«Без Нитая нет Гауры». Шрила Б. С. Госвами Махарадж. 7 июля 2011 года. Чиангмай, Таиланд | “Without Nitai—there is no Gaura.” Srila B. S. Goswami Maharaj. 7 July 2011. Chiang Mai, Thailand


Russian

Шрила Бхакти Судхир Госвами Махарадж 

Без Нитая нет Гауры

(7 июля 2011 года. Чиангмай, Таиланд)

 

Нам следует понять, что мы из себя представляем. Мы слышали, что богатство вайшнава в его самоосуждении и признании им своих отрицательных качеств. Поэтому нам не стоит бояться выражать глубины своей собственной негативности. Но в то же время мы должны думать о нашей гуру-варге, их богатстве и их положении. Шрила Гуру Махарадж часто произносил, цитируя Шрилу Кришнадаса Кавираджа Госвами:

джага̄и ма̄дха̄и хаите мун̃и се па̄пиш̣т̣ха
пурӣш̣ера кӣт̣а хаите мун̃и се лагхиш̣т̣ха

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Ади-лила, 5.205)

«Я более грешен, чем Джагай и Мадхай, и я более низок, чем червь в испражнениях».

Но в то же время он [Шрила Кришнадас Кавирадж Госвами] говорил: «Но нет ничего выше того, что я пишу в этой „Чайтанья-чаритамрите“ о Шри Чайтанье Махапрабху. Нет никого более низкого, чем я. Тот, кто пал столь же низко, как я, может стать инструментом, орудием для выражения высочайших явлений по милости Господа и Его преданных».

Нитйа̄нанда боле кр̣па авата̄ра. Он говорит: «Мне стыдно произносить это, я стесняюсь говорить об этом, но однажды во сне или в видении Нитьянанда Прабху пришел ко мне. Мой родственник[1] не понимал должным образом положение Нитьянанды Прабху, и за это я наказал его. Он думал, что достаточно и того, что он испытывает некое уважение к Махапрабху, но считал, что нет необходимости в той же мере быть признательным Нитьянанде Прабху».

Но мы знаем слова Нароттама Тхакура: видйа̄-куле ки корибе та̄ра — «Если ты не признаешь положения Нитьянанды Прабху, тогда на что тебе твоя ученость, твое семейное положение? Они бесполезны».

хено нита̄и бине бха̄и, ра̄дха̄-кр̣ш̣н̣а па̄ите на̄и,
нита̄йер корун̣а̄ хабе, брадже ра̄дха̄-кр̣ш̣н̣а па̄бе[2]

Без милости Нитьянанды Прабху невозможно вступить в этот высший мир Вриндавана. Поэтому Кавирадж Госвами наставлял своего брата словами: «Твоя философия — это ардха-куккут̣ӣ-нйа̄йа, или философия „половины курицы“».

Эту философию можно описать так: одна половина курицы дает яйца, и ты считаешь ее полезной. Но та сторона, где расположен клюв, сторона, которую ты должен кормить, — тебе не нужна, потому что требует некоторых затрат. Упущение в том, что если курицу не кормить — она не даст яиц.

Следует думать на самом деле, что без милости Нитьянанды Прабху, без Нитая — нет Гауры. И когда эти чувства, эти переживания изливались из Кавираджа Госвами, это было подобно извержению вулкана. И, возможно, он был немного удивлен тому, что говорил, и тому, с какой силой он говорил об этом.

Той ночью во сне ему явился Нитьянанда Прабху. Говорится, что Нитьянанда пребывал в глубоком состоянии божественного опьянения. Облаченный в красивые одежды, Он покачивался из стороны в сторону. Окруженный Своими вечными слугами, низким голосом Он воспевал: «Кришна, Кришна!..» На Нем была пышная цветочная гирлянда, и множество пчел — великих мудрецов — пили мед лотосоподобных стоп Нитьянанды Прабху. Это было пьянящее зрелище. Он сказал: «Кришнадас, отправляйся во Вриндаван». Тогда Кавирадж Госвами проснулся очень счастливым и произнес: «О! Нитьянанда Прабху позволил мне войти во Вриндаван. Он сказал мне: „Кришнадас, там ты обретешь все“».

И что же произошло, когда Кришнадас Кавирадж Госвами отправился во Вриндаван? Он обрел общество Рагхунатха Даса Госвами. И получил от него все. Он обрел целую «Чайтанья-чаритамриту», величайшую богословскую книгу — по словам Гуру Махараджа, «на все времена, для всех мест и для всех созданий». Эта книга целиком создана на основе записей Сварупы Дамодара Госвами. Итак, Рагхунатх Дас получил все богатство, сварӯп бха̄н̣д̣а̄р, сокровищницу Сварупы. Сварупа Дамодар сохранил все богатства Махапрабху и отдал их Рагхунатху Дасу Госвами. А Рагхунатх Дас Госвами раскрыл все эти богатства через Кришнадаса Кавираджа Госвами. Кавирадж Дас Госвами, по благословлениям вайшнавов и при поддержке Мадана Мохана Виграхи, начал писать «Чайтанья-чаритамриту».

В то же время он говорит, что изумлен, ведь ему более девяноста лет, у него артрит, он не может видеть, он действительно слеп, но он пишет величайшую богословскую книгу из всех, когда-либо созданных. Он говорит: «Как это возможно? Некая божественная сила снизошла и движет моей рукой. Радха Мадан Мохан — Они заставляют меня записывать все это!»

Положение Кавираджа Госвами подобно тому, что говорит о себе Рамананда Рай: «Я подобен вúне (струнному инструменту). Ты [Шри Чайтанья Махапрабху] играешь на мне, и этот звук слышат все. Ты играешь на мне, как на музыкальном инструменте».

В самом начале Рамананда-самвады Кавирадж Госвами приводит прекрасную шлоку:

сан̃ча̄рйа ра̄ма̄бхидха-бхакта-мегхе
сва-бхакти-сиддха̄нта-чайа̄мр̣та̄ни

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 8.1)

Кавирадж Госвами говорит: «Кто такой Махапрабху? Он бхакти-сиддха̄нта-чайа̄мр̣та̄ни, нектарный океан бхакти-сиддханты — вот кто такой Махапрабху! Тогда кто такой Рамананда? Он подобен облаку. Океан порождает облака. Из нектарного океана бхакти-сиддханты над ним появляется облако бхакта-мегхе, облако преданности Рамананды. И что же он сделал? Он снова пролил этот безграничный нектар в океан бхакти-сиддханты, нектарный океан бхакти-сиддханты». Бхакта-мегхе, преданные, становятся такими облаками нектара. Они проливают нектар на каждого, кто имеет уши, чтобы принять его.

Да, воистину такова красота сознания Кришны! Каким бы ни было наше понимание этого — это также подарок Гуру. Не стоит думать, что мы обладаем некой независимой способностью — они наделяют нас способностью оценивать то, что они нам дают. И поэтому мы исполнены надежд. Однако мы думаем: «О, я никогда не пойму». Да, подобно этому: джага̄и ма̄дха̄и хаите… кто я, чтобы понять это?

Однажды Гуру Махарадж сказал: «Махапрабху принял санньясу, а затем отправился в Пури. Сначала в Своем божественном безумии Он воспевает:

ха̄ха̄ кр̣ш̣н̣а пра̄н̣а-на̄тха враджендра-нандана!
ка̄ха̄н̇ йа̄н̇а ка̄ха̄н̇ па̄н̇а, муралӣ-вадана!

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Антья-лила, 12.5)

Он воспевает: «Где же Кришна?!» В божественном безумии Он ищет Кришну. Гуру Махарадж говорил, что это подобно тому, как если бы Он находился в «состоянии ребенка». Но затем через некоторое время Он отправляется в Пури и видит Джаганнатха. Там, когда Он встречает Сарвабхауму Бхаттачарью, величайшего мыслителя своего времени, тот в высокомерии ученого думает: «Этот юноша столь очарователен. Думаю, если я буду учить Его, я подниму Его до более высокого уровня понимания». И он каждый день в течение семи дней рассказывает Махапрабху о веданте и представляет ее очень оживленно и весьма всесторонне. Однако он замечает, что Махапрабху не проявляет никаких признаков, указывающих на то, что Он понимает, о чем идет речь. Он думает: «Возможно, для Него это слишком возвышенно», и говорит: «Пожалуйста, дай хоть какой-нибудь знак, что Ты понимаешь то, о чем я говорю». Махапрабху отвечает: «Я понимаю веданту, но Я не понимаю того, о чем говоришь ты». Сарвабхаума ошеломлен: «Что этот юноша говорит мне, Васудеве Сарвабхауме Бхаттачарье, крупнейшему ученому Индии!..»

Он не знает, что когда Махапрабху был главным учителем Навадвипы, Он нанес поражение величайшему ученому, Кешаве Кашмири. Когда Нимай Пандит, Его юные ученики и Кешава Кашмири прогуливались вдоль Ганги, они разговаривали о том, что Кешава Кашмири — любимый сын богини Сарасвати. Так, в возвышенном творческом настроении он экспромтом составил сто шлок во славу матери Ганги. Даже сам он был удивлен тому, что его язык произносит все это. Сотня оригинальных сложных искусных шлок на санскрите, составленных экспромтом. И он подумал: «Знаете ли вы, что я…» А Махапрабху произнес: «Вот этот стих — не могли бы вы объяснить его?», а затем процитировал сам стих. Тогда Кешава Кашмири подумал: «Не думаю, чтобы я смог бы запомнить их все, Он же вспомнил этот стих из всех. Неужели здесь ошибка, оплошность?» Махапрабху указал на некоторую неточность в изложенном, касающуюся Господа Шивы и его супруги. Так или иначе, в этот момент Кешава Кашмири осознал, что Махапрабху — Бог.

Теперь же, когда Махапрабху встречается с Сарвабхаумой, все наоборот. Теперь Махапрабху возвышает Сарвабхауму Бхаттачарью до Своего уровня понимания сознания Кришны, потому что здесь дело не в учености, а в милости.

атха̄пи те дева пада̄мбуджа-двайа-
праса̄да-леш́а̄нугр̣хӣта эва хи

(«Шримад-Бхагаватам», 10.14.29)

Прасад означает «милость». Праса̄да-леш́а означает, что если вы получили немного прасада, немного милости, тогда Бесконечное может явить Себя. Махапрабху был милостив к Сарвабхауме Бхаттачарье. После Сарвабхаума испытал некое раскаяние и некоторое чувство вины: «Раньше я отмечал этого Рамананду: „О, он вайшнав“. Теперь я могу понять, какого уровня он вайшнав, вайшнав высочайшего уровня, но я не понимал этого раньше».

Итак, он сказал Махапрабху, когда тот готовился к Своему путешествию по Южной Индии: «Когда Ты придешь к Годавари, Ты непременно должен встретиться с Раманандой Раем». Именно там имела место Рамананда-самвада.

После путешествия по Южной Индии каждому, кого Он встречал, с какой бы религией он ни был связан, Махапрабху показывал превосходство Кришна-концепции.

После длительного времени Он снова вернулся в Пури и снова встретился с Сарвабхаумой Бхаттачарьей. В этот раз Махапрабху сказал Сарвабхауме: «Знаешь, Я только что обошел всю Южную Индию, которая славится религиозно возвышенными людьми. Но Я не встретил ни одного человека, подобного тебе».

Однако Гуру Махарадж говорил, что произнося: «Я не нашел никого, подобного тебе», «Махапрабху косвенно прославляет Себя». Да, после того как Махапрабху создал его, возвысил его до Своей концепции, тогда Он говорит: «Никто из тех, кого Я встретил, не был равен тому, кем ты стал». И поэтому мы говорим, что Махапрабху по Своей божественной милости распространил на него способность понимать эту возвышенную суть. Праса̄да-леш́а̄нугр̣хӣта эва хи: все дело в милости.

джогйата̄-вича̄ре, кичху на̄хи па̄и,
тома̄ра корун̣а̄-са̄ра

(Шрила Бхактивинод Тхакур. «Гурудев», 4)

«Если ты испытаешь меня, то не обнаружишь во мне хороших качеств. Твоя милость для меня — все».

 

 

English

Śrīla Bhakti Sudhīr Goswāmī Mahārāj 

Without Nitāi—there is no Gaura

(7 July 2011. Chiang Mai, Thailand)

 

We have to think—what are we representing? We hear that self deprecation and negative expression is the wealth of a Vaiṣṇava. So, we shouldn’t be afraid of expressing the depths of our own negativity. But at the same time we have to think of our Guru-varga, their wealth and their position. So, Śrīla Guru Mahārāj quoted Śrīla Kṛṣṇadās Kavirāj Goswāmī many times, saying:

jagāi mādhāi haite muñi se pāpiṣṭha
purīṣera kīṭa haite muñi se laghiṣṭha

(Chaitanya-charitāmṛta, Ādi, līlā, 5.205)

“I’m more sinful then Jagāi and Mādhāi, and I’m lower then a worm in the stool.” But at the same time he said, “But, what I’m writing in this Chaitanya-charitāmṛtam about Śrī Chaitanya Mahāprabhu—there is nothing higher than this. There is no-one one lower than me. Someone who is as fallen as myself can be an instrument, the weapon for expression of the highest thing by the mercy of the Lord and His devotees.”

nityānanda bole kṛpa avatāra

He says, “I’m ashamed to say this, I’m shy to tell it, but Nityānanda Prabhu came to me once in a dream, or in a vision. Because my relative[3], he didn’t properly appreciate the position of Nityānanda Prabhu and I chastised him for that. He thought it’s enough that he has some appreciation for Mahāprabhu, but for Nityānanda Prabhu, he thinks it’s unnecessary to have that same appreciation for Him.”

But we hear: vidyā-kule ki koribe tāra, Narottam Ṭhākur saying: “If you don’t appreciate the position of Nityānanda Prabhu, then what is your learning, your high family connection is all useless.”

heno nitāi bine bhāi, rādhā-kṛṣṇa pāite nāi,
nitāiyer koruṇā habe, braje rādhā-kṛṣṇa pābe,

Without the mercy of Nityānanda Prabhu there is no possibility of entering that higher plane of Vṛndavān. So, Kavirāj Goswāmī told his brother, he said: “Your philosophy is ardha-kukkuṭī-nyāya or half-hen philosophy.”

Half-hen philosophy means, there is the side of the chicken that gives the egg and you are interested in that. But the mouth side, the side that you have to feed—you’re not interested because that costs something. The flaw in that is that where there is no feeding, there is no egg.

You think, really, without the mercy of Nityānanda Prabhu, without Nitāi—there is no Gaura. And these feelings, these sentiments they were like a volcanic eruption when they came out of Kaviraj Goswāmī. And maybe he was a little surprised by what he spoke and that he spoke with such force.

But that night in a dream Nityānanda Prabhu appeared to him. And we are told that Nityānanda Prabhu was there in a very deep state of divine intoxication, swaying back and forth and dressed very beautifully. And He was chanting in a deep voice: “Kṛṣṇa, Kṛṣṇa…” and surrounded by His eternal servitors. He had a big flower garland, and many bees, who are also great sages, they are taking honey from the lotus feet of Nityānanda Prabhu. It’s a very intoxicated scene.

And He said, “Kṛṣṇadās, you go to Vṛndavān.” And Kaviraj Goswāmī awoke very happy, saying, “Oh, I’ve been given entrance to Vṛndavān by Nityānanda Prabhu.” And He said, “Kṛṣṇadās, there you will get everything.”

So, when Kṛṣṇadās Kavirāj Goswāmī went to Vṛndāvan, what happened? He got the association of Raghunāth dās Goswāmī. And from him he got everything. He got the whole Chaitanya-charitāmṛta, which is the greatest theological book. Guru Mahārāj says, “In all time and space and all of the creations.” That book all comes from the notes of Svarūp Dāmodar Goswāmī.

So, Raghunāth dās got all the wealth, the svarūp bhāṇḍār, the treasury of Svarūp. The whole wealth of Mahāprabhu is deposited with Svarūp Dāmodar and he gave that to Raghunāth dās Goswāmī. And Raghunāth dās Goswāmī in turn delivered that, the whole wealth through Kṛṣṇadās Kaviraj Goswāmī. And Kaviraj Goswāmī with the blessings of the Vaiṣṇavas and the confirmation from Madan Mohan Vigrahā, began writing the Chaitanya-charitāmṛta.

And he says, he is amazed at that time, because he is well into his nineties and he has arthritis and he can’t see, he is legally blind, but he is writing the greatest theistic book ever made. He is saying, “How is that possible? Some divine power is coming down and it’s moving my hand. Rādhā Madan Mohan, they are causing me to write all this things.”

Rāmānanda Rāy says, “His position is the same, I’m like a bīṇā (string instrument). As you play me, that’s the sound that everyone hears. You are playing me like an instrument.”

And in the very beginning of that Rāmānanda-saṁvad Kaviraj Goswāmī gives a beautiful śloka:

sañchārya rāmābhidha-bhakta-meghe
sva-bhakti-siddhānta-chayāmṛtāni

Kaviraj Goswāmī says, “Who is Mahāprabhu—He is the bhakti-siddhānta-chayāmṛtāni, He is the nectarean ocean of bhakti-siddhānta, that is who Mahāprabhu is. Then who is Rāmānanda? Like a cloud. An ocean creates a cloud. So, from the nectarean ocean of bhakti-siddhānta the cloud bhakta-meghe the devotional cloud of Rāmānanda appeared above that ocean. Then what did he do? He showered unlimited nectar back on the ocean of bhakti-siddhānta, the nectarine ocean of bhakti-siddhānta. This is the real cloud. Now everyone is talking about cloud, this is the real cloud you want to know about. Bhakta-meghe, the devotees become nectar clouds. And they are showering nectar on anyone, who has the ears to catch that matter.

But really that is the beauty of Kṛṣṇa Consciousness. That whatever appreciation we have for this is also a gift from Guru. It’s not that we have some independent capacity, they are gifting us the capacity to appreciate what it is that they are giving. That’s why we are hopeful. Because we are thinking, “Oh, I’ll never understand.” Yes, like that jagāi mādhāi haite... who am I to appreciate this?

One time Guru Mahārāj said, “Mahāprabhu took sannyās, and then he goes to Purī. Firstly he is in his divine madness, chanting.”

hāhā kṛṣṇa prāṇa-nātha vrajendra-nandana!
kāhāṅ yāṅa kāhāṅ pāṅa, muralī-vadana!

(Chaitanya-charitāmṛta, Antya-līlā, 12.5)

He is chanting, “Where is Kṛṣṇa?!” He is running, searching for Kṛṣṇa in divine madness. Guru Mahārāj said it is like He is ‘in a child-like state.’ But then, after some time, he goes to Purī and sees Jagannāth. There, when he meets with Sārvabhauma Bhaṭṭāchārya, who is the greatest thinker of the day, Sārvabhauma in scholarly arrogance is thinking, “Oh, this boy, He is so charming, I think, if I teach Him, I can upgrade Him to a higher understanding.”

And he is talking to Mahāprabhu every day for seven days about Vedanta and very excitedly presenting it and very comprehensively. But he notices that Mahāprabhu is not giving any indication that He is comprehending what is being said. So, he thinks, “Maybe it is a little too high for Him…” and says, “Please give some indication that You understand what I’m saying.”

Mahāprabhu says, “I understand Vedanta, I just don’t understand what you are saying.”

And Sārvabhauma is shocked, “What! This young boy is telling me Vāsudev Sārvabhauma Baṭṭācharya, the biggest scholar in India…”

He doesn’t know that when Mahāprabhu was posing as a primary teacher in Nabadwīp that he defeated Keśava Kāśmīrī, greatest of scholars. When they were walking on the Gaṅga, Nimāi Paṇḍit, His young disciples and Keśava Kāśmīrī, they told that Keśava Kāśmīrī is the favorite son of the goddess Sarasvatī. So in great creative mood, he started off and he composed on the spot one hundred ślokas in praise of Mother Gaṅgā.

Even he was surprised with his tongue, saying all this things. One hundred original complicated complex Sanskrit ślokas composed on the spot. So he’s thinking, “Do you know, I am…” And Mahāprabhu says, “And in this particular verse, I’d like you to explain that.” And then He quotes it.

Then Keśava Kāśmīrī is thinking, “I don’t even know if I remember all of them, and He remembered it. Is that an error, a mistake?”

And there, Mahāprabhu shows some fault in the presentation regarding Lord Śiva and his wife. Anyway, at that time, Keśava Kaśmīrī realized that Mahāprabhu is divinity. So, here again, when Mahāprabhu met with Sārvabhauma, the tables turn. Now Mahāprabhu upgrades Sārvabhauma Baṭṭācharya to His Kṛṣṇa conception, because it’s not about scholarship, it’s about mercy.

athāpi te deva padāmbuja-dvaya-
prasāda-leśānugṛhīta eva hi

(Śrīmad-Bhāgavatam, 10.14.29)

Prasād means mercy. Prasāda leśa means, if you get a little bit of prasād, a little bit of mercy, then the infinite can be revealed. So, Mahāprabhu was merciful to Sārvabhayma Bhaṭṭāchārya. And then in the end Sārvabhauma felt some remorse and some guilt thinking, “Oh, previously this Rāmānanda sometimes I was marking him: ‘Oh, he is a Vaiṣṇava. Now I can understand, what kind of Vaiṣṇava he is, the highest type of Vaiṣṇava and I couldn’t appreciate that before.’”

So, he told Mahāprabhu as He was preparing for His tour of South India, “You should definitely visit Rāmānanda Rāy, when you’ll go to Godāvari.” And that’s where the Rāmānanda-saṁvād took place. So, then after the tour of South India and everyone He met, whatever their religious connection was, He demonstrated the superiority of Kṛṣṇa Conception.

After so much time He again came back to Purī and again met with Sārvabhauma Bhaṭṭāchārya again. And at that time Mahāprabhu said to Sārvabhauma, “You know, I just toured the whole of South India, which is famous for religiously advanced people. And I didn’t find a single man like you.”

But Guru Mahārāj said that “Mahāprabhu is indirectly praising Himself.” When He said “I didn’t find a man like you”, yes, after Mahāprabhu created him and turned him into something, upgraded him to His conception, then He says, “No-one that I met, was equal to what you’ve become.” And therefore we say, Mahāprabhu extended the capacity to him by His divine mercy to appreciate this superior substance. Prasāda-leśānugṛhīta eva hi—it’s all about mercy.

jogyatā-vichāre, kichu nāhi pāi,
         tomāra koruṇā-sāra

(Śrīla Bhaktivinod Ṭhākur. Gurudeva, 4)

“If you examine me, you will find no qualities. Your mercy is everything to me.”



1  Здесь, под словом «родственник» Шрила Кришнадас Кавирадж Госвами имеет в виду своего брата, Шьяма даса, который проявлял неуважение к Нитьянанде Прабху в присутствии дорогого спутника Нитьянанды Прабху, Минакетаны Рамадаса, в доме преданного Гунарнавы Мишры (см. «Шри Чайтанья-чаритамрита», Ади-лила, глава 5).

2  Две строчки из первого и третьего стихов бхаджана «Манах-шикша» Шрилы Нароттама Даса Тхакура: «Брат, без Нитьянанды никто не сможет достичь Радхи и Кришны. Но если Нитьянанда Прабху одарит тебя Своей милостью, ты встретишь Радху и Кришну во Врадже».

3  Here by the word ‘relative’, Kṛṣṇadās Kavirāj refers to his brother Śyāma dās who disrespected Nityānanda in the presence of Nityānanda Prabhu’s dear associate Minaketana Rāmadās, while in the home of the devotee Guṇarnava Miśra. See Śrī Chaitanya-charitāmṛta, Ādi-līlā, Chapter 5.





←  «Сарасват-сампрадая» (часть 1). Шрила Б. П. Джанардан Махарадж. 2 марта 2010 года. Навадвипа Дхама, Индия ·• Архив новостей •· День явления Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура. 16 февраля 2020 года. Минск, Беларусь →
Russian

Шрила Бхакти Судхир Госвами Махарадж 

Без Нитая нет Гауры

(7 июля 2011 года. Чиангмай, Таиланд)

 

Нам следует понять, что мы из себя представляем. Мы слышали, что богатство вайшнава в его самоосуждении и признании им своих отрицательных качеств. Поэтому нам не стоит бояться выражать глубины своей собственной негативности. Но в то же время мы должны думать о нашей гуру-варге, их богатстве и их положении. Шрила Гуру Махарадж часто произносил, цитируя Шрилу Кришнадаса Кавираджа Госвами:

джага̄и ма̄дха̄и хаите мун̃и се па̄пиш̣т̣ха
пурӣш̣ера кӣт̣а хаите мун̃и се лагхиш̣т̣ха

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Ади-лила, 5.205)

«Я более грешен, чем Джагай и Мадхай, и я более низок, чем червь в испражнениях».

Но в то же время он [Шрила Кришнадас Кавирадж Госвами] говорил: «Но нет ничего выше того, что я пишу в этой „Чайтанья-чаритамрите“ о Шри Чайтанье Махапрабху. Нет никого более низкого, чем я. Тот, кто пал столь же низко, как я, может стать инструментом, орудием для выражения высочайших явлений по милости Господа и Его преданных».

Нитйа̄нанда боле кр̣па авата̄ра. Он говорит: «Мне стыдно произносить это, я стесняюсь говорить об этом, но однажды во сне или в видении Нитьянанда Прабху пришел ко мне. Мой родственник[1] не понимал должным образом положение Нитьянанды Прабху, и за это я наказал его. Он думал, что достаточно и того, что он испытывает некое уважение к Махапрабху, но считал, что нет необходимости в той же мере быть признательным Нитьянанде Прабху».

Но мы знаем слова Нароттама Тхакура: видйа̄-куле ки корибе та̄ра — «Если ты не признаешь положения Нитьянанды Прабху, тогда на что тебе твоя ученость, твое семейное положение? Они бесполезны».

хено нита̄и бине бха̄и, ра̄дха̄-кр̣ш̣н̣а па̄ите на̄и,
нита̄йер корун̣а̄ хабе, брадже ра̄дха̄-кр̣ш̣н̣а па̄бе[2]

Без милости Нитьянанды Прабху невозможно вступить в этот высший мир Вриндавана. Поэтому Кавирадж Госвами наставлял своего брата словами: «Твоя философия — это ардха-куккут̣ӣ-нйа̄йа, или философия „половины курицы“».

Эту философию можно описать так: одна половина курицы дает яйца, и ты считаешь ее полезной. Но та сторона, где расположен клюв, сторона, которую ты должен кормить, — тебе не нужна, потому что требует некоторых затрат. Упущение в том, что если курицу не кормить — она не даст яиц.

Следует думать на самом деле, что без милости Нитьянанды Прабху, без Нитая — нет Гауры. И когда эти чувства, эти переживания изливались из Кавираджа Госвами, это было подобно извержению вулкана. И, возможно, он был немного удивлен тому, что говорил, и тому, с какой силой он говорил об этом.

Той ночью во сне ему явился Нитьянанда Прабху. Говорится, что Нитьянанда пребывал в глубоком состоянии божественного опьянения. Облаченный в красивые одежды, Он покачивался из стороны в сторону. Окруженный Своими вечными слугами, низким голосом Он воспевал: «Кришна, Кришна!..» На Нем была пышная цветочная гирлянда, и множество пчел — великих мудрецов — пили мед лотосоподобных стоп Нитьянанды Прабху. Это было пьянящее зрелище. Он сказал: «Кришнадас, отправляйся во Вриндаван». Тогда Кавирадж Госвами проснулся очень счастливым и произнес: «О! Нитьянанда Прабху позволил мне войти во Вриндаван. Он сказал мне: „Кришнадас, там ты обретешь все“».

И что же произошло, когда Кришнадас Кавирадж Госвами отправился во Вриндаван? Он обрел общество Рагхунатха Даса Госвами. И получил от него все. Он обрел целую «Чайтанья-чаритамриту», величайшую богословскую книгу — по словам Гуру Махараджа, «на все времена, для всех мест и для всех созданий». Эта книга целиком создана на основе записей Сварупы Дамодара Госвами. Итак, Рагхунатх Дас получил все богатство, сварӯп бха̄н̣д̣а̄р, сокровищницу Сварупы. Сварупа Дамодар сохранил все богатства Махапрабху и отдал их Рагхунатху Дасу Госвами. А Рагхунатх Дас Госвами раскрыл все эти богатства через Кришнадаса Кавираджа Госвами. Кавирадж Дас Госвами, по благословлениям вайшнавов и при поддержке Мадана Мохана Виграхи, начал писать «Чайтанья-чаритамриту».

В то же время он говорит, что изумлен, ведь ему более девяноста лет, у него артрит, он не может видеть, он действительно слеп, но он пишет величайшую богословскую книгу из всех, когда-либо созданных. Он говорит: «Как это возможно? Некая божественная сила снизошла и движет моей рукой. Радха Мадан Мохан — Они заставляют меня записывать все это!»

Положение Кавираджа Госвами подобно тому, что говорит о себе Рамананда Рай: «Я подобен вúне (струнному инструменту). Ты [Шри Чайтанья Махапрабху] играешь на мне, и этот звук слышат все. Ты играешь на мне, как на музыкальном инструменте».

В самом начале Рамананда-самвады Кавирадж Госвами приводит прекрасную шлоку:

сан̃ча̄рйа ра̄ма̄бхидха-бхакта-мегхе
сва-бхакти-сиддха̄нта-чайа̄мр̣та̄ни

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Мадхья-лила, 8.1)

Кавирадж Госвами говорит: «Кто такой Махапрабху? Он бхакти-сиддха̄нта-чайа̄мр̣та̄ни, нектарный океан бхакти-сиддханты — вот кто такой Махапрабху! Тогда кто такой Рамананда? Он подобен облаку. Океан порождает облака. Из нектарного океана бхакти-сиддханты над ним появляется облако бхакта-мегхе, облако преданности Рамананды. И что же он сделал? Он снова пролил этот безграничный нектар в океан бхакти-сиддханты, нектарный океан бхакти-сиддханты». Бхакта-мегхе, преданные, становятся такими облаками нектара. Они проливают нектар на каждого, кто имеет уши, чтобы принять его.

Да, воистину такова красота сознания Кришны! Каким бы ни было наше понимание этого — это также подарок Гуру. Не стоит думать, что мы обладаем некой независимой способностью — они наделяют нас способностью оценивать то, что они нам дают. И поэтому мы исполнены надежд. Однако мы думаем: «О, я никогда не пойму». Да, подобно этому: джага̄и ма̄дха̄и хаите… кто я, чтобы понять это?

Однажды Гуру Махарадж сказал: «Махапрабху принял санньясу, а затем отправился в Пури. Сначала в Своем божественном безумии Он воспевает:

ха̄ха̄ кр̣ш̣н̣а пра̄н̣а-на̄тха враджендра-нандана!
ка̄ха̄н̇ йа̄н̇а ка̄ха̄н̇ па̄н̇а, муралӣ-вадана!

(«Шри Чайтанья-чаритамрита», Антья-лила, 12.5)

Он воспевает: «Где же Кришна?!» В божественном безумии Он ищет Кришну. Гуру Махарадж говорил, что это подобно тому, как если бы Он находился в «состоянии ребенка». Но затем через некоторое время Он отправляется в Пури и видит Джаганнатха. Там, когда Он встречает Сарвабхауму Бхаттачарью, величайшего мыслителя своего времени, тот в высокомерии ученого думает: «Этот юноша столь очарователен. Думаю, если я буду учить Его, я подниму Его до более высокого уровня понимания». И он каждый день в течение семи дней рассказывает Махапрабху о веданте и представляет ее очень оживленно и весьма всесторонне. Однако он замечает, что Махапрабху не проявляет никаких признаков, указывающих на то, что Он понимает, о чем идет речь. Он думает: «Возможно, для Него это слишком возвышенно», и говорит: «Пожалуйста, дай хоть какой-нибудь знак, что Ты понимаешь то, о чем я говорю». Махапрабху отвечает: «Я понимаю веданту, но Я не понимаю того, о чем говоришь ты». Сарвабхаума ошеломлен: «Что этот юноша говорит мне, Васудеве Сарвабхауме Бхаттачарье, крупнейшему ученому Индии!..»

Он не знает, что когда Махапрабху был главным учителем Навадвипы, Он нанес поражение величайшему ученому, Кешаве Кашмири. Когда Нимай Пандит, Его юные ученики и Кешава Кашмири прогуливались вдоль Ганги, они разговаривали о том, что Кешава Кашмири — любимый сын богини Сарасвати. Так, в возвышенном творческом настроении он экспромтом составил сто шлок во славу матери Ганги. Даже сам он был удивлен тому, что его язык произносит все это. Сотня оригинальных сложных искусных шлок на санскрите, составленных экспромтом. И он подумал: «Знаете ли вы, что я…» А Махапрабху произнес: «Вот этот стих — не могли бы вы объяснить его?», а затем процитировал сам стих. Тогда Кешава Кашмири подумал: «Не думаю, чтобы я смог бы запомнить их все, Он же вспомнил этот стих из всех. Неужели здесь ошибка, оплошность?» Махапрабху указал на некоторую неточность в изложенном, касающуюся Господа Шивы и его супруги. Так или иначе, в этот момент Кешава Кашмири осознал, что Махапрабху — Бог.

Теперь же, когда Махапрабху встречается с Сарвабхаумой, все наоборот. Теперь Махапрабху возвышает Сарвабхауму Бхаттачарью до Своего уровня понимания сознания Кришны, потому что здесь дело не в учености, а в милости.

атха̄пи те дева пада̄мбуджа-двайа-
праса̄да-леш́а̄нугр̣хӣта эва хи

(«Шримад-Бхагаватам», 10.14.29)

Прасад означает «милость». Праса̄да-леш́а означает, что если вы получили немного прасада, немного милости, тогда Бесконечное может явить Себя. Махапрабху был милостив к Сарвабхауме Бхаттачарье. После Сарвабхаума испытал некое раскаяние и некоторое чувство вины: «Раньше я отмечал этого Рамананду: „О, он вайшнав“. Теперь я могу понять, какого уровня он вайшнав, вайшнав высочайшего уровня, но я не понимал этого раньше».

Итак, он сказал Махапрабху, когда тот готовился к Своему путешествию по Южной Индии: «Когда Ты придешь к Годавари, Ты непременно должен встретиться с Раманандой Раем». Именно там имела место Рамананда-самвада.

После путешествия по Южной Индии каждому, кого Он встречал, с какой бы религией он ни был связан, Махапрабху показывал превосходство Кришна-концепции.

После длительного времени Он снова вернулся в Пури и снова встретился с Сарвабхаумой Бхаттачарьей. В этот раз Махапрабху сказал Сарвабхауме: «Знаешь, Я только что обошел всю Южную Индию, которая славится религиозно возвышенными людьми. Но Я не встретил ни одного человека, подобного тебе».

Однако Гуру Махарадж говорил, что произнося: «Я не нашел никого, подобного тебе», «Махапрабху косвенно прославляет Себя». Да, после того как Махапрабху создал его, возвысил его до Своей концепции, тогда Он говорит: «Никто из тех, кого Я встретил, не был равен тому, кем ты стал». И поэтому мы говорим, что Махапрабху по Своей божественной милости распространил на него способность понимать эту возвышенную суть. Праса̄да-леш́а̄нугр̣хӣта эва хи: все дело в милости.

джогйата̄-вича̄ре, кичху на̄хи па̄и,
тома̄ра корун̣а̄-са̄ра

(Шрила Бхактивинод Тхакур. «Гурудев», 4)

«Если ты испытаешь меня, то не обнаружишь во мне хороших качеств. Твоя милость для меня — все».

 

 

English

Śrīla Bhakti Sudhīr Goswāmī Mahārāj 

Without Nitāi—there is no Gaura

(7 July 2011. Chiang Mai, Thailand)

 

We have to think—what are we representing? We hear that self deprecation and negative expression is the wealth of a Vaiṣṇava. So, we shouldn’t be afraid of expressing the depths of our own negativity. But at the same time we have to think of our Guru-varga, their wealth and their position. So, Śrīla Guru Mahārāj quoted Śrīla Kṛṣṇadās Kavirāj Goswāmī many times, saying:

jagāi mādhāi haite muñi se pāpiṣṭha
purīṣera kīṭa haite muñi se laghiṣṭha

(Chaitanya-charitāmṛta, Ādi, līlā, 5.205)

“I’m more sinful then Jagāi and Mādhāi, and I’m lower then a worm in the stool.” But at the same time he said, “But, what I’m writing in this Chaitanya-charitāmṛtam about Śrī Chaitanya Mahāprabhu—there is nothing higher than this. There is no-one one lower than me. Someone who is as fallen as myself can be an instrument, the weapon for expression of the highest thing by the mercy of the Lord and His devotees.”

nityānanda bole kṛpa avatāra

He says, “I’m ashamed to say this, I’m shy to tell it, but Nityānanda Prabhu came to me once in a dream, or in a vision. Because my relative[3], he didn’t properly appreciate the position of Nityānanda Prabhu and I chastised him for that. He thought it’s enough that he has some appreciation for Mahāprabhu, but for Nityānanda Prabhu, he thinks it’s unnecessary to have that same appreciation for Him.”

But we hear: vidyā-kule ki koribe tāra, Narottam Ṭhākur saying: “If you don’t appreciate the position of Nityānanda Prabhu, then what is your learning, your high family connection is all useless.”

heno nitāi bine bhāi, rādhā-kṛṣṇa pāite nāi,
nitāiyer koruṇā habe, braje rādhā-kṛṣṇa pābe,

Without the mercy of Nityānanda Prabhu there is no possibility of entering that higher plane of Vṛndavān. So, Kavirāj Goswāmī told his brother, he said: “Your philosophy is ardha-kukkuṭī-nyāya or half-hen philosophy.”

Half-hen philosophy means, there is the side of the chicken that gives the egg and you are interested in that. But the mouth side, the side that you have to feed—you’re not interested because that costs something. The flaw in that is that where there is no feeding, there is no egg.

You think, really, without the mercy of Nityānanda Prabhu, without Nitāi—there is no Gaura. And these feelings, these sentiments they were like a volcanic eruption when they came out of Kaviraj Goswāmī. And maybe he was a little surprised by what he spoke and that he spoke with such force.

But that night in a dream Nityānanda Prabhu appeared to him. And we are told that Nityānanda Prabhu was there in a very deep state of divine intoxication, swaying back and forth and dressed very beautifully. And He was chanting in a deep voice: “Kṛṣṇa, Kṛṣṇa…” and surrounded by His eternal servitors. He had a big flower garland, and many bees, who are also great sages, they are taking honey from the lotus feet of Nityānanda Prabhu. It’s a very intoxicated scene.

And He said, “Kṛṣṇadās, you go to Vṛndavān.” And Kaviraj Goswāmī awoke very happy, saying, “Oh, I’ve been given entrance to Vṛndavān by Nityānanda Prabhu.” And He said, “Kṛṣṇadās, there you will get everything.”

So, when Kṛṣṇadās Kavirāj Goswāmī went to Vṛndāvan, what happened? He got the association of Raghunāth dās Goswāmī. And from him he got everything. He got the whole Chaitanya-charitāmṛta, which is the greatest theological book. Guru Mahārāj says, “In all time and space and all of the creations.” That book all comes from the notes of Svarūp Dāmodar Goswāmī.

So, Raghunāth dās got all the wealth, the svarūp bhāṇḍār, the treasury of Svarūp. The whole wealth of Mahāprabhu is deposited with Svarūp Dāmodar and he gave that to Raghunāth dās Goswāmī. And Raghunāth dās Goswāmī in turn delivered that, the whole wealth through Kṛṣṇadās Kaviraj Goswāmī. And Kaviraj Goswāmī with the blessings of the Vaiṣṇavas and the confirmation from Madan Mohan Vigrahā, began writing the Chaitanya-charitāmṛta.

And he says, he is amazed at that time, because he is well into his nineties and he has arthritis and he can’t see, he is legally blind, but he is writing the greatest theistic book ever made. He is saying, “How is that possible? Some divine power is coming down and it’s moving my hand. Rādhā Madan Mohan, they are causing me to write all this things.”

Rāmānanda Rāy says, “His position is the same, I’m like a bīṇā (string instrument). As you play me, that’s the sound that everyone hears. You are playing me like an instrument.”

And in the very beginning of that Rāmānanda-saṁvad Kaviraj Goswāmī gives a beautiful śloka:

sañchārya rāmābhidha-bhakta-meghe
sva-bhakti-siddhānta-chayāmṛtāni

Kaviraj Goswāmī says, “Who is Mahāprabhu—He is the bhakti-siddhānta-chayāmṛtāni, He is the nectarean ocean of bhakti-siddhānta, that is who Mahāprabhu is. Then who is Rāmānanda? Like a cloud. An ocean creates a cloud. So, from the nectarean ocean of bhakti-siddhānta the cloud bhakta-meghe the devotional cloud of Rāmānanda appeared above that ocean. Then what did he do? He showered unlimited nectar back on the ocean of bhakti-siddhānta, the nectarine ocean of bhakti-siddhānta. This is the real cloud. Now everyone is talking about cloud, this is the real cloud you want to know about. Bhakta-meghe, the devotees become nectar clouds. And they are showering nectar on anyone, who has the ears to catch that matter.

But really that is the beauty of Kṛṣṇa Consciousness. That whatever appreciation we have for this is also a gift from Guru. It’s not that we have some independent capacity, they are gifting us the capacity to appreciate what it is that they are giving. That’s why we are hopeful. Because we are thinking, “Oh, I’ll never understand.” Yes, like that jagāi mādhāi haite... who am I to appreciate this?

One time Guru Mahārāj said, “Mahāprabhu took sannyās, and then he goes to Purī. Firstly he is in his divine madness, chanting.”

hāhā kṛṣṇa prāṇa-nātha vrajendra-nandana!
kāhāṅ yāṅa kāhāṅ pāṅa, muralī-vadana!

(Chaitanya-charitāmṛta, Antya-līlā, 12.5)

He is chanting, “Where is Kṛṣṇa?!” He is running, searching for Kṛṣṇa in divine madness. Guru Mahārāj said it is like He is ‘in a child-like state.’ But then, after some time, he goes to Purī and sees Jagannāth. There, when he meets with Sārvabhauma Bhaṭṭāchārya, who is the greatest thinker of the day, Sārvabhauma in scholarly arrogance is thinking, “Oh, this boy, He is so charming, I think, if I teach Him, I can upgrade Him to a higher understanding.”

And he is talking to Mahāprabhu every day for seven days about Vedanta and very excitedly presenting it and very comprehensively. But he notices that Mahāprabhu is not giving any indication that He is comprehending what is being said. So, he thinks, “Maybe it is a little too high for Him…” and says, “Please give some indication that You understand what I’m saying.”

Mahāprabhu says, “I understand Vedanta, I just don’t understand what you are saying.”

And Sārvabhauma is shocked, “What! This young boy is telling me Vāsudev Sārvabhauma Baṭṭācharya, the biggest scholar in India…”

He doesn’t know that when Mahāprabhu was posing as a primary teacher in Nabadwīp that he defeated Keśava Kāśmīrī, greatest of scholars. When they were walking on the Gaṅga, Nimāi Paṇḍit, His young disciples and Keśava Kāśmīrī, they told that Keśava Kāśmīrī is the favorite son of the goddess Sarasvatī. So in great creative mood, he started off and he composed on the spot one hundred ślokas in praise of Mother Gaṅgā.

Even he was surprised with his tongue, saying all this things. One hundred original complicated complex Sanskrit ślokas composed on the spot. So he’s thinking, “Do you know, I am…” And Mahāprabhu says, “And in this particular verse, I’d like you to explain that.” And then He quotes it.

Then Keśava Kāśmīrī is thinking, “I don’t even know if I remember all of them, and He remembered it. Is that an error, a mistake?”

And there, Mahāprabhu shows some fault in the presentation regarding Lord Śiva and his wife. Anyway, at that time, Keśava Kaśmīrī realized that Mahāprabhu is divinity. So, here again, when Mahāprabhu met with Sārvabhauma, the tables turn. Now Mahāprabhu upgrades Sārvabhauma Baṭṭācharya to His Kṛṣṇa conception, because it’s not about scholarship, it’s about mercy.

athāpi te deva padāmbuja-dvaya-
prasāda-leśānugṛhīta eva hi

(Śrīmad-Bhāgavatam, 10.14.29)

Prasād means mercy. Prasāda leśa means, if you get a little bit of prasād, a little bit of mercy, then the infinite can be revealed. So, Mahāprabhu was merciful to Sārvabhayma Bhaṭṭāchārya. And then in the end Sārvabhauma felt some remorse and some guilt thinking, “Oh, previously this Rāmānanda sometimes I was marking him: ‘Oh, he is a Vaiṣṇava. Now I can understand, what kind of Vaiṣṇava he is, the highest type of Vaiṣṇava and I couldn’t appreciate that before.’”

So, he told Mahāprabhu as He was preparing for His tour of South India, “You should definitely visit Rāmānanda Rāy, when you’ll go to Godāvari.” And that’s where the Rāmānanda-saṁvād took place. So, then after the tour of South India and everyone He met, whatever their religious connection was, He demonstrated the superiority of Kṛṣṇa Conception.

After so much time He again came back to Purī and again met with Sārvabhauma Bhaṭṭāchārya again. And at that time Mahāprabhu said to Sārvabhauma, “You know, I just toured the whole of South India, which is famous for religiously advanced people. And I didn’t find a single man like you.”

But Guru Mahārāj said that “Mahāprabhu is indirectly praising Himself.” When He said “I didn’t find a man like you”, yes, after Mahāprabhu created him and turned him into something, upgraded him to His conception, then He says, “No-one that I met, was equal to what you’ve become.” And therefore we say, Mahāprabhu extended the capacity to him by His divine mercy to appreciate this superior substance. Prasāda-leśānugṛhīta eva hi—it’s all about mercy.

jogyatā-vichāre, kichu nāhi pāi,
         tomāra koruṇā-sāra

(Śrīla Bhaktivinod Ṭhākur. Gurudeva, 4)

“If you examine me, you will find no qualities. Your mercy is everything to me.”



[1] Здесь, под словом «родственник» Шрила Кришнадас Кавирадж Госвами имеет в виду своего брата, Шьяма даса, который проявлял неуважение к Нитьянанде Прабху в присутствии дорогого спутника Нитьянанды Прабху, Минакетаны Рамадаса, в доме преданного Гунарнавы Мишры (см. «Шри Чайтанья-чаритамрита», Ади-лила, глава 5).

[2] Две строчки из первого и третьего стихов бхаджана «Манах-шикша» Шрилы Нароттама Даса Тхакура: «Брат, без Нитьянанды никто не сможет достичь Радхи и Кришны. Но если Нитьянанда Прабху одарит тебя Своей милостью, ты встретишь Радху и Кришну во Врадже».

[3] Here by the word ‘relative’, Kṛṣṇadās Kavirāj refers to his brother Śyāma dās who disrespected Nityānanda in the presence of Nityānanda Prabhu’s dear associate Minaketana Rāmadās, while in the home of the devotee Guṇarnava Miśra. See Śrī Chaitanya-charitāmṛta, Ādi-līlā, Chapter 5.



Главная | Миссия | Учение | Библиотека | Контактная информация
Пожертвования