«Высочайшее существо». Шрила Б. Р. Шридхар Дев-Госвами Махарадж. 21 февраля 1982 года. Навадвипа Дхама, Индия | “The Highest Entity.” Srila B. R. Sridhar Dev-Goswami Maharaj. 21 February 1982. Navadwip Dham, India


Russian

Шрила Бхакти Ракшак Шридхар Дев-Госвами Махарадж 

Высочайшее существо

(21 февраля 1982 года. Навадвипа Дхама, Индия)

http://www.gaudiyadarshan.ru/features/arkhiv/vysochayshee-sushchestvo.html

Шрила Гуру Махарадж описывает безграничную, динамичную красоту
Шри Гауранги, объекта нашего поклонения.

 

Процесс всегда динамичен. Все по своей природе динамично, прогрессивно. Это явление есть лила и нава-наваяман [вечно новое]. Речь идет не о статичном, замершем Безграничном, но динамичном, развивающимся. Безграничное динамично. Но усвоить подобное представление о Безграничном, конечно, очень нелегко.

Безграничное бесконечно; не статично, но динамично. Он [Всевышний] есть лиламайа. Лила значит нава-наваяман, вечно новое. Это характеристика Безграничного, и мы должны обрести, благодаря этому определению, представление о Его природе. Однако речь не идет о том, что в Безграничном присутствует некая неполнота, и динамизм необходим, чтобы привести Безграничное к состоянию полноты. Это не так. Динамичность — сама природа Безграничного. Это явление зовется лилой. Лила — это сама природа безграничного существования. Безграничное всегда удовлетворяет Себя, и это движение в сторону удовлетворения всегда радует. Радость, экстаз всегда носят такой характер — развития, движения. Это лила. В ней нет недостатка, который следует восполнять.

кахиба̄ра йогйа найа татха̄пи ба̄уле кайа
            кахиле ва̄ кеба̄ па̄тийа̄йа

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 2.49)

«Эти явления не следует обсуждать. Тем не менее невозможно не говорить о них, подобно безумцу. Но если некто продолжает говорить на эти темы, кто ему поверит? Никто не станет тратить время на то, чтобы слушать бредовые речи безумца».

а̄ми — эка ба̄тула, туми — двитӣйа ба̄тула
     атаэва тома̄йа а̄ма̄йа ха-и сама-тула

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 8.291)

«Я безумец, и ты такой же безумец. Поэтому-то ты и пришел, чтобы слушать эти бредовые речи. Мы принадлежим к одной категории. Мы оба безумны. Поэтому черпаем удовольствие в подобных безумных беседах».

Это цитата из диалога Рамананды Рая и Махапрабху.

йа̄ ниш́а̄ сарва-бхӯта̄на̄м̇ тасйа̄м̇ джа̄гарти сам̇йамӣ
йасйа̄м̇ джа̄грати бхӯта̄ни са̄ ниш́а̄ паш́йато мунех̣

(Шримад Бхагавад-гита, 2.69)

[«Личности, обладающие полным самоконтролем, бодрствуют в измерении, которое подобно ночи для всех существ, а все существа бодрствуют в измерении, которое является ночью для мудрецов, наделенных истинным восприятием реальности».]

гаура-на̄гаро-варо нр̣тйан ниджаир на̄мабхих̣

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 132)

Махапрабху Гаурангасундар танцует, Он поет Свое имя и танцует. Он издает разные звуки, оказывающие на Него то или иное воздействие, и танцует. Испытывая влияние звука Своего собственного имени, Он танцует. Причина является следствием. Я слышал, что в логике, возможно, фигурирует такое явление как petitio principii[1]. Движение циклическое, подобное «креслу Наполеона».

Нр̣тйан ниджаир на̄мабхих̣: Его имя служит причиной Его танца. Эти имена порождают в Нем определенные переживания, некую энергию, которая заставляет Его танцевать. Он есть «динамо-машина», производящая энергию экстаза, и эта энергия служит причиной Его танца. Призывая Свое имя, Он танцует. Это Его лила. Такова природа Гауранги и Его динамичного экстаза.

В своей «Према-дхама-стотрам» я написал, что Он есть высшая реальность, Абсолют. Почему? Ему присущи две черты. Во-первых, Он танцует, испытывая экстатическую радость, вызванную внутренним чувством; во-вторых, Своим пением Он раздает эту радость другим. Он пребывает в экстазе и делится этим экстазом с другими. Такова природа Гауры и высочайшего принципа экстатической энергии. Он не может быть иным. Ему присуще настроение танца; Он испытывает полноту удовлетворения. Его танец свидетельствует о том, что внутренним содержанием Его существа служит экстатическая радость, а киртан подразумевает раздачу этой радости массам, окружающему миру. Это наступательная позиция. Экстатическая радость утверждает себя и раздает себя. Подобное явление мы находим только в Гауранге. Таким образом, Гауранга есть высочайшее существо. Так я представил Его в этом произведении. Он танцует в экстатической радости и раздает Себя, посредством киртана, другим (атма-вантанам). Он предлагает, раздает Себя окружению. Такова Его лила.

а̄нанда-лӣла̄майа-виграха̄йа
хема̄бха-дивйа-ччхави-сундара̄йа
тасмаи маха̄према-раса-прада̄йа
чаитанйачандра̄йа намо намасте

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 11)

Эта дхьяна [медитация] принадлежит Шри Прабодхананде Сарасвати, Гуру Гопала Бхатты Госвами. Это прекрасное стихотворение, в котором восхваляется Шри Чайтаньядев.

А̄нанда-лӣла̄майа-виграха̄йа: поглощенный экстатическими играми, Он есть олицетворенная раса. Хема̄бха-дивйа-ччхави-сундара̄йа: Он есть золотая красота, экстатическая красота, излучающая золотое сияние; в высшей степени прекрасная божественная фигура. Маха̄према-раса-прада̄йа: Своими движениями, словами, каждым Своим жестом и позой Он раздает божественную любовь. Чаитанйачандра̄йа намо намасте: я кланяюсь этому Шри Чайтаньядеву.

Эта дхьяна также присутствует в «Арчана-кане». Медитируя на Махапрабху, мы должны прибегать к ее помощи.

Примечания

ко ’йам̇ пат̣т̣а-дхат̣ӣ-вира̄джита-кат̣ӣ-деш́ах̣ каре кан̇кан̣ам̇
ха̄рам̇ вакш̣аси кун̣д̣алам̇ ш́раван̣айор бибхрат паде нӯпурау
ӯрдхвӣкр̣тйа нибаддха-кунтала-бхара-протпхулла-маллӣ-срага̄-
пӣд̣ах̣ крӣд̣ати гаура-на̄гара-варо нр̣тйан ниджаир на̄мабхих̣

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 132)

«Его талию обвивает шелковый пояс, запястья украшают браслеты, грудь — ожерелье, уши — серьги, щиколотки — колокольчики, а узел на кудрях — „корона“-гирлянда из цветущих жасминов. Кто этот золотой царь юных беззаботных горожан[2], который резвится, танцуя под пение Своего собственного имени?»

а̄тма-сиддха-са̄валӣла-пӯрн̣а-саукхйа-лакш̣ан̣ам̇
сва̄нубха̄ва-матта-нр̣тйа-кӣртана̄тма-ван̣т̣анам
адвайаика-лакш̣йа-пӯрн̣а-таттва-тат-пара̄тпарам̇
према-дха̄ма-девам эва науми гаура-сундарам

(«Шри Шри Према-дхама-дева-стотра», 66)

«Я кланяюсь обители божественной любви, Шри Гаурасундару, олицетворению совершенного, самопроявленного динамичного экстаза. Опьяненный переживанием Своего существа, Он танцует, поет и раздает Себя. Обладая полнотой этих несравненных качеств, Он является верховной абсолютной истиной».

а̄нанда-лӣла̄майа-виграха̄йа
хема̄бха-дивйа-ччхави-сундара̄йа
тасмаи маха̄према-раса-прада̄йа
чаитанйачандра̄йа намо намасте

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 11)

«Олицетворению экстатических игр, божественному, великолепному золотому олицетворению красоты, источнику нектара высочайшей божественной любви, луне Шри Чайтаньи, я кланяюсь вновь и вновь».



1  Логический аргумент, основанный на выводе из положения, которое само по себе еще требует доказательства (прим. пер.).

2  Это выражение — гаура-нагара — нелегко поддается переводу на европейские языки. В данном случае санскритское слово «нагара» означает «молодого, образованного и/или наделенного хорошими манерами беззаботного горожанина». В английском переводе фигурирует слово reveller, что значит «гуляка», «бражник», «кутила», но подлинный смысл слова «нагара» все же иной, хотя и близкий по смыслу (прим. пер.).




English

Śrīla Bhakti Rakṣak Śrīdhar Dev-Goswāmī Mahārāj 

The Highest Entity

(21 February 1982. Navadwip Dham, India)

http://www.gaudiyadarshan.com/posts/the-highest-entity/

Śrīla Guru Mahārāj describes the infinite dynamic beauty
of the Śrī Gaurāṅga we worship.

 

The process is always dynamic. Everything is dynamic in character, progressive. It is līlā and nava-navāyamān [ever-new]. The conception of the Infinite is not a stagnant one but a dynamic one. The infinite is dynamic. But to have such a conception of Infinite, of course, is very difficult.

The Infinite is infinite, not static but dynamic. He is līlāmaya. Līlā means nava-navāyamān, ever-new. This a characteristic of the Infinite, and we are to take direction from this. It is not, however, that the Infinite is in want and is dynamic to have fulfilment. It is not that. It is the nature of the Infinite to be dynamic. This is called līlā. The very nature of the Infinite’s existence within eternity is līlā. The Infinite is always satisfying Himself, and that movement is always a pleasing and moving thing. The pleasure, the ecstasy, itself is of moving character. This is līlā. In it, there is no want to be fulfilled.

kahibāra yogya naya tathāpi bāule kaya
kahile vā kebā pātiyāya

(Śrī Chaitanya-charitāmṛta: Madhya-līlā, 2.49)

“This should not be discussed. Still, one cannot but talk about it like a madman. But if one goes on talking and talking in this way, who will believe what is said? No one will waste their time listening to this madman’s delusion.”

āmi—eka bātula, tumi—dvitīya bātula
ataeva tomāya āmāya ha-i sama-tula

(Śrī Chaitanya-charitāmṛta: Madhya-līlā, 8.291)

“I am a madman, and you are also a madman of the same type. So, you have come to listen to these delirious statements. We are of the same section. I am mad, and you are also mad. So, we feel enjoyment in such mad talk.”

This is Rāmānanda Rāy and Mahāprabhu.

yā niśā sarva-bhūtānāṁ tasyāṁ jāgarti saṁyamī
yasyāṁ jāgrati bhūtāni sā niśā paśyato muneḥ

(Śrīmad Bhagavad-gītā: 2.69)

[“Those who have full self-control are awake in that which is night for all beings, and all beings are awake in that which is night for the sages who see.”]

gaura-nāgaro-varo nṛtyan nijair nāmabhiḥ

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 132)

Mahāprabhu Gaurāṅgasundar is dancing, taking His own Name and dancing. He utters different sounds, receives some impressions from them, and dances. Getting impressions from the sound of His own Name, He dances. The cause is the effect. In logic perhaps, I have heard the term petitio principii. The movement is circular, like the Napoleonic chair.

Nṛtyan nijair Nāmabhiḥ: His own Name is the cause of His dancing. The suggestions from different Names are coming to Him, those impressions are creating some energy, and that energy is making Him dance. He is a dynamo creating ecstatic energy, and that is the cause of His dancing. Taking His own Name, He is dancing. This is His līlā. Such is Gaurāṅga and His moving ecstasy.

In my Prema-dhāma-stotram, I wrote that He is the ultimate reality, the Absolute. Why? Two things are represented in Him. One, He dances in ecstatic joy as a result of a feeling within, and two, by chanting, He distributes that to others. He finds Himself in ecstasy and distributes that to others. This is Gaura, and the highest principle of ecstatic energy is such. It cannot but be such. He is of a dancing mood; He is fulfilled in Himself. His dancing explains that His inner propensity is that of ecstatic joy, and kīrtan means distribution of that to the public, to the environment. It is assertive. The ecstatic joy is assertive, self-assertive and self-distributed. This we find only in Gaurāṅga. So, Gaurāṅga is the highest entity. In that way, I have dealt with it there. In ecstatic joy, He is dancing, and through kīrtan, He is distributing Himself to others (ātma-vaṇṭanam). He is offering, distributing, Himself to the environment. This is His līlā.

ānanda-līlāmaya-vigrahāya
hemābha-divya-chchhavi-sundarāya
tasmai mahāprema-rasa-pradāya
chaitanyachandrāya namo namaste

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 11)

This dhyān [meditation] is from Śrī Prabodhānanda Saraswatī, the Guru of Gopāl Bhaṭṭa Goswāmī. It is a beautiful stanza coming in praise of Śrī Chaitanyadev.

Ānanda-līlā-rasa-vigrahāya: immersed in ecstatic Pastimes, He is rasa personified. Hemābha-divya-chchhavi-sundarāya: He is golden beauty, ecstatic beauty, emitting golden lustre, a most beautiful, divine figure. Mahāprema-rasa-pradāya: He distributes the highest divine love with His movements, His words, and His every gesture and posture. Chaitanyachandrāya namo namaste: I bow my head down to this Śrī Chaitanyadev.

In Archana-kaṇa, this has been taken up for our dhyān. When we meditate on Mahāprabhu, we should do so in this way.

References

ko ’yaṁ paṭṭa-dhaṭī-virājita-kaṭī-deśaḥ kare kaṅkaṇaṁ
hāraṁ vakṣasi kuṇḍalaṁ śravaṇayor bibhrat pade nūpurau
ūrdhvīkṛtya nibaddha-kuntala-bhara-protphulla-mallī-sragā-
pīḍaḥ krīḍati gaura-nāgara-varo nṛtyan nijair nāmabhiḥ

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 132)

“Wearing a silk sash around His waist, bracelets on His wrists, a necklace across His chest, earrings on His ears, bells on His ankles, and a garland-crown of blooming jasmine flowers atop His top-not of wavy hair—who is that golden king of revellers who frolics, dancing to the chanting of His own Names?”

ātma-siddha-sāvalīla-pūrṇa-saukhya-lakṣaṇaṁ
svānubhāva-matta-nṛtya-kīrttanātma-vaṇṭanam
advayaika-lakṣya-pūrṇa-tattva-tat-parātparaṁ
prema-dhāma-devam eva naumi gaura-sundaram

(Śrī Śrī Prema-dhāma-deva-stotram: 66)

“I offer my obeisance to the abode of divine love, Śrī Gaurasundar, the embodiment of complete, self-manifest, dynamic ecstasy. Maddened by experience of Himself, He dances, chants, and distributes Himself. Replete with this unparalleled characteristic, He is the Supreme Absolute Truth.”

ānanda-līlāmaya-vigrahāya
hemābha-divya-chchhavi-sundarāya
tasmai mahāprema-rasa-pradāya
chaitanyachandrāya namo namaste

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 11)

“To the embodiment of ecstatic Pastimes, to the divine, splendorous golden personification of beauty, to the giver of the nectar of the highest divine love, to the moon Śrī Chaitanya, I bow again and again.”





←  «Мгновения прекрасной реальности» (часть 6). Шрила Б. Р. Шридхар Дев-Госвами Махарадж. 1982 год. Навадвипа Дхама, Индия ·• Архив новостей •· «Джагадиш Пандит, ветвь последователей Господа Нитьянанды». «Шри Чайтанья-чаритамрита», Ади-лила, 11.30 | “Jagadish Pandit, a Branch of Lord Nityananda’s Followers.” Sri Chaitanya-charitamrita, Adi-lila, 11.30 →
Russian

Шрила Бхакти Ракшак Шридхар Дев-Госвами Махарадж 

Высочайшее существо

(21 февраля 1982 года. Навадвипа Дхама, Индия)

http://www.gaudiyadarshan.ru/features/arkhiv/vysochayshee-sushchestvo.html

Шрила Гуру Махарадж описывает безграничную, динамичную красоту
Шри Гауранги, объекта нашего поклонения.

 

Процесс всегда динамичен. Все по своей природе динамично, прогрессивно. Это явление есть лила и нава-наваяман [вечно новое]. Речь идет не о статичном, замершем Безграничном, но динамичном, развивающимся. Безграничное динамично. Но усвоить подобное представление о Безграничном, конечно, очень нелегко.

Безграничное бесконечно; не статично, но динамично. Он [Всевышний] есть лиламайа. Лила значит нава-наваяман, вечно новое. Это характеристика Безграничного, и мы должны обрести, благодаря этому определению, представление о Его природе. Однако речь не идет о том, что в Безграничном присутствует некая неполнота, и динамизм необходим, чтобы привести Безграничное к состоянию полноты. Это не так. Динамичность — сама природа Безграничного. Это явление зовется лилой. Лила — это сама природа безграничного существования. Безграничное всегда удовлетворяет Себя, и это движение в сторону удовлетворения всегда радует. Радость, экстаз всегда носят такой характер — развития, движения. Это лила. В ней нет недостатка, который следует восполнять.

кахиба̄ра йогйа найа татха̄пи ба̄уле кайа
            кахиле ва̄ кеба̄ па̄тийа̄йа

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 2.49)

«Эти явления не следует обсуждать. Тем не менее невозможно не говорить о них, подобно безумцу. Но если некто продолжает говорить на эти темы, кто ему поверит? Никто не станет тратить время на то, чтобы слушать бредовые речи безумца».

а̄ми — эка ба̄тула, туми — двитӣйа ба̄тула
     атаэва тома̄йа а̄ма̄йа ха-и сама-тула

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 8.291)

«Я безумец, и ты такой же безумец. Поэтому-то ты и пришел, чтобы слушать эти бредовые речи. Мы принадлежим к одной категории. Мы оба безумны. Поэтому черпаем удовольствие в подобных безумных беседах».

Это цитата из диалога Рамананды Рая и Махапрабху.

йа̄ ниш́а̄ сарва-бхӯта̄на̄м̇ тасйа̄м̇ джа̄гарти сам̇йамӣ
йасйа̄м̇ джа̄грати бхӯта̄ни са̄ ниш́а̄ паш́йато мунех̣

(Шримад Бхагавад-гита, 2.69)

[«Личности, обладающие полным самоконтролем, бодрствуют в измерении, которое подобно ночи для всех существ, а все существа бодрствуют в измерении, которое является ночью для мудрецов, наделенных истинным восприятием реальности».]

гаура-на̄гаро-варо нр̣тйан ниджаир на̄мабхих̣

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 132)

Махапрабху Гаурангасундар танцует, Он поет Свое имя и танцует. Он издает разные звуки, оказывающие на Него то или иное воздействие, и танцует. Испытывая влияние звука Своего собственного имени, Он танцует. Причина является следствием. Я слышал, что в логике, возможно, фигурирует такое явление как petitio principii[1]. Движение циклическое, подобное «креслу Наполеона».

Нр̣тйан ниджаир на̄мабхих̣: Его имя служит причиной Его танца. Эти имена порождают в Нем определенные переживания, некую энергию, которая заставляет Его танцевать. Он есть «динамо-машина», производящая энергию экстаза, и эта энергия служит причиной Его танца. Призывая Свое имя, Он танцует. Это Его лила. Такова природа Гауранги и Его динамичного экстаза.

В своей «Према-дхама-стотрам» я написал, что Он есть высшая реальность, Абсолют. Почему? Ему присущи две черты. Во-первых, Он танцует, испытывая экстатическую радость, вызванную внутренним чувством; во-вторых, Своим пением Он раздает эту радость другим. Он пребывает в экстазе и делится этим экстазом с другими. Такова природа Гауры и высочайшего принципа экстатической энергии. Он не может быть иным. Ему присуще настроение танца; Он испытывает полноту удовлетворения. Его танец свидетельствует о том, что внутренним содержанием Его существа служит экстатическая радость, а киртан подразумевает раздачу этой радости массам, окружающему миру. Это наступательная позиция. Экстатическая радость утверждает себя и раздает себя. Подобное явление мы находим только в Гауранге. Таким образом, Гауранга есть высочайшее существо. Так я представил Его в этом произведении. Он танцует в экстатической радости и раздает Себя, посредством киртана, другим (атма-вантанам). Он предлагает, раздает Себя окружению. Такова Его лила.

а̄нанда-лӣла̄майа-виграха̄йа
хема̄бха-дивйа-ччхави-сундара̄йа
тасмаи маха̄према-раса-прада̄йа
чаитанйачандра̄йа намо намасте

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 11)

Эта дхьяна [медитация] принадлежит Шри Прабодхананде Сарасвати, Гуру Гопала Бхатты Госвами. Это прекрасное стихотворение, в котором восхваляется Шри Чайтаньядев.

А̄нанда-лӣла̄майа-виграха̄йа: поглощенный экстатическими играми, Он есть олицетворенная раса. Хема̄бха-дивйа-ччхави-сундара̄йа: Он есть золотая красота, экстатическая красота, излучающая золотое сияние; в высшей степени прекрасная божественная фигура. Маха̄према-раса-прада̄йа: Своими движениями, словами, каждым Своим жестом и позой Он раздает божественную любовь. Чаитанйачандра̄йа намо намасте: я кланяюсь этому Шри Чайтаньядеву.

Эта дхьяна также присутствует в «Арчана-кане». Медитируя на Махапрабху, мы должны прибегать к ее помощи.

Примечания

ко ’йам̇ пат̣т̣а-дхат̣ӣ-вира̄джита-кат̣ӣ-деш́ах̣ каре кан̇кан̣ам̇
ха̄рам̇ вакш̣аси кун̣д̣алам̇ ш́раван̣айор бибхрат паде нӯпурау
ӯрдхвӣкр̣тйа нибаддха-кунтала-бхара-протпхулла-маллӣ-срага̄-
пӣд̣ах̣ крӣд̣ати гаура-на̄гара-варо нр̣тйан ниджаир на̄мабхих̣

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 132)

«Его талию обвивает шелковый пояс, запястья украшают браслеты, грудь — ожерелье, уши — серьги, щиколотки — колокольчики, а узел на кудрях — „корона“-гирлянда из цветущих жасминов. Кто этот золотой царь юных беззаботных горожан[2], который резвится, танцуя под пение Своего собственного имени?»

а̄тма-сиддха-са̄валӣла-пӯрн̣а-саукхйа-лакш̣ан̣ам̇
сва̄нубха̄ва-матта-нр̣тйа-кӣртана̄тма-ван̣т̣анам
адвайаика-лакш̣йа-пӯрн̣а-таттва-тат-пара̄тпарам̇
према-дха̄ма-девам эва науми гаура-сундарам

(«Шри Шри Према-дхама-дева-стотра», 66)

«Я кланяюсь обители божественной любви, Шри Гаурасундару, олицетворению совершенного, самопроявленного динамичного экстаза. Опьяненный переживанием Своего существа, Он танцует, поет и раздает Себя. Обладая полнотой этих несравненных качеств, Он является верховной абсолютной истиной».

а̄нанда-лӣла̄майа-виграха̄йа
хема̄бха-дивйа-ччхави-сундара̄йа
тасмаи маха̄према-раса-прада̄йа
чаитанйачандра̄йа намо намасте

(«Шри Чайтанья-чандрамрита», 11)

«Олицетворению экстатических игр, божественному, великолепному золотому олицетворению красоты, источнику нектара высочайшей божественной любви, луне Шри Чайтаньи, я кланяюсь вновь и вновь».



[1] Логический аргумент, основанный на выводе из положения, которое само по себе еще требует доказательства (прим. пер.).

[2] Это выражение — гаура-нагара — нелегко поддается переводу на европейские языки. В данном случае санскритское слово «нагара» означает «молодого, образованного и/или наделенного хорошими манерами беззаботного горожанина». В английском переводе фигурирует слово reveller, что значит «гуляка», «бражник», «кутила», но подлинный смысл слова «нагара» все же иной, хотя и близкий по смыслу (прим. пер.).




English

Śrīla Bhakti Rakṣak Śrīdhar Dev-Goswāmī Mahārāj 

The Highest Entity

(21 February 1982. Navadwip Dham, India)

http://www.gaudiyadarshan.com/posts/the-highest-entity/

Śrīla Guru Mahārāj describes the infinite dynamic beauty
of the Śrī Gaurāṅga we worship.

 

The process is always dynamic. Everything is dynamic in character, progressive. It is līlā and nava-navāyamān [ever-new]. The conception of the Infinite is not a stagnant one but a dynamic one. The infinite is dynamic. But to have such a conception of Infinite, of course, is very difficult.

The Infinite is infinite, not static but dynamic. He is līlāmaya. Līlā means nava-navāyamān, ever-new. This a characteristic of the Infinite, and we are to take direction from this. It is not, however, that the Infinite is in want and is dynamic to have fulfilment. It is not that. It is the nature of the Infinite to be dynamic. This is called līlā. The very nature of the Infinite’s existence within eternity is līlā. The Infinite is always satisfying Himself, and that movement is always a pleasing and moving thing. The pleasure, the ecstasy, itself is of moving character. This is līlā. In it, there is no want to be fulfilled.

kahibāra yogya naya tathāpi bāule kaya
kahile vā kebā pātiyāya

(Śrī Chaitanya-charitāmṛta: Madhya-līlā, 2.49)

“This should not be discussed. Still, one cannot but talk about it like a madman. But if one goes on talking and talking in this way, who will believe what is said? No one will waste their time listening to this madman’s delusion.”

āmi—eka bātula, tumi—dvitīya bātula
ataeva tomāya āmāya ha-i sama-tula

(Śrī Chaitanya-charitāmṛta: Madhya-līlā, 8.291)

“I am a madman, and you are also a madman of the same type. So, you have come to listen to these delirious statements. We are of the same section. I am mad, and you are also mad. So, we feel enjoyment in such mad talk.”

This is Rāmānanda Rāy and Mahāprabhu.

yā niśā sarva-bhūtānāṁ tasyāṁ jāgarti saṁyamī
yasyāṁ jāgrati bhūtāni sā niśā paśyato muneḥ

(Śrīmad Bhagavad-gītā: 2.69)

[“Those who have full self-control are awake in that which is night for all beings, and all beings are awake in that which is night for the sages who see.”]

gaura-nāgaro-varo nṛtyan nijair nāmabhiḥ

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 132)

Mahāprabhu Gaurāṅgasundar is dancing, taking His own Name and dancing. He utters different sounds, receives some impressions from them, and dances. Getting impressions from the sound of His own Name, He dances. The cause is the effect. In logic perhaps, I have heard the term petitio principii. The movement is circular, like the Napoleonic chair.

Nṛtyan nijair Nāmabhiḥ: His own Name is the cause of His dancing. The suggestions from different Names are coming to Him, those impressions are creating some energy, and that energy is making Him dance. He is a dynamo creating ecstatic energy, and that is the cause of His dancing. Taking His own Name, He is dancing. This is His līlā. Such is Gaurāṅga and His moving ecstasy.

In my Prema-dhāma-stotram, I wrote that He is the ultimate reality, the Absolute. Why? Two things are represented in Him. One, He dances in ecstatic joy as a result of a feeling within, and two, by chanting, He distributes that to others. He finds Himself in ecstasy and distributes that to others. This is Gaura, and the highest principle of ecstatic energy is such. It cannot but be such. He is of a dancing mood; He is fulfilled in Himself. His dancing explains that His inner propensity is that of ecstatic joy, and kīrtan means distribution of that to the public, to the environment. It is assertive. The ecstatic joy is assertive, self-assertive and self-distributed. This we find only in Gaurāṅga. So, Gaurāṅga is the highest entity. In that way, I have dealt with it there. In ecstatic joy, He is dancing, and through kīrtan, He is distributing Himself to others (ātma-vaṇṭanam). He is offering, distributing, Himself to the environment. This is His līlā.

ānanda-līlāmaya-vigrahāya
hemābha-divya-chchhavi-sundarāya
tasmai mahāprema-rasa-pradāya
chaitanyachandrāya namo namaste

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 11)

This dhyān [meditation] is from Śrī Prabodhānanda Saraswatī, the Guru of Gopāl Bhaṭṭa Goswāmī. It is a beautiful stanza coming in praise of Śrī Chaitanyadev.

Ānanda-līlā-rasa-vigrahāya: immersed in ecstatic Pastimes, He is rasa personified. Hemābha-divya-chchhavi-sundarāya: He is golden beauty, ecstatic beauty, emitting golden lustre, a most beautiful, divine figure. Mahāprema-rasa-pradāya: He distributes the highest divine love with His movements, His words, and His every gesture and posture. Chaitanyachandrāya namo namaste: I bow my head down to this Śrī Chaitanyadev.

In Archana-kaṇa, this has been taken up for our dhyān. When we meditate on Mahāprabhu, we should do so in this way.

References

ko ’yaṁ paṭṭa-dhaṭī-virājita-kaṭī-deśaḥ kare kaṅkaṇaṁ
hāraṁ vakṣasi kuṇḍalaṁ śravaṇayor bibhrat pade nūpurau
ūrdhvīkṛtya nibaddha-kuntala-bhara-protphulla-mallī-sragā-
pīḍaḥ krīḍati gaura-nāgara-varo nṛtyan nijair nāmabhiḥ

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 132)

“Wearing a silk sash around His waist, bracelets on His wrists, a necklace across His chest, earrings on His ears, bells on His ankles, and a garland-crown of blooming jasmine flowers atop His top-not of wavy hair—who is that golden king of revellers who frolics, dancing to the chanting of His own Names?”

ātma-siddha-sāvalīla-pūrṇa-saukhya-lakṣaṇaṁ
svānubhāva-matta-nṛtya-kīrttanātma-vaṇṭanam
advayaika-lakṣya-pūrṇa-tattva-tat-parātparaṁ
prema-dhāma-devam eva naumi gaura-sundaram

(Śrī Śrī Prema-dhāma-deva-stotram: 66)

“I offer my obeisance to the abode of divine love, Śrī Gaurasundar, the embodiment of complete, self-manifest, dynamic ecstasy. Maddened by experience of Himself, He dances, chants, and distributes Himself. Replete with this unparalleled characteristic, He is the Supreme Absolute Truth.”

ānanda-līlāmaya-vigrahāya
hemābha-divya-chchhavi-sundarāya
tasmai mahāprema-rasa-pradāya
chaitanyachandrāya namo namaste

(Śrī Chaitanya-chandrāmṛta: 11)

“To the embodiment of ecstatic Pastimes, to the divine, splendorous golden personification of beauty, to the giver of the nectar of the highest divine love, to the moon Śrī Chaitanya, I bow again and again.”


Главная | Миссия | Учение | Библиотека | Контактная информация
Пожертвования