What we have seen is the most wonderful thing, it is impossible to conceive even. We cannot properly express such a thing.” And Śrīmatī Rādhārāṇī made this statement in reply, “What have you seen? That was nothing — an almost dead representation. Where is the Yamunā? Where is the kadamba tree, the peacock, the deer, and all these things? There in Vṛndāvan that was a natural stage, and that was performed there in our youth. What you saw, that is nothing, a sham, a mere mockery.” Then the Queens began to reflect, “If what we saw is of such lower order, then what type of superior quality Līlā must be found in the Original? It is totally inconceivable.”

So the psychology of Vṛndāvan is all-important. The attraction for that Vrndāvan-līlā — when that was suddenly stopped the result was a great change in the physical plane. Of course it is not physical, but for the purpose of explanation we can say physical. That check caused the disfigurement of the external plane. It is something like when there is an earthquake. The internal movement of the Earth disfigures the surface, so the internal disturbance that was created by the recollection of Vṛndāvan-līlā, that caused a great transformation in the superficial appearance. And when that was suddenly checked, that appearance remained. That has been pictured and shown in Jagannāthdev. When the higher prospect is suddenly checked, then the reaction comes. So Jagannāth is a reactionary stage between Vṛndāvan and Dwārakā. The conflict between the emotion of Swayaṁ-Bhagavān and the Vaibhava-vilās of Kṛṣṇa. It is something like rasābhās. In higher ecstasy also, rasābhās is possible. The clash of two different waves of rasa. The train may be proceeding in a particular motion and the carriage along with it. But if suddenly the train should brake, then the contents inside the carriage will be thrown into a great disorder. It is something like that.

ādau yad dvāro ’plavate,
sindhuḥ pārer apauruṣaṁ

This verse says that the Jagannāth mūrti has been there from the very conception, from the most ancient time. So every Līlā of the Lord is eternal. Every part of the infinite is eternal. In the beginning of Mahābhārat there is “Dhṛtarāṣṭra-vilāp”, and there Dhṛtarāṣṭra is naming the main incidents of Mahābhārat, and lamenting that, “Because of this incident and that incident I know that my party must be defeated”. But at this stage of Mahābhārata none of these incidents had taken place. So how can Dhṛtarāṣtra speak of these incidents at the beginning of the narration? It is because it is nitya, eternal. The beginning of the Līlā and the end of the Līlā cannot be differentiated. It is in a cyclic order and it is eternal. That is a very difficult thing to understand. To adjust to the eternal. Everywhere beginning, everywhere end. Everywhere there is centre and nowhere is there circumference. This is the meaning of infinite. This is Nitya-līlā. Everywhere beginning, everywhere end, and all coexistent at the same time.

Kṛṣṇadās Kavirāj Goswāmī has represented this in a particular way He has given the example that the sunrise is to be found always in one place or another. Now it is here, now there, and so on in this way. So like the sun Kṛṣṇa-līlā is moving, the birth, the childhood, being shown here and then extended to another brahmāṇḍa, another universe. That is the aspect of Bhauma-līlā. And in another aspect, in Goloka, we find that every Līlā is also nitya. It is reflected here in this world and the reflection is revolving like the sun. It may be traced here, now here, now there — a question of space, but in Goloka, in the central place it is all there simultaneously. It is also no less in the heart of the devotees. When a devotee remembers a Līlā, it may be Vraja-līlā, and now Dwārakā-līlā, but what is reflected in the heart of a devotee, that is also true. So in this way it is coexistent and it is continuing always. Every Līlā and every part of Līlā is always present, coexistent. Succession and coexistence both harmonised.

Devotee: Maharaj, is Guru-paramparā also part of Līlā?

Śrīla Śrīdhar Maharaj: Of course. It is the Līlā of Kṛṣṇa. But not only that, Māyā and everything else is included in Līlā from His standpoint. It is His sweet will, His independence.

mayā tatam idaṁ sarvaṁ, jagad avyakta-mūrtinā
mat-sthāni sarva-bhūtāni, na cāhaṁ teṣv avasthitaḥ

(Srimad Bhagavad Gita: 9.4)

“Everything is in Me, yet nothing is in Me. I am everywhere and I am nowhere.”

Everything will come within this conception. He can even interfere with the free will of the jīva, but still He doesn’t. He is within and He can control, yet He does not. He may choose not to control. He has this independence. This sort of conception we shall have to indent. This is the conception of Śrī Chaitanya Mahāprabhu and this is what separates His conception from the Hegalian philosophy and the philosophy of Aurobindo. Māyā is not a necessary part of existence, and by Kṛṣṇa’s will Māyā may be finished, and if He so desires, again recreated.

koṭi-kāmadhenu-patira chāgī yaiche mare
ṣaḍ-aiśvarya-pati kṛṣṇera māyā kibā kare?

(Sri Chaitanya-charitamrita: 2.15.179)

He can make or mar. Bhaktivinoda Ṭhākur has written in his Tattva-sūtra that by His will, even the existence of the jīva-soul may be extinguished. This is not the general case, but still Absolute Power is with Him. Everything is designed and destined by Him, that is the expression of swarūp-śakti.

kṛṣṇa-līlāmṛta-sāra, tāra śata śata dhāra’
         daśa-dike vahe yāhā haite
se chaitanya-līlā haya, sarovara akṣaya,
       mano-haṁsa charāha’ tāhāte

(Sri Chaitanya-charitamrita: 2.25.271)

Chaitanya-līlā is the Infinite sweetness from Chaitanya — whatever is within and whatever is coming from Him that is all the high nectar of Kṛṣṇa-līlā and nothing else. Chaitanya-līlā means the centre from which Kṛṣṇa-līlā flows in different forms, oozing from all sides and even from every pore. Nothing but Rādhā-Kṛṣṇa-līlā, Braja-līlā embodied in Him, and coming out to help the public. The voluntary distribution of Kṛṣṇa-līlā of different nectarine tastes; that is Śrī Chaitanya Mahāprabhu. He has no separate existence from the Nāma, Guṇa, Rūpa, and Līlā of Kṛṣṇa, Rādhā-Kṛṣṇa, and this includes Yaśodā and all others within the relativity of Kṛṣṇa. If one is there then all others must necessarily be there. So Kṛṣṇa-līlā means Kṛṣṇa with His group. Also Vṛndāvan — the water, the forest, the animals, the birds, all are included in Kṛṣṇa-līlā, Braja-līlā. And that and nothing else is all coming from Śrī Chaitanya. That is Rādhā Kṛṣṇa in self-distributing nature. Whatever comes from Him — that is all Kṛṣṇa. Even in Śrī Chaitanya’s childhood, when one could not trace anything of Kṛṣṇa, it was there, and in different ways He was creating the background for distributing Kṛṣṇa-līlā to others.

kṛṣṇa-nāma dhare kata bala

(Śrī-Nāma-Māhātmya — Śrīla Bhaktivinoda Ṭhākur)

This sound “Kṛṣṇa”, what is its value? Śrīla Rūpa Goswāmi has explained that Kṛṣṇa has four unique, special qualities. Every jīva has fifty innate qualities. Certain devatās have fifty-five, the five additional qualities partially manifest in them. Śrī Nārāyaṇ has sixty qualities in full, and Kṛṣṇa has four more qualities not found in Nārāyaṇ. Those four qualities are: rūpa-mādhurya (sweet form), veṇu-mādhurya (sweet flute), līlā-mādhurya (sweet pastimes), and parikara-mādhurya (sweet associates). Śrīla Rūpa Goswāmi has established the speciality of Kṛṣṇa-līlā in this way. And this is only found in Vṛndāvan. Vāsudev-Kṛṣṇa has no flute, and it has been mentioned that even Dwārakeśa-Kṛṣṇa is charmed to search for the rūpa-mādhurya of Vṛndāvan-Kṛṣṇa, the sweet Lord of Braja, Reality the Beautiful.

 



←  «Рупа Госвами о песне Шри Чайтаньи перед Джаганнатхом». Шрила Б. Р. Шридхар Дев-Госвами Махарадж. 20 февраля 1982 года. Навадвипа Дхама, Индия ·• Архив новостей •· «Господь Джаганнатх. Дварака-лила и Вриндавана-лила Шри Кришны». Шрила Б. Р. Шридхар Дев-Госвами Махарадж. 14 мая 1982 года. Навадвипа Дхама, Индия →

Шрила Бхакти Ракшак Шридхар Дев-Госвами Махарадж

Шри Джаганнатхадев

Эта лекция нашего Парам Гурудева,
Шрилы Бхакти Ракшака Шридхара Дев-Госвами Махараджа,
была опубликована Шриманом Девашишем Прабху
в журнале “Counterpoint” (том I, № 6, весна 1994 года).

 

Враджа-раса в Двараке

Порой среди цариц Двараки витает настроение, полное таких мыслей: «Хотя у нас и есть Сам Кришна в качестве мужа, но все же так или иначе мы чувствуем, что Он не тот Кришна, во всей Своей полноте. Он всегда словно бы рассеян, и сердцем Он не до конца с нами». Размышляя таким образом, царицы пришли к пониманию, что связь Кришны с Вриндаваном и гопи крайне сладостна. Полагая, что эта сладость является причиной рассеянности Кришны, они стали искать способы узнать, как же жил Кришна во Вриндаване. Они хотели узнать о Его играх с гопи и услышать рассказы о Его отрочестве. Матушка Баларамы, Рохини, жила во Вриндаване, когда Кришна был маленьким, и хотя она была вовлечена в ватсалья-расу (родительские чувства), она так же многое слышала о лилах Кришны и гопи. Поэтому, тайно встретившись с ней, царицы Двараки попросили: «Пожалуйста, расскажи нам о мадхурья-лилах Кришны во Вриндаване». Рохини не могла отказать искренним просьбам цариц, и, попросив сестру Кришны Субхадру присмотреть, чтобы никто не помешал, она стала описывать Его лилы с пастушками Враджи.

Так случилось, что в то же самое время Кришна и Баларама дремали в соседней комнате, и пока Рохини рассказывала о враджа-лиле, Они узнали, что происходит. Подойдя к дверям, где Субхадра стояла на страже, Кришна и Баларама подслушали рассказ Рохини и вспомнили о Вриндаване и гопи, и всех тех моментах, и [тогда] невероятно сильные чувства охватили Их. Разительная перемена чувств, нахлынувших на Кришну и Балараму, была настолько сильна, что даже сами Их тела начали меняться, совсем как явил это Махапрабху, когда Он упал у ворот храма Джаганнатха, а Его руки и ноги как будто втянулись в тело. Подобная перемена в телах возможна при определенных экстатических переживаниях, и, ощущая экстаз Вриндавана, Кришна и Баларама пережили такие же изменения. И Субхадра тоже, хоть она и не жила во Вриндаване, увидев своих братьев в таком состоянии, так же ощутила их переживания и трансформации. К Ней внутренне пришли те же чувства, а внешне Она испытала те же изменения. Причиной изменения Их обликов были рассказы Рохини о Вриндаване. Воспоминания о лилах Вриндавана и ощущение этого настроения вызвали такие перемены в Их телах.

В определенный момент компания Рохини осознала, что Кришна и Баларама слушают их разговор, и беседа моментально затихла. Таким образом лила была прервана, а искаженный облик Кришны не изменился, Он впал в транс. Ничего нельзя было поделать, чтобы изменить ситуацию, и в отчаянии они отнесли Кришну в Нава-Вриндаван, копию Вриндавана, созданную в Двараке Брахмой для удовольствия Кришны. Хотя Кришна и не спал, Он никак не мог прийти в сознание из этого состояния, этого транса, до тех пор, пока не оказался в Нава-Вриндаване. Там, пребывая в Своем трансе, Он мог видеть только Баладеву, все же остальные присутствующие были как бы исключены из Его поля зрения. Видя Баладеву, Кришна был счастлив, что очутился во Вриндаване. Затем Он увидел Рохини: «О да, это Вриндаван». Также там были явлены и образы других жителей Вриндавана, а царицы Двараки держались чуть поодаль, чтобы понаблюдать за тем, что будет дальше. Увидев Баладеву, Кришна видит Своих друзей пастушков Шридама и Судама, они тоже здесь. Здесь же в стороне стоят и гопи, а по другую сторону стоит Шримати Радхарани. Увидев Ее образ, Кришна бросился обнимать Ее, и когда Сатьябхама увидела это, ее тело тоже несколько изменилось. И пока Кришна пребывал в этом забытьи, Баладева смог подойти к Нему и постепенно вернуть Его обратно к сознанию Двараки. Резко оборвавшиеся переживания Вриндавана стали причиной Его тяжелого состояния, и лишь постепенно Его разум снова удалось вернуть в Двараку.

Такова эта история в кратком пересказе, и когда Дварака и Вриндаван встречаются, это и есть Джаганнатх. По большому счету Он пребывает в Двараке, но там же проявлены переживания Вриндавана. У Него бесконечное множество вариаций Его игр — так что же мы можем отследить или познать с нашими ограниченными способностями? В «Дварака-самхите» мы находим, что и в Двараке была устроена раса-лила. Царицы Двараки услышали, что во Вриндаване самой прекрасной была раса-лила. Так по одному случаю вся компания Вриндавана была приглашена в Двараку, и они [царицы Двараки] осторожно подошли к Кришне и попросили Его: «Гопи пришли сюда, и в наших сердцах давно уже зреет желание, чтобы вы показали нам свою раса-лилу. Ты попросишь их?» Кришна ответил: «Если они дадут свое согласие, то у Меня не будет возражений». Царицы обратились с просьбой к гопи, и была устроена раса-лила. Когда все завершилось и все увидели, насколько это было изумительно, царицы отправились к лагерю гопи, чтобы выразить свое восхищение. «То, что мы сейчас видели, самое восхитительное зрелище, такое невозможно даже вообразить. Мы не можем даже выразить это должным образом». Тогда Шримати Радхарани возразила им в ответ: «Что вы видели? Это было ничто — лишь представление, почти лишенное жизни. Где Ямуна? Где деревья кадамба, павлины, олени и все остальное? Там, во Вриндаване, сама природа была нам сценой, и все это происходило в нашей юности. То, что видели вы, это ничто, притворство, насмешка». Тогда царицы задумались: «Если то, что мы видели, — такая малость, то каково же тогда на самом деле истинное качество лилы? Это совершенно непостижимо».

Так что настроение Вриндавана очень важно. Когда влечение к вриндавана-лиле было резко прервано, это вызвало большие перемены на физическом плане. Конечно, это не имеет ничего общего с физическим планом на самом деле, но, чтобы понятнее объяснить, мы можем сказать и так. Эта ситуация вызвала искажение внешнего плана. Это что-то, напоминающее землетрясение. Внутренние движения Земли вызывают деформацию ее поверхности. Так и внутренние беспокойства, порожденные воспоминаниями о вриндавана-лиле, вызвали серьезные перемены во внешнем облике. И, когда это было резко прервано, внешний облик остался измененным. Это и было изображено и явлено в Джаганнатхадеве. Когда высшее настроение резко прерывается, наступает реакция. Таким образом Джаганнатх — это промежуточная форма между Кришной Двараки и Кришной Вриндавана. Своеобразный конфликт между эмоциями Сваям-Бхагавана и вайбхава-виласы Кришны. Это что-то вроде расабхасы. В высшем экстазе так же возможна расабхаса. Столкновение волн двух различных рас. Когда поезд движется в определенном направлении, то и вагон движется вместе с ним. Но если поезд резко остановится, то все, что находится в вагоне, по инерции смешается в беспорядке. Это что-то вроде того.

а̄дау йад два̄ро ’плавате,
синдхух̣ па̄рер апауруш̣ам̇

В этом стихе говорится, что мурти Джаганнатха существовало как изначальная концепция с древнейших времен. Так что каждая лила Господа вечна. Каждая частица бесконечного — вечна.

В начале «Махабхараты» содержится «Дхритараштра-вилапа», и в ней Дхритараштра перечисляет основные события «Махабхараты» и сокрушается: «Из-за этого события и этого я знаю, моей стороне придется испытать поражение». Но на этом этапе в «Махабхарате» ни одно из этих событий еще не произошло. Так как же может Дхритараштра говорить об этих событиях в начале повествования? Это потому что все это нитья, вечно. Начало лилы и ее окончание не могут быть разграничены. Это все зациклено и является бесконечным процессом. Это очень непростая для понимания вещь. Необходимо адаптировать понимание к бесконечному. Везде начало, и везде конец. Центр везде, но нигде нет окружности. Таково значение бесконечности. Это и есть нитья-лила. Везде начало, везде конец, и все это существует одновременно.

Кришнадас Кавирадж Госвами объясняет это следующим образом. Он дает пример восхода солнца, который постоянно имеет место быть в той или иной части света. Теперь он здесь, а сейчас уже здесь, и так далее он движется. Так же, подобно солнцу, кришна-лила перемещается — от рождения через детство, сначала являет себя здесь, затем в другой брахманде, другой вселенной. Это свойство бхаума-лилы. А в другом аспекте, на Голоке, мы обнаруживаем, что каждая лила так же нитья. Она отражена в этом мире, и это отражение вращается подобно солнцу. Мы можем наблюдать его здесь, теперь здесь, и здесь — вопрос места, но на Голоке, центре всего, это все происходит одновременно. И в не меньшей степени так же оно и в сердцах преданных. Когда преданный вспоминает о лиле, это может быть враджа-лила, затем дварака-лила, но то, что отражается в сердце преданного, это тоже истина. Таким образом это существует и продолжается постоянно. Каждая лила, каждая частица лилы всегда есть, всегда существует. Преемственность и сосуществование находятся в вечной гармонии.

Преданный: Махарадж, является ли гуру-парампара также частью лилы?

Шрила Шридхар Махарадж: Разумеется, это лила Кришны. Но не только это, майя и все прочее включено в лилу с Его точки зрения. Это Его сладостная воля, Его независимость.

майа̄ татам идам̇ сарвам̇, джагад авйакта-мӯртина̄
мат-стха̄ни сарва-бхӯта̄ни, на ча̄хам̇ теш̣в авастхитах̣

(Шримад Бхагавад-гита, 9.4)

«Все есть во Мне, но также ничего. Я везде, и Я нигде».

Все содержится в этой концепции. Он может даже нарушить свободную волю дживы, но все же Он этого не делает. Он пребывает внутри, и Он может все контролировать, но Он этого не делает. Он может не контролировать. У него есть эта независимость. Такого рода концепции мы должны придерживаться. Это концепция Шри Чайтаньи Махапрабху, и это то, что отличает Его концепцию от философии Гегеля и философии Ауробиндо. Майя не является неотъемлемой частью бытия, по воле Кришны майя может исчезнуть и, если Он того пожелает, снова воссоздастся.

кот̣и-ка̄мадхену-патира ча̄гӣ йаиче маре
ш̣ад̣-аиш́варйа-пати кр̣ш̣н̣ера ма̄йа̄ киба̄ каре?

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 15.179)

Он может создать или оставить. Бхактивинод Тхакур в своей «Таттва-сутре» писал, что по Его воле даже самое существование дживы-души может быть уничтожено. Это не главное, но все же Он обладает абсолютным могуществом. Все создается и разрушается Им, это проявление сварупа-шакти.

кр̣ш̣н̣а-лӣла̄мр̣та-са̄ра, та̄ра ш́ата ш́ата дха̄ра’
          даш́а-дике вахе йа̄ха̄ хаите
се чаитанйа-лӣла̄ хайа, саровара акш̣айа,
          мано-хам̇са чара̄ха’ та̄ха̄те

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 25.271)

Чайтанья-лила есть бесконечная сладость, дарованная Чайтаньей, — что бы ни было в Нем и что бы ни исходило от Него, все это не что иное, как высший нектар кришна-лилы. Чайтанья-лила означает центр, из которого проистекает кришна-лила в различных формах, сочась отовсюду, из каждой поры. Не что иное, как радха-кришна-лила воплощены в Нем, и это явлено, чтобы помочь людям. Милостивое распространение кришна-лилы, ее различных нектарных вкусов; это есть Шри Чайтанья Махапрабху, Он не существует отдельно от намы, гуны, рупы и лилы Кришны, Радхи-Кришны, и это включает в себя Яшоду и всех остальных из реальности Кришны. Если кто-то из них присутствует, то обязательно будут и другие. Таким образом, кришна-лила означает Кришну и Его окружение. Также Вриндаван — вода, леса, звери и птицы, все они входят в кришна-лилу, враджа-лилу. Это и ничто иное исходит от Шри Чайтаньи. Это Радха-Кришна в манере самораспространения. Что бы ни шло от Него — это все Кришна. Даже в детстве Шри Чайтаньи можно отследить все, связанное с Кришной, оно проявлялось тогда и различными способами создавало обстоятельства для распространения кришна-лилы среди людей.

кр̣ш̣н̣а-на̄ма дхаре ката бала

(«Шри Нама-махатмья» — Шрила Бхактивинод Тхакур)

Звук «Кришна» — какова его ценность? Шрила Рупа Госвами объясняет, что Кришна обладает четырьмя уникальными, особыми качествами. Каждая джива обладает пятьюдесятью качествами, данными при рождении. Некоторые деваты обладают пятьюдесятью пятью, то есть пятью дополнительными качествами, частично явлеными в них. Шри Нараяна обладает шестьюдесятью качествами во всей их полноте, а Кришна — еще четырьмя, которых нет у Нараяны. Эти четыре качества: рупа-мадхурья (сладостный облик), вену-мадхурья (сладостная флейта), лила-мадхурья (сладостные игры) и паракия-мадхурья (сладостные отношения). Шрила Рупа Госвами выражает особенность Кришны таким образом. И эти качества можно обнаружить только во Вриндаване. У Васудева-Кришны нет флейты, и упомянуто, что даже Дваракешвара-Кришна зачарован поиском рупа-мадхурьи Кришны Вриндавана, сладостного Властелина Враджи, Прекрасной Реальности.

Переводчик: Прия Кришна Деви Даси
Редактор: Традиш Дас

 

 

Srila Bhakti Raksak Sridhar Dev-Goswami Maharaj

Sri Jagannathdev

https://jayasri.org/2018/07/14/sri-jagannathdev/

The following article by our Param Gurudev Srila Bhakti Raksak Sridhar Dev-Goswami Maharaj has been excerpted from the magazine ‘Counterpoint’, Vol. 1 No. 6 Spring ’94, which was published by Sriman Devashis Prabhu.

The full text of that edition can be found here in pdf format
and here in epub format

 

Braja-rasa in Dwaraka

Sometimes there is a conception amongst the Queens of Dwārakā that, “Although we have Kṛṣṇa as our husband, we feel that somehow He is not Kṛṣṇa in His fullness. He always seems absentminded, as if His heart is not wholly with us.” Pondering the cause of this, the Queens came to know that previously Kṛṣṇa had some very sweet connection with Vṛndāvan and the Gopīs there. Thinking this to be the key to Kṛṣṇa’s absentminded mood, they began searching for an opportunity to find out how Kṛṣṇa was living in Vṛndāvan. They wanted to know about His pastimes there with the Gopīs, and to hear the descriptions from His childhood. Balarām’s mother Rohiṇī had lived in Vṛndāvan during Kṛṣṇa’s childhood, and although she is situated in vātsalya-rasa (parental relationship), she had heard many things about Kṛṣṇa’s Līlā with the Gopīs. So meeting her privately the Queens requested her, “Please describe Kṛṣṇa’s mādhurya-līlā in Vṛndāvan to us.” Rohiṇī was unable to avoid the Queens’ sincere request, and so posting Kṛṣṇa’s sister Subhadrā to keep watch, she began to narrate about His Līlā with the Milkmaids of Vraja.

It so happened that at that same time, Kṛṣṇa and Balarām were taking rest in a nearby room, and as Rohiṇī was describing the Vṛndāvan-līlā, They became aware of what was taking place. Coming to the door where Subhadrā was standing guard, Kṛṣṇa and Balarām could hear the talk of Rohiṇī, and remembering Vṛndāvan, the Gopīs and all these things, a great intensity of feeling came over Them. A great change of feeling came over Kṛṣṇa and Balarām, so great that Their bodies also began to change; just as Mahāprabhu had shown when He fell at the gate of the Jagannāth Mandir and His arms and legs entered into His body. Such a change in the body is possible according to some particular feeling of ecstasy, and feeling the ecstasy of Vṛndāvan, Kṛṣṇa and Balarām were undergoing such a transformation. And Subhadrā, although She had not lived in Vṛndāvan, seeing Her Brothers in this way, She also experienced some sort of sympathetic transformation. Internally that feeling came to Her and externally She was also transformed. The cause of Their disfiguration was the Vṛndāvan statement of Rohiṇī. Remembering that Vṛndāvan-līlā and feeling that, such change came in Their bodies.

Suddenly the group of Rohiṇī could understand that Kṛṣṇa and Balarām were there listening to their talk, and so immediately they stopped. The Līlā thus suspended, the disfigured formation of Kṛṣṇa remained, and He fell into a trance. Nothing could be done to reverse the situation, and so in desperation Kṛṣṇa was taken to the Nava-Vṛndāvan; a replica of Vṛndāvan that had been created in Dwārakā by Brahmā for Kṛṣṇa’s pleasure. Although Kṛṣṇa was awake He could not come out of that mentality, that trance, until He could be taken to that Nava-Vṛndāvan. There in His trance He could only see Baladev, and all others present were eliminated from His vision. Seeing Baladev, Kṛṣṇa was happy that He was in Vṛndāvan. Then He saw Rohiṇī, “Oh yes, it is Vṛndāvan.” Mannequins of all the other residents of Vṛndāvan were also arranged there, and the Queens were following from a distance to see what will happen. After seeing Baladev, Kṛṣṇa sees His cowherd friends Śrīdām and Sudām are also there. In another part the Gopīs are there, and in one part Śrīmatī Rādhārāṇī is standing. Seeing Her mannequin Kṛṣṇa ran and embraced Her, and when Satyabhāmā saw this, some disfigurement also came in Her body. While Kṛṣṇa was in this temperament, Baladev was able to go to Him and gradually he was able to bring Kṛṣṇa back to the consciousness of Dwārakā. The sudden stopping of His experience of Vṛndāvan caused His condition and only by a gradual process, His mentality was again taken to Dwārakā.

This sort of tale is there, and when Dwārakā and Vṛndāvan mix, that is Jagannāth. He is mainly in Dwārakā, but the posing of Vṛndāvan is there. He has infinite forms of Līlā, so what can we trace or know with our finite capacity? In Dwārakā-Saṁhitā we find that there was an arrangement of Rāsa-līlā in Dwārakā also. The Queens had heard that in Vṛndāvan there was the Rāsa-līlā and that it is most wonderful. So when on one occasion the whole Vṛndāvan party was invited to Dwārakā, they privately approached Kṛṣṇa and petitioned Him, “The Gopīs have come, and for a long time it is our hearts’ desire that you will show Your Rāsa-līlā to us. Will You request them?” Kṛṣṇa replied, “If they will give their consent then I have no objection.” The Queens made their request to the Gopīs and the Rāsa-līlā was arranged. When it was complete, all that saw it were astonished, and the Queens went to the camp of the Gopīs to express their wonder. “What we have seen is the most wonderful thing, it is impossible to conceive even. We cannot properly express such a thing.” And Śrīmatī Rādhārāṇī made this statement in reply, “What have you seen? That was nothing — an almost dead representation. Where is the Yamunā? Where is the kadamba tree, the peacock, the deer, and all these things? There in Vṛndāvan that was a natural stage, and that was performed there in our youth. What you saw, that is nothing, a sham, a mere mockery.” Then the Queens began to reflect, “If what we saw is of such lower order, then what type of superior quality Līlā must be found in the Original? It is totally inconceivable.”

So the psychology of Vṛndāvan is all-important. The attraction for that Vrndāvan-līlā — when that was suddenly stopped the result was a great change in the physical plane. Of course it is not physical, but for the purpose of explanation we can say physical. That check caused the disfigurement of the external plane. It is something like when there is an earthquake. The internal movement of the Earth disfigures the surface, so the internal disturbance that was created by the recollection of Vṛndāvan-līlā, that caused a great transformation in the superficial appearance. And when that was suddenly checked, that appearance remained. That has been pictured and shown in Jagannāthdev. When the higher prospect is suddenly checked, then the reaction comes. So Jagannāth is a reactionary stage between Vṛndāvan and Dwārakā. The conflict between the emotion of Swayaṁ-Bhagavān and the Vaibhava-vilās of Kṛṣṇa. It is something like rasābhās. In higher ecstasy also, rasābhās is possible. The clash of two different waves of rasa. The train may be proceeding in a particular motion and the carriage along with it. But if suddenly the train should brake, then the contents inside the carriage will be thrown into a great disorder. It is something like that.

ādau yad dvāro ’plavate,
sindhuḥ pārer apauruṣaṁ

This verse says that the Jagannāth mūrti has been there from the very conception, from the most ancient time. So every Līlā of the Lord is eternal. Every part of the infinite is eternal. In the beginning of Mahābhārat there is “Dhṛtarāṣṭra-vilāp”, and there Dhṛtarāṣṭra is naming the main incidents of Mahābhārat, and lamenting that, “Because of this incident and that incident I know that my party must be defeated”. But at this stage of Mahābhārata none of these incidents had taken place. So how can Dhṛtarāṣtra speak of these incidents at the beginning of the narration? It is because it is nitya, eternal. The beginning of the Līlā and the end of the Līlā cannot be differentiated. It is in a cyclic order and it is eternal. That is a very difficult thing to understand. To adjust to the eternal. Everywhere beginning, everywhere end. Everywhere there is centre and nowhere is there circumference. This is the meaning of infinite. This is Nitya-līlā. Everywhere beginning, everywhere end, and all coexistent at the same time.

Kṛṣṇadās Kavirāj Goswāmī has represented this in a particular way He has given the example that the sunrise is to be found always in one place or another. Now it is here, now there, and so on in this way. So like the sun Kṛṣṇa-līlā is moving, the birth, the childhood, being shown here and then extended to another brahmāṇḍa, another universe. That is the aspect of Bhauma-līlā. And in another aspect, in Goloka, we find that every Līlā is also nitya. It is reflected here in this world and the reflection is revolving like the sun. It may be traced here, now here, now there — a question of space, but in Goloka, in the central place it is all there simultaneously. It is also no less in the heart of the devotees. When a devotee remembers a Līlā, it may be Vraja-līlā, and now Dwārakā-līlā, but what is reflected in the heart of a devotee, that is also true. So in this way it is coexistent and it is continuing always. Every Līlā and every part of Līlā is always present, coexistent. Succession and coexistence both harmonised.

Devotee: Maharaj, is Guru-paramparā also part of Līlā?

Śrīla Śrīdhar Maharaj: Of course. It is the Līlā of Kṛṣṇa. But not only that, Māyā and everything else is included in Līlā from His standpoint. It is His sweet will, His independence.

mayā tatam idaṁ sarvaṁ, jagad avyakta-mūrtinā
mat-sthāni sarva-bhūtāni, na cāhaṁ teṣv avasthitaḥ

(Srimad Bhagavad Gita: 9.4)

“Everything is in Me, yet nothing is in Me. I am everywhere and I am nowhere.”

Everything will come within this conception. He can even interfere with the free will of the jīva, but still He doesn’t. He is within and He can control, yet He does not. He may choose not to control. He has this independence. This sort of conception we shall have to indent. This is the conception of Śrī Chaitanya Mahāprabhu and this is what separates His conception from the Hegalian philosophy and the philosophy of Aurobindo. Māyā is not a necessary part of existence, and by Kṛṣṇa’s will Māyā may be finished, and if He so desires, again recreated.

koṭi-kāmadhenu-patira chāgī yaiche mare
ṣaḍ-aiśvarya-pati kṛṣṇera māyā kibā kare?

(Sri Chaitanya-charitamrita: 2.15.179)

He can make or mar. Bhaktivinoda Ṭhākur has written in his Tattva-sūtra that by His will, even the existence of the jīva-soul may be extinguished. This is not the general case, but still Absolute Power is with Him. Everything is designed and destined by Him, that is the expression of swarūp-śakti.

kṛṣṇa-līlāmṛta-sāra, tāra śata śata dhāra’
         daśa-dike vahe yāhā haite
se chaitanya-līlā haya, sarovara akṣaya,
       mano-haṁsa charāha’ tāhāte

(Sri Chaitanya-charitamrita: 2.25.271)

Chaitanya-līlā is the Infinite sweetness from Chaitanya — whatever is within and whatever is coming from Him that is all the high nectar of Kṛṣṇa-līlā and nothing else. Chaitanya-līlā means the centre from which Kṛṣṇa-līlā flows in different forms, oozing from all sides and even from every pore. Nothing but Rādhā-Kṛṣṇa-līlā, Braja-līlā embodied in Him, and coming out to help the public. The voluntary distribution of Kṛṣṇa-līlā of different nectarine tastes; that is Śrī Chaitanya Mahāprabhu. He has no separate existence from the Nāma, Guṇa, Rūpa, and Līlā of Kṛṣṇa, Rādhā-Kṛṣṇa, and this includes Yaśodā and all others within the relativity of Kṛṣṇa. If one is there then all others must necessarily be there. So Kṛṣṇa-līlā means Kṛṣṇa with His group. Also Vṛndāvan — the water, the forest, the animals, the birds, all are included in Kṛṣṇa-līlā, Braja-līlā. And that and nothing else is all coming from Śrī Chaitanya. That is Rādhā Kṛṣṇa in self-distributing nature. Whatever comes from Him — that is all Kṛṣṇa. Even in Śrī Chaitanya’s childhood, when one could not trace anything of Kṛṣṇa, it was there, and in different ways He was creating the background for distributing Kṛṣṇa-līlā to others.

kṛṣṇa-nāma dhare kata bala

(Śrī-Nāma-Māhātmya — Śrīla Bhaktivinoda Ṭhākur)

This sound “Kṛṣṇa”, what is its value? Śrīla Rūpa Goswāmi has explained that Kṛṣṇa has four unique, special qualities. Every jīva has fifty innate qualities. Certain devatās have fifty-five, the five additional qualities partially manifest in them. Śrī Nārāyaṇ has sixty qualities in full, and Kṛṣṇa has four more qualities not found in Nārāyaṇ. Those four qualities are: rūpa-mādhurya (sweet form), veṇu-mādhurya (sweet flute), līlā-mādhurya (sweet pastimes), and parikara-mādhurya (sweet associates). Śrīla Rūpa Goswāmi has established the speciality of Kṛṣṇa-līlā in this way. And this is only found in Vṛndāvan. Vāsudev-Kṛṣṇa has no flute, and it has been mentioned that even Dwārakeśa-Kṛṣṇa is charmed to search for the rūpa-mādhurya of Vṛndāvan-Kṛṣṇa, the sweet Lord of Braja, Reality the Beautiful.

 

Главная | Миссия | Учение | Библиотека | Контактная информация
Пожертвования