«Как я пришел в Матх. Шри Нрисимха-чатурдаши 1947 года» (на русском и английском языках). Рассказ Шрилы Б. С. Говинды Дев-Госвами Махараджа из книги «Жизнь, посвященная Гуру»

Шрила Бхакти Сундар Говинда Дев-Госвами Махарадж

Как я пришел в Матх

Шри Нрисимха-чатурдаши 1947 года

Его Божественная Милость
Шрила Бхакти Сундар Говинда Дев-Госвами Махарадж
вспоминает события,
которыми были отмечены его первые дни
в Шри Чайтанья Сарасват Матхе,
у лотосоподобных стоп его божественного учителя
Шрилы Бхакти Ракшака Шридхара Дев-Госвами Махараджа.
Эта беседа состоялась
через полвека после описываемых событий.

 

Юность

Родился я в Бамунпаре, которая раньше носила название Брахманпара. Сначала я учился в местной школе, а потом мне пришлось ходить в школу в Путсури. Вскоре отец продал собственность в Бамунпаре и приобрел новый дом в Рангпуре, куда мы и переехали. В Рангпуре жил мой дядя по матери со своей семьей. Они были очень богаты и пригласили моих родителей обосноваться неподалеку. В это время страну сотрясали политические конфликты, и ее разделение на Индию и Пакистан казалось все более неизбежным, что в конце концов и случилось в 1947 году. Некоторое время спустя в Рангпуре умер мой отец, и семья вернулась в родную Бамунпару.

После смерти отца ответственность за поддержание семьи ложилась на мои плечи. Чтобы зарабатывать, мне нужно было выучиться и получить профессию. Поэтому я поступил на должность практиканта в небольшую благотворительную больницу, при которой была и амбулатория. Не знаю, сохранилась ли она до наших дней... Медицинский персонал был весьма скромным — доктор да санитар, а позже к ним присоединился я.

В то время существовал неписаный закон: если человек пять-десять лет проходил обучение у врача, он получал неофициальный статус доктора. Поэтому каждый день я ходил в две разные амбулатории, расположенные в двух километрах друг от друга. Мои обязанности в обоих учреждениях заключались в следующем: до прихода посетителей я открывал амбулаторию, а затем стерилизовал и готовил все необходимое для работы. Когда приходил врач и начинался прием пациентов, я уходил передохнуть и поиграть в футбол.

Так проходили день за днем. Отдохнув, я возвращался в больницу, а иногда шел в деревню Нандагхат, где жил у одного заминдара[1]. Он был богат и владел большими угодьями. И он, и его родные любили меня. Я родился под счастливой звездой: окружающие всегда относились ко мне с симпатией.

Нандагхат расположен в двенадцати километрах от Навадвипы и примерно в пятнадцати километрах от Бамунпары. По вечерам, наигравшись в футбол, мы с друзьями отдыхали и затем ужинали. Как правило, наша трапеза состояла из чанны (обжаренного творога) и шака (шпината). После этого мы все вместе шли к заминдару и читали книги. В то время я зачитывался романами и часто засыпал прямо в читальной комнате.

Первая встреча с садху

Однажды в то место, где я жил, пришла группа садху из Шри Чайтанья Сарасват Матха — их было четыре-пять человек. Первый раз я увидел их около половины восьмого вечера. Они провели киртан, а затем стали читать и объяснять «Шримад-Бхагаватам». Меня потянуло к ним. Один из садху показался мне особенно возвышенным. Он выглядел как настоящий святой. Когда он объяснял «Шримад-Бхагаватам», его вид напомнил мне Шриниваса Ачарью, проповедующего на собрании царя Бирхамбира. До этого я читал много вайшнавских книг и знал историю раджи Бирхамбира. Прежде, чем стать учеником Шриниваса Ачарьи, он был главарем разбойников.

И тот возвышенный садху показался мне похожим на Шриниваса Ачарью, объясняющего «Бхагаватам». На его лекцию пришло много народу — человек, быть может, сто. Среди них я увидел нескольких знакомых заминдаров. Все они были настоящими бандитами, но это не мешало им относиться ко мне, как к родному внуку. Я постоянно шутил и подтрунивал над ними, а иногда, случалось, и поколачивал их — и это неизменно заканчивалось взрывами хохота и обоюдным весельем — они любили меня, и им нравилось получать от меня тумаки.

Лекция, которую я услышал в прекрасном изложении садху, перевернула все мои привычные представления. Его слова вовсе не походили на известные истины странствующих «госвами», и, услышав их, мое сердце возрадовалось. Поэтому на следующий день я вновь пришел их послушать.

С раннего детства я играл на мриданге и хорошо пел. Когда я пришел, преданные пели «ванде гурох̣ ш́рӣ-чаран̣а̄равиндам». Я попросил разрешения подыграть им на мриданге. Они удивились, услышав такую просьбу от обычного деревенского парня, однако мридангу мне дали, и я стал играть. Это произвело на них большое впечатление.

В то время я был профессиональным певцом, но это другая история. Мой отец был очень известным профессиональным исполнителем вайшнавских песен, киртанов и т. п. Его очень хорошо знали в нашем округе и во многих других — именно у него я выучился многим песням. Когда он умер, мне было четырнадцать лет. Не все знают, что мой отец, будучи профессиональным певцом, возглавлявшим большую группу санкиртаны, получал деньги за свои выступления, необходимые для ее поддержания. Обычно он просил 200–250 рупий, что было по тем временам значительной суммой.

Дядины слезы

Однажды я застал своего дядю плачущим на веранде. Он был очень сильным человеком и умел хорошо драться на палках. Поэтому я удивился, увидев его в таком состоянии, и спросил, отчего он плачет. Дядя ответил, что только что позвонили и пригласили моего отца спеть на одном мероприятии, но звонивший не знал, что моего отца уже нет в живых. Этот звонок очень расстроил моего дядю и поверг его в печальные размышления. Он прибавил, что этот человек должен перезвонить, но дядя даже не представляет, кто мог бы спеть вместо моего отца. Я сказал, что выход есть, и он может ответить на приглашение утвердительно.

Дядя очень удивился. «Кто будет петь?» — спросил он. «Я, потому что я знаю эти песни», — сказал я. Дядя никогда не слышал, чтобы я пел. Он стал расспрашивать меня, как я смог научиться этим песням, ведь в ту пору я был слишком мал, чтобы слушать бхаджаны об играх мадхура-расы Шри Шри Радхи и Кришны. Отец не позволял мне петь такие киртаны, считая, что в столь юном возрасте мне их исполнять рано. Мне не разрешали даже слушать такие возвышенные песни. Но они меня очень влекли. Поэтому, когда отец уходил петь, я неизменно следовал за ним, и, спрятавшись где-нибудь в зарослях у рисового поля, слушал, как он поет. Порой у него было столько приглашений лишь из одной деревни, что ему требовалось не меньше месяца, чтобы откликнуться на все просьбы.

Я очень любил песни о Радхе и Кришне и благодаря прекрасной памяти, что у меня была в те годы, запомнил их наизусть. Кроме того, каждый день отец давал уроки пения нескольким ученикам, а я устраивался немного поодаль, делая вид, что читаю. Вместо того чтобы углубиться в книгу, я слушал его объяснения. Так я немного выучился профессиональному пению.

Я рассказал это дяде. Все еще удивляясь, он пригласил меня в дом спеть какую-нибудь «трудную» песню. Я исполнил ее от начала до конца и он, вновь расплакавшись, обнял меня. Печаль и сомнения покинули его, и теперь он был уверен, что сможет ответить человеку, искавшему моего отца: «Моего брата больше нет, но вместо него будет петь мой племянник».

Эти события происходили недалеко отсюда — примерно в тридцати километрах. Так меня в первый раз пригласили выступить в качестве профессионального певца. После этого я пел по многим деревням, имел большой репертуар и приобрел немало опыта и знаний.

Мое обещание

Когда я увидел садху и услышал их пение, то сразу почувствовал, что меня неудержимо тянет к ним, поэтому я стал приходить к ним как можно чаще. Они были всегда очень рады видеть меня. Они рассказывали о Кришне и Его преданных и как-то спросили меня, зачем я играю в футбол. «Лучше пойдем с нами, будем беседовать о духовном». До этого я никогда не общался с садху, но тут ощутил, насколько велика их любовь, и как сильно я привязался к ним. Так я забыл о футболе и вместо этого стал общаться с преданными. Вот так началось мое общение с садху.

Они стали учить меня, что наше тело — ничто; ум, этот мир, отец и мать — ничто, реален лишь один Кришна, а все остальное — материально и преходяще. Каждого человека ждет смерть и к этому моменту нужно быть готовым. Если вы рождаетесь, вы неизбежно умрете. Что с вами будет после смерти? Вы не знаете ее часа, и того, куда вас затем вынесет в круговороте рождений. Кто знает, может быть вашими следующими родителями станут собаки! Такой была их проповедь.

В те годы я был наивен и простодушен и потому верил всему, что говорили мне садху. Они имели на меня огромное влияние! Я в шутку спросил их, не возьмут ли они меня с собой? «Мы-то тебя возьмем, но пойдешь ли ты с нами?» — сказали они. И, полный воодушевления, я выпалил в ответ: «Конечно!»

Однако, опрометчиво пообещав садху, что отправлюсь вместе с ними, я пытался сделать так, чтобы этого не произошло. Но они очень хотели взять меня с собой. Садху восприняли мои слова всерьез.

После того, как я неожиданно для самого себя сказал «да» и согласился уйти с ними, мне стало неспокойно на сердце. Я никогда в жизни не лгал. Иногда мне кажется, что это — моя единственная добродетель. Я всегда исполнял свои обещания — а тут я дал слово садху!

Родившись в семье преданных и прочитав много вайшнавских книг, я знал историю Шри Нитьянанды Прабху. Его отец, связанный обещанием, отдал Его Мадхавендре Пури. Я знал эту историю, но все же пытался найти какой-нибудь предлог, чтобы остаться. Я думал, если садху не будут настаивать, мое обещание можно не принимать всерьез. Однако никто из них не сказал: «Нет, нет, оставайся, тебе нет необходимости покидать дом». Напротив, садху все время напоминали мне о том, что скоро я отправлюсь вместе с ними. Каждый день я приходил к ним, и они продолжали «промывать мне мозги». Я возвращался в амбулаторию, потом шел в больницу и, заливаясь слезами, терзался мыслями: «Как я все брошу? Ведь, обещав садху, я должен буду уйти с ними. Что мне придумать, чтобы остаться?»

Множеством способов я пытался мысленно выпутаться из этой ситуации, но вновь и вновь, слушая садху, я все более убеждался в неотвратимой необходимости совершенно иного решения: «Я должен идти!» Однако, всякий раз, возвращаясь в больницу, я пытался найти способ уклониться от исполнения обещания. У меня было много обязательств.

План освобождения

В конце концов я придумал уловку, вселявшую в меня последнюю надежду остаться. Мне казалось, что если я соглашусь пойти с ними при условии, что это произойдет сегодня же и ни в какой другой день, они не смогут меня взять, т. к. назавтра собирались провести в этой деревне большое празднество. Таким образом я избавлялся от всех обязательств. Я рассчитывал, что они ответят: «Ты пойдешь с нами завтра», на что я скажу: «Нет, завтра я не могу, я должен идти сегодня». Таким был мой план. Простосердечно полагая, что эта уловка принесет мне избавление, я изложил свое намерение садху. Их ответ оказался для меня полной неожиданностью. Они очень обрадовались моим словам: «Прекрасно! Этой же ночью ты пойдешь с нами». Так они увели меня.

Похищение ради Кришны

Мы отправились в два часа ночи, и в начале нашего путешествия нам пришлось пересечь реку у Нандагхата. В ту пору на реке не было ни единой лодки, и нам с садху — Джаядвайтой Брахмачари — ничего не оставалось, как перебираться вплавь. Джаядвайта Брахмачари был учеником Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура и жил в ашраме Шрилы Гуру Махараджа. Его и других преданных Шрила Гуру Махарадж отправил проповедовать в Нандагхат.

После нескольких часов пути мы подошли к окраинам города Навадвипа и остановились передохнуть. «Где же ваш ашрам?» — спросил я у Джаядвайты Прабху, и он показал рукой на скромное строение. В то время здесь был лишь небольшой домик из трех комнат. Вид его меня несколько разочаровал.

Я с юных лет читал «Рамаяну» и «Махабхарату», где описывались ашрамы Васиштхи, Вишвамитры и многих других мудрецов. Я хорошо помнил эти описания. Но ашрам, который я увидел, был совсем непохож на них. Это было самое обычное строение, ничем не привлекавшее взгляда. «Да, этот дом мал и скромен, — услышал я слова брахмачари, — но в нем живет великий святой». Хотя я и представлял себе нечто иное, но, как бы там ни было, я уже покинул деревню и назад пути не было. Я дал слово и поэтому должен был оставаться здесь.

В это время Шрила Гуру Махарадж, прогуливаясь по веранде, воспевал на четках святые имена. «Вот и наш Гуру. — Указал мне на него Джаядвайта Брахмачари Прабху. — Пойдем!» Мы поднялись на веранду, и Джаядвайта Брахмачари предложил Шриле Гуру Махараджу полный дандават-пранам, велев мне сделать то же самое. После этого Гуру Махарадж спросил: «Где ты нашел этого юношу?»

Джаядвайта Прабху в нескольких словах рассказал обо мне, добавив под конец: «Так этот мальчик сегодня пришел в наш ашрам». «Какой приятный интеллигентный юноша», — сказал Шрила Гуру Махарадж. Он подумал: «Если его как следует подготовить, он станет мощным орудием нашего общества».

«Можешь ли ты жить в ашраме?» — спросил он меня. Я удивился: «Почему этот садху задает мне такой вопрос? Я пришел, чтобы здесь остаться, стало быть, это окончательное решение. Зачем же он спрашивает, могу ли я жить в ашраме?» Тогда я так ничего и не понял, но ответил: «Да, могу».

Первый пост

Эти события происходили на Нарасимха-чатурдаши, день полного воздержания от пищи. До этого я никогда не постился. С тех пор, как я прошел формальную церемонию получения брахманского шнура, я соблюдал Экадаши и не ел в этот день зерновых. Но я никогда не голодал в течение целого дня. В Экадаши мы ели алу-дхам (простое картофельное сабджи) и кое-какие молочные продукты. Так что, и соблюдая Экадаши, мы ели прекрасные, разнообразные по вкусу блюда. Но тут мне говорят: «Сейчас Нарасимха-чатурдаши, и мы должны соблюдать полный пост».

Тогда я ничего не знал о Нарасимха-чатурдаши, а позади было несколько часов пути, и я очень проголодался. Поэтому я обратился к Джаядвайте Прабху: «Прабху, я очень хочу есть». «Сегодня день полного поста», — ответил он. «Я не должен вообще ничего есть?» — спросил я. Он сказал, что я могу съесть какой-нибудь фрукт. Но где его взять?

Неподалеку я отыскал дерево папайи. Джаядвайта Прабху сказал мне: «Можешь съесть один плод. Но сначала предложи половину Божеству, а затем съешь оставшееся».

В тот вечер, после Нарасимха-пуджи мне дали очень много алу-дхама, а на следующий день был великолепный пир со множеством прасада. Особенно вкусной была параманна (сладкий рис).

Через два дня из Нандагхата возвратилась основная проповедническая группа, и теперь казалось, что у меня здесь много друзей.

Я виделся со Шрилой Гуру Махараджем, и, к моему великому счастью, он очень привязался ко мне. Он искал какого-нибудь юношу, который в будущем мог бы стать Гуру. У Гуру Махараджа были определенные критерии: юноша должен был быть брахманом, иметь развитый ум, одним словом, обладать качествами, которые позволили бы ему достичь положения Гуру.

В то время Шрила Гуру Махарадж искал кого-нибудь, кого он смог бы подготовить к продолжению своей наставнической преемственности. После нашей встречи он решил меня испытать. Он позвал Шрилу Кришнадаса Бабаджи Махараджа и других своих друзей, и попросил их проверить меня. Все они очень хорошо отозвались обо мне. Среди них была Рама Диди, сестра Шрилы Гуру Махараджа, которая и поныне живет у нас в матхе[2]. Она все помнит. Она сказала Гуру Махараджу: «Да, думаю это очень хороший мальчик».

Шрила Гуру Махарадж спросил ее тогда: «Рама Диди, скажи, каким по-твоему человеком станет этот мальчик в будущем: плохим или хорошим?» «Я не могу сказать, каким он станет в будущем, — ответила Рама Диди, — но сейчас он производит очень приятное впечатление».

Сначала у меня были определенные сомнения относительно того, правильно ли я поступил. Я был совсем юн, но уже оставил дом и присоединился к Матху. Но, честно говоря, я поступил так вовсе не из-за преданности, а под влиянием эмоций. Сначала я чувствовал себя очень несчастным, но позже, когда я получил милость Шрилы Гуру Махараджа, мое настроение совершенно переменилось, и я стал ощущать необыкновенное счастье.

Примерно через месяц мы с Гуру Махараджем отправились в Миднапурский округ. В Миднапуре находится Матх Шрипада Джаджавара Махараджа. Тогда Шрила Гуру Махарадж собирался объявить, что, если он сможет меня подготовить, то я стану его преемником. Это намерение вызывало возражения со стороны брахмачари нашего Матха. Против был даже тот брахмачари, который объяснял мне «Бхагаватам». Раньше он был очень расположен ко мне и часто брал с собой. После того, как Шрила Гуру Махарадж выразил свое желание, все стали завидовать мне, и для меня наступило время постоянной борьбы.

Вскоре мы с Гуру Махараджем отправились из Миднапура в Пури, чтобы принять участие в празднике Ратха-ятры. У нас оставалось пятнадцать дней в запасе, и Шрила Гуру Махарадж отправил нас проповедовать в район под названием Ганджам. Когда мы закончили, брахмачари не захотел брать меня в Пури на Ратха-ятру. Шрила Гуру Махарадж очень рассердился. Он отправил брахмачари телеграмму с приказанием немедленно привезти меня. Мы приехали уже к началу Ратха-ятры и Шрила Гуру Махарадж сурово отчитал брахмачари: «Он пришел к нам только недавно и никогда не видел Ратха-ятры. Почему ты не захотел брать его с собой?» Такую отповедь получил тогда этот брахмачари.

В то время в Матхе существовало правило, согласно которому, прежде чем получить разрешение на посвящение, новичок должен быть прожить в Миссии не менее полугода. Но Шрила Гуру Махарадж нарушил это условие и дал мне посвящение в тот праздник Ратха-ятры. Он велел позвать меня и сказал: «Сейчас я дам тебе посвящение». Некоторые были против, выражая, однако, свое недовольство не прямо, а обиняками. Но Гуру Махарадж не придавал этому значения. Тогда, в Пури Дхаме он дал мне первое посвящение. Шрила Гуру Махарадж сказал мне: «Когда будешь воспевать [Святое Имя], делай это внимательно, а не думай, как бы уложиться в нужное время».

Служение в Матхе

Обычно я весь день работал. Я не знал, что такое усталость, и мне постоянно хотелось что-нибудь делать. Я не мог оставаться без работы ни секунды. Поэтому целый день я был чем-то занят. Мне казалось, что все время нужно что-то делать.

Если в матхе не было работы, я забирался на высокий бамбуковый флагшток. Я залезал на него, потом спускался, затем снова забирался. Я делал это после обеда, когда другие отдыхали или спали. Я в это время не отдыхал. Иногда я залезал на большое манговое дерево. В первый год после моего прихода в Матх, тут росло очень много манговых деревьев, и я с удовольствием забирался на них и ел манго, сидя на ветвях. Это вызывало опасения и недовольство окружающих, но я не боялся, ведь я вырос в деревне и поэтому не знал страха. Я и сейчас ничего не боюсь. Я всегда ощущаю, что Господь Шива со мной, охраняет меня.

В детстве я ходил по лесам, где водились тигры, медведи и другие опасные животные, но со мной ничего не случалось. Когда я жил в деревнях, я все время чувствовал некое покровительство Господа Шивы. Я ощущаю защиту Господа Шивы и поныне: чувствую, как он всегда заботится о своем сыне. Я появился на свет как дар Господа Шивы и благодаря этой особой удаче не знаю страха. Так начиналась моя биография.

Личный слуга Шрилы Гуру Махараджа

Шрила Гуру Махарадж избрал меня как своего личного слугу. Я совершал севу для самого Шрилы Гуру Махараджа, и он постоянно учил меня многим вещам. Через полгода или, может быть, немного раньше, Шрила Гуру Махарадж велел мне изучать санскрит у пандита, жившего в городе Навадвипе. Я ходил к нему каждый день.

Однажды, к своему удивлению, я встретил по дороге своего дядю. Хотя в то время я был брахмачари и носил шафрановую одежду, он сразу же узнал меня. «Ах, вот ты где! Мы тебя искали повсюду, но так и не смогли найти. А ты, оказывается, здесь, в Навадвипе». «Да, я здесь, — сказал я. — Я живу в матхе. Пожалуйста, приходи туда. Обязательно приходи. Меня можно найти там». «Где находится твой матх?» — спросил дядя. Я объяснил ему.

Это было ошибкой. Если бы я солгал, они бы не смогли меня найти, но я сказал правду: «Я живу в Шри Чайтанья Сарасват Матхе».

На другой день, около половины одиннадцатого утра, они пришли: мой дядя и двенадцать дюжих парней, в сопровождении каких-то пандитов, находившихся в то время в Навадвипе. В тот момент я чинил забор перед матхом. Неожиданно они схватили меня и стали насильно уводить, приговаривая: «А вот ты и наш, мальчик!» Они пытались утащить меня, а я громко кричал: «Помогите! Меня похищают!»

На мое счастье, в это время поблизости оказался один гвала (торговец молоком), который очень уважал Шрилу Гуру Махараджа и тоже старался ему служить. Его звали Ашвини Гхош. «Ашвини, они уводят меня!» — крикнул я ему. Ашвини подбежал и схватил одного из них за руки со словами: «Зачем вы трогаете этого парня?»

«Это наш мальчик, мы имеем полное право забрать его отсюда!» — отвечали они. Тогда Ашвини сказал: «Если это правда, то сначала сходите к Махараджу и поговорите с ним, а потом можете увозить своего родственника». Увидев, что гвала не робкого десятка и крепко сложен, похитители решили, что перед ними бандит. Многие гвала были в те времена разбойниками, а в этих местах было особенно много известных преступных кланов. Поэтому мой дядя и его друзья не решились применить силу — им пришлось идти к Гуру Махараджу и разговаривать с ним.

Шрила Гуру Махарадж сказал им: «Если вы сможете победить меня в споре, то забирайте вашего мальчика. Если нет — оставьте его в покое. Согласны?» Вместе с дядей, как мне помнится, было трое пандитов-ведантистов, и каждый из них считал себя великим ученым. «Ну, это мы быстро сделаем!» — подумали они и согласились.

Диспут состоялся на следующий день, и Шрила Гуру Махарадж без труда одержал победу. Еще два дня они предпринимали какие-то попытки, но всякий раз их усилия заканчивались провалом. Тогда им пришлось сообщить об этом моей матери, и когда она приехала, произошло еще много других событий.

«Этот юноша будет моим преемником»

В то время четыре или пять брахмачари пользовались в Матхе очень большим влиянием. Трое из них выделялись особо, и поэтому они ожидали, что Гуру Махарадж изберет следующим ачарьей нашего Матха кого-то из них. Но когда Шрила Гуру Махарадж объявил: «Этот юноша будет моим преемником», они начали оказывать мне скрытое противодействие.

В то время у нас было отделение в Калькутте, которое располагалось в доме Шрилы Бхактиведанты Свами Прабхупады. Шрила Свами Махарадж предоставил Шриле Гуру Махараджу две комнаты для проповеди. Он был единственным, кто сумел убедить Гуру Махараджа на время покинуть Навадвипу и приехать в Калькутту. Кроме того, были приглашены два пандита, чтобы учить меня грамматике, кавье, веданте и т. п. Сам Свами Махарадж тоже каждый день обучал меня разным вещам. Фактически, он и был моим учителем, и его уроки были самыми лучшими.

В тот год мы провели в Калькутте три месяца, потом три месяца во Вриндаване и еще три месяца в другом месте, все время переезжая из одного города или селения в другое. Моим главным учителем всегда был Шрила Гуру Махарадж, но где бы мы ни находились в своих путешествиях, он обычно находил для меня еще одного преподавателя.

Во Вриндаване меня обучал Вишвамбхар Бабаджи Махарадж. Это был очень хороший человек, настолько чудесный и замечательный, что мне даже не верится. Двадцать лет спустя мне случилось быть в Матхуре, и я узнал, что он еще здравствует. Я пошел его навестить. Увидев меня, Бабаджи Махарадж предложил мне полный дандават. Могу ли я сказать больше? Когда я увидел этого величайшего подвижника в дандавате, я был поражен несказанно. Все высоко почитали его как очень образованного бабаджи-пандита. Я, брахмачари, почтительно предложил ему свой дандават, он же в ответ простерся передо мной в полном дандавате. Я очень удивился и сказал ему: «Бабаджи, я ваш ученик, а вы — мой учитель. Зачем вы это сделали? Принимать подобные почести от вас — значит совершать оскорбление». «Хе, бабá! — ответил Бабаджи Махарадж. — Видя тебя, я чувствую, что передо мной Махапрабху и предлагаю дандаваты Ему. Хоть ты и мой ученик, твой вид так напомнил мне Махапрабху, что я не мог выразить почтения иным образом. Я не хотел быть причиной твоего оскорбления».

Я видел, каким смирением и терпимостью наделены все жители Враджа Дхамы, однако, дух отречения этого бабаджи не знал себе равных. Хоть он и был сахаджия-бабаджи, я чувствовал, что должен предложить ему дандаваты. Обычный этикет был на время оставлен. Как бы то ни было, мы — последователи Шрилы Сарасвати Тхакура. Путь того бабаджи, несомненно, немного отличался, но, поскольку я не знал всех его достоинств, то был обязан предложить ему свои дандаваты. Я выразил бабаджи почтение, но был чрезвычайно удивлен его ответом. Он был моим учителем, который признал во мне мальчика, учившегося у него двадцать лет назад.

Связанный любовью

По мере того, как шло время, Шрила Гуру Махарадж дарил мне все больше и больше своей любви. Откровенно говоря, в первую очередь, я был связан его любовью, а не сознанием Кришны. Именно его любовь и внимание помогли мне не сойти с пути сознания Кришны. До этого я много знал о Кришне, Махапрабху, Нитьянанде Прабху и Панча-таттве, ведь я родился в брахманской вайшнавской семье, где с детства слушал повествования об Их лилах. У меня была хорошая подготовка, но отнюдь не она явилась причиной того, что я остался в Матхе. Любовь моего Гуру Махараджа — вот, что было истинной причиной. Именно Шрила Гуру Махарадж возжег во мне искру сознания Кришны, и с того времени этот вдохновенный огонь во мне никогда не утихает, напротив, он еще больше разгорается.

Я всегда получал большую помощь и от его духовных братьев. Они были прекрасными вайшнавами и питали меня подлинным нектаром кришна-таттвы. Благодаря такому общению у меня никогда не возникнет желания выискивать в ком-то недостатки и обличать их. Сейчас мне приходится наблюдать столько ссор, взаимной ругани и оскорблений, но я прекрасно помню, как Шрила Гуру Махарадж всегда хвалил других вайшнавов и никогда никого не осуждал. Чтобы защитить нас и указать верное направление, он иногда что-то рассказывал о них, но делал это в очень уважительной манере. Поэтому возможность вайшнава-апарадхи с нашей стороны была сведена к минимуму.

Я получил неоценимую помощь со стороны духовных братьев и сестер Шрилы Гуру Махараджа. Время от времени повидаться с ним приходила сестра Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура, и она тоже давала мне свои благословения.

С самого начала моей жизни у лотосоподобных стоп Шрилы Гуру Махараджа в Шри Чайтанья Сарасват Матхе я находился под милостивым взглядом многих почтенных вайшнавов и вайшнави, и это я расцениваю как необыкновенную удачу и помощь в моем духовном продвижении.

 


[1] Землевладелец.

[2] Эта беседа состоялась в 1998 году.

 

 

Bound by affection

 

Bound by affection 2

 

Sri Sri Guru Gaurangau jayatah

Srila Bhakti Sundar Govinda Dev-Goswami Maharaj

My Coming to the Math

Sri Nrisimha Chaturdashi 1947

http://scsmath.org/trove2/boundbyaffctn.html

His Divine Grace
Srila Bhakti Sundar Govinda Dev-Goswami Maharaj
reflects on the events that surrounded his first days
at Sri Chaitanya Saraswat Math
at the lotus feet of His Divine Master,
Srila Bhakti Raksak Sridhar Dev-Goswami Maharaj.
This talk was given 50 years after the event, here at the Math.

 

Youth

My birth place was Bamunpara, known in former times as Brahmanpara, as you have seen when you visited there recently. I studied at the village school, and later went to school at Putsuri. Presently my father sold the property at Bamunpara and bought a new house in Rangpur, so we left this district to move there. My maternal uncle and his family lived in Rangpur. They were very wealthy and they invited my mother and father to settle there. At the time the political tension was building up to the inevitable division between India and Pakistan which eventually came in 1947. Then my father died in Rangpur and my family and I returned to my native Bamunpara.

The responsibility then came to me to support my family. In order to do so it was necessary for me to receive training and learn some kind of profession. So I went to train in a small charitable dispensary cum hospital. If it still exists I do not know. Doctors and nurses were in very short supply there—there was only one doctor and one nurse in attendance and then myself. At that time it was unwritten law that if you took training from a doctor for between five and ten years you would be accepted as a doctor in your own right. So, to this purpose I would go daily to two separate dispensaries, two kilometres apart from each other. In each place I would open the dispensary, whereupon someone would come and clean and prepare everything for the days work.

After the doctor came and was attending the patients I would take that opportunity for recreation and go to play football. This was my regular daily routine. Afterwards, sometimes I would go back to the hospital and sometimes back to the village of Nadanghat where I would stay at a big zamindar’s house. He was a big landlord and consequently also very rich. He and his family liked me. It is my good fortune that everywhere people liked me. Nadanghat is situated 12 km from Nabadwip and about 15 km from Bamunpara.

After playing football in the evenings I would relax with my friends and eat some supper, which often included channa (fried curd) and sak (spinach). Then together we would go back to that big zamindar’s house to read. In those days I would read novels, and at night I would often sleep in the reading room.

Drawn to the sadhus

One day a group of sadhus came from this Math, four or five of them. I first saw them at about 7:30 in the evening. They sang kirttans and then gave a discourse on Srimad-Bhagavatam. I was drawn to them. One of the sadhus appeared to be especially exalted. He had a very saintly body.

As he was giving a lecture about Srimad-Bhagavatam he reminded me of Srinivas Acharyya lecturing in the assembly of King Birhambir. Previously I had read much Vaisnava literature, and was familiar with the story of Raja Birhambir. He was a dacoit chief prior to becoming a disciple of Srinivas Acharyya. Have you heard of these events? Anyhow, that exalted sadhu appeared to be exactly like Srinivas Acharyya giving his discourse.

There were so many people there, maybe a hundred listening to his lecture. Sitting amongst them were three or four zamindars who were known to me, all of them dacoits. Although they were dacoits, nonetheless they were like grandfathers to me. I would constantly joke with them and tease them, and sometimes even chastise them very much, and they liked me for it. Somehow they relished my chastisement.

After hearing the very revolutionary lecture delivered beautifully by this brahmachari I was very impressed. It was not like the usual lectures given by roaming ‘goswamis’ and after hearing it, I was so attracted. So the next day I returned.

I had played mridanga drums from a very early age, and I was well able to sing songs, so I had some capacity in this way. When I arrived they were singing “Vande guroḥ śrī-charaṇāravindam” and I asked if I could join them and play the mridanga. They were surprised at my request as I was just a village boy, but they gave the mridanga and I played. They were very impressed.

At that time I held the position of a professional singer, but that’s another story. My father was a very famous professional singer of Vaisnava songs, kirttans, etc. He was very famous in that district and other districts also, and through him I inherited many songs. He died when I was fourteen years old. Not everybody knew that my father, being a professional singer leading a large sankirttan group, had to be paid in order to maintain it. He would ask 200–250 Rs, which was quite a lot at that time.

My uncle’s sadness

One day I saw my uncle sitting on the veranda crying. He was very strong and a stick fighter. Indeed he was a famous stick fighter, so it was very unusual for him to be in such a state. After seeing this I asked my uncle why he was crying. He then told me a call had just come for my father to sing at a particular function, but the caller did not know that my father had already passed away. That had touched my uncle’s heart and caused his sadness.

My uncle said that the person would call back but he had no one to sing in my father’s place. I told my uncle that there was a solution and he could take the call. He seemed surprised. “Who will sing these songs?” he asked me. I told him, “I can sing them.” My uncle had never heard me sing before and he asked me how I had come to know these songs, because at that time I was too young to hear the songs about the madhura-rasa pastimes of Sri Sri Radha-Krishna. My father would not permit me to sing such kirttans because my father thought me, at such a young age, to be unqualified. I was not even allowed to listen to songs of such a high type. Nonetheless, I was very much attracted. So, whenever my father would go to sing, I would follow him and hide in a nearby rice paddy field where I was able to hear him sing these songs. Sometimes it would take him a whole month to fulfil all the invitations in a particular village.

I was very much addicted to the songs of Radha-Krishna, and at that time my memory was very fresh and I was able to memorise every song he sang. Also, every day my father would give lessons to some students, while I pretended to read a little distance away. Instead of reading I would listen to him teaching. In this way I became qualified.

I explained this to my uncle. Although he was very surprised he called me to his house to sing a ‘heavy’ song. I sang it fully, and he cried again and embraced me. He now knew that he would be able to take the phone call and tell them, “Yes, my brother is not here, but my brother’s son will fulfil your appointment.”

It was so far away from here—about 30 km. In this way my first assignment as a professional singer began. After that I travelled to so many villages and sang so many songs. In this way also I was able to gain more experience and knowledge.

My first association

After having seen and heard the sadhus singing, I was naturally attracted and joined with them. They were very pleased with me. They told some Hari-katha and asked me why I was playing football. “Instead you should come with us and we will talk with you.” Until this time I had not mixed with sadhus, but I felt strongly their affection and became very attached to them. In this way I stopped playing football and instead began mixing with these devotees. This was the beginning of my association with sadhus.

They began to teach me that this body is nothing, the mind is nothing, this world is nothing, your father is nothing, mother is nothing—all is nothing, only Krishna is reality, and everything else is material and temporary. One day you will die, and you must be prepared for this moment. When you take birth, death must follow. After death what will you do? You do not know when death will come or where you will go. In the next life your father and mother may be a dog and a bitch—you do not know who will become your next father and mother. They preached like that.

As a young boy I was very simple hearted, so I believed everything the sadhus told me. They had such a big influence on me. I jokingly asked them if they would take me with them. They said, “Yes, we will take you, but will you go with us?” And I answered, “Yes!”

Having already promised the sadhu, “Yes, I shall go with you,” I tried to avoid so they would not take me. But they were eager to take me. They immediately accepted what I told them.

After my sudden, “Yes,” and agreeing to go with them I became very disturbed. I had not lied in my life. Sometimes I think that my only good quality was that I never lied. Whatever promise I made I must keep, and I had made a promise in front of the sadhus.

Coming from a Vaisnava family and having read many Vaisnava books, I was well aware of the story of Nityananda Prabhu. His father, on the strength of a promise, had given his son to Madhavendra Puri. I knew this story but still I tried to find some way to avoid the promise I had made to the sadhus. I considered that if the sadhus would tell me it was not necessary to go with them, then I would get relief. But they did not say, “No, it is not necessary to come with us.” Instead the sadhus were always washing my brain. Everyday I would come to the sadhus and they would brainwash me more. I would return to the dispensary, then the hospital and cry thinking, “Oh, how will I leave everything here? But I promised the sadhu so I must go with them. How can I avoid it?”

I considered in many ways, but again when coming to the sadhus I received more strength in the other direction: “Yes, I must go!” But each time on returning to the hospital I would try to think how to manage this burden. I had many commitments.

Plan for relief

Anyhow, finally I decided on a plan, which would give me one last chance to avoid going with the sadhus. I considered that if I modified my promise and tell the sadhus, “Yes, I shall go with you if you take me today, but not later,” then they would not be able to take me because the next day they were holding a big festival in that village. In this way I would be relieved of any commitment. I was expecting they would reply, “Tomorrow we shall take you.” I would then say, “No, tomorrow I cannot go, today I must go.” This was my plan.

In this way I was very simple and approached the sadhus with my statement. When I told them, their response was quite unexpected. They were very happy with my words and said, “Very good. This very night we will take you!” So that night they stole me.

Stolen for Krishna

It was 2 o’clock in the morning and our journey began by having to cross the river at Nadanghat. At that time of night there was no boat to cross the river, so, being taken by the sadhu, Jayadwaita Brahmachari, I had to swim the river with him. He was a disciple of Prabhupada Srila Bhakti Siddhanta Saraswati Thakur and he lived with Srila Guru Maharaj. Srila Guru Maharaj had sent him and the other sadhus to preach there in Nadanghat.

After some hours of walking we arrived on the outskirts of Nabadwip town and stopped. I asked that sadhu, Jayadwaita Prabhu, “Where is your ashram?” and he showed me a simple building. At that time here was only a small, three roomed building. I was a little disappointed.

From my childhood I had read the Mahabharat and Ramayan and the descriptions of Vaisistha’s ashram, Visvamitra’s ashram and many others. I knew these descriptions, but this ashram did not appear like those. Here was just a building, and I was a little disappointed. The brahmachari explained, “It is a small building, but a big, big sadhu is living within that building.” Seeing the building I did not get hearty happy feelings. But already I had come out from my village and I could not go back. I had committed myself, so I must stay.

At that time Srila Guru Maharaj was walking on the veranda chanting upon his beads. Then Jayadwaita Brahmachari Prabhu showed me: “He is our Guru. Come!” Then I went up to the veranda and Jayadwaita Prabhu gave full dandavat pranams and told me to offer full dandavats also. Then Srila Guru Maharaj asked, “Where did you find this boy?”

Jayadwaita Prabhu gave a little description, and finally said, “In this way this boy has joined your ashram today.” Srila Maharaj said, “Ah, this is a nice, intelligent boy.” He thought, “If I can prepare him, this boy can be a good weapon for our Society.”

He asked me, “Can you stay in ashram life?” I was surprised and thought, “Why is this sadhu asking me, ‘Can you stay?’ I have come to stay so it is already final, then why is this sadhu asking me, ‘Can you stay or not?’” At that time I had no idea, but I replied, “Yes, I can stay.”

First fasting

That was on Nrsimha Chaturdasi, a day of complete fasting. I had never fasted before. Ever since formally receiving the traditional Brahmin thread I had followed Ekadasi and never took grains on that day, but I had never fasted. Instead we would eat alu-dham (plain potato subji), and take some milk preparations on Ekadasi days. In this way we followed Ekadasi with very nice preparations which had a different taste. But here I was being told, “It is Nrsimha Chaturdasi, you will not be given anything at all to eat.”

At that time I knew nothing about Nrsimha Chaturdasi and having walked since the middle of the night I was very hungry, so I asked Jayadwaita Prabhu, “Oh Prabhu, I am very hungry.” To which he replied, “Today is a day of full fasting.”

I asked, “I cannot eat anything?” He told me that I could eat some fruit. But where could I get some?

I pointed out a papaya tree nearby. Jayadwaita Prabhu then said to me, “Yes, you can take one papaya. But you must give half to the Deity and the remainder you can eat yourself.”

That evening after Nrsimha-puja they gave me so much alu-dam, and the next day there was a very nice festival and much prasadam. Especially the paramanna (sweet-rice) was really tasty.

After two days the rest of the preaching party returned from Nadanghat, and it seemed I had already many friends here by now.

Srila Guru Maharaj had seen me, and it was my good fortune that he was very much attracted to me. He was searching for some boy who in the future could be like a Guru. He had a formula. The particular boy would need to be a Brahmin, intelligent, etc. with that potential to be like a Guru. At that time Srila Guru Maharaj was searching for someone to groom to continue his disciplic succession. When he saw me he tested me. He called Srila Krishna Das Babaji Maharaj and other of his friends, and asked them to also test me.

They each gave Srila Guru Maharaj a very good report about me. Amongst those was Srila Guru Maharaj’s sister, Rama Didi, who is still residing here at the Math [this was spoken in 1998—Ed.]. She remembers everything. Rama Didi said to Guru Maharaj, “Yes, I think this boy is very good.” Srila Guru Maharaj also asked her, “Rama Didi, you see this boy; will he be good or bad in the future?” Rama Didi said, “The future, I cannot say, but now he is looking good.”

In the beginning I was a little bit suspicious as to whether I had done wrong or right. I was a young boy and already I had made the step to leave home and join the Math, but that was done really by emotion, not devotion. At first I was very unhappy, but later when I got the mercy of Srila Guru Maharaj, I became very happy.

Anyhow, after about one month, we went with Srila Guru Maharaj to Midnapore District. Midnapore is where Sripad Jajavar Maharaj’s Math is. At that time Srila Guru Maharaj came close to declaring that if he can train this boy, he will become his successor. Then some friction came from our Math’s brahmacharis, even with that brahmachari who read Bhagavatam to me and who previously liked me very much and took me with him many times. Hearing Srila Guru Maharaj’s expression everyone became very envious and my fighting life started from that day.

From Midnapore we presently went to Puri with Srila Guru Maharaj for the Ratha Yatra programme. We had fifteen days in hand and Srila Guru Maharaj sent us to a district called Ganjam for preaching.

After that preaching programme, a particular brahmachari did not want to take me on to Puri for Ratha Yatra. Srila Guru Maharaj was very angry. He sent a telegram to him to bring me immediately. Actually, we only arrived on the Ratha Yatra day and Srila Guru Maharaj chastised that brahmachari: “He is a new boy and has not seen Ratha Yatra before. Why did you not want to give him a chance to see the Ratha Yatra?” In this way he heavily chastised him.

At that time the rule of the Math was such that a new man must stay at the Math for a minimum of six months before being considered for initiation. But Srila Guru Maharaj broke that rule and gave me initiation on that Ratha Yatra day. He called for me, then told me, “Now I shall initiate you.” There came some objection from the other side—not directly, but indirectly—but Srila Guru Maharaj did not care. He gave me first initiation on that occasion in Puri Dham. Srila Guru Maharaj told me, “When you will chant, chant attentively and not to think about checking about the time.”

Active days in the Math

The whole day I would be working. I was very restless by nature, and always felt that I must always be doing something. Without work I could not stay anywhere. So, the whole day I would work. I felt that I always needed to be doing something.

Here at the Math, if there was nothing to do, I would climb up the long bamboo flagpole. I would go up the flagpole, then come down, then again go up. I would do this in the afternoons while the others rested or slept. I would not rest at that time. On other occasions I would climb a big mango tree.

During the first year that I joined there were so many mangoes, and I would eagerly climb the trees and eat them while sitting on the branches. Everyone complained about me, but I had no fear, that is I was a village boy—fearless. And still I am fearless. I always feel that Lord Shiva is with me, giving me protection.

As a youth I went into the forests where there were tigers, bears and many other dangerous animals, but I would pass through those forests happily. When I was living in the villages I always felt that I had Lord Shiva’s protection like that.

Still now I always feel the protection of Lord Shiva; that he is always looking after his own son. I was born by a boon from Lord Shiva, and because of this special opportunity I am a fearless person. Such is the beginning of my life history.

Srila Guru Maharaj’s personal servitor

Srila Guru Maharaj took me and gave me his own personal seva. I did all the personal seva of Guru Maharaj, and he constantly taught me many things. After about six months, a little less maybe, Srila Guru Maharaj arranged for me to study Sanskrit with a pandit who was living in the town of Nabadwip, and I would go there every day. Then suddenly one day I saw my uncle on the road. He recognised me. Even though at that time I was a brahmachari in saffron cloth, he immediately recognised me. “Oh, here you are, we have been searching for you in many places but could not find you, and here you are in Nabadwip.” I said, “Yes, yes, I am here. I am living in the Math. Please come to the Math. Please, please come! I am there.” But he asked me, “Where is your Math?” and I told the truth.

That was my mistake. If I had told a lie then they could not have traced me, but I told the truth: “I am living in Sri Chaitanya Saraswat Math.”

The next day at about 10:30 a.m. they came, twelve giants and my uncle, accompanied by some pandits also. They were staying in Nabadwip at that time. When they came I was putting up a fence in front of the Math, and they took hold of me and tried to take me away by force saying, “Oh, here is our boy.” They were trying to take me and I was shouting loudly, “Oh, they are taking me! They are taking me!” Thankfully at that time one big goala (milkman caste) was there who had much respect for Srila Guru Maharaj and used to serve him also. His name was Ashwini Ghosh. I appealed to him, “Ashwini, they are taking me from here!” And Ashwini came and tackled them: “Why are you taking this boy?”

They responded, “This is our boy, why can we not take him?” Then Ashwini replied, “If this is the truth, you must first go to Maharaj and tell him, then take your boy.” They noted that the goala was very strong and quite probably a dacoit. Many of the goalas here at that time were dacoits. Especially in this area there were many famous dacoit families, and everyone knew it. So my uncle and his friends could not apply force but had to go to Guru Maharaj and talk with him.

Srila Guru Maharaj said, “If you can defeat me then you can take your boy, but if you cannot defeat me then you must leave your boy. All right?”

There were perhaps three Vedanta pandits, and they were each thinking themselves to be great pandits. They thought: “Yes, it will be no problem,” and agreed. They returned the next day, and were easily defeated by Srila Guru Maharaj. They again tried for two more days but each time they were defeated. So they could not take me and had to give this news to my mother. Then my mother came here, and in this way many things happened.

“This boy will be my successor”

At that time at the Math four or five of the brahmacharis were very powerful. Three of them were particularly qualified and expected that one of them would be chosen to be the Acharya of this Math after Guru Maharaj. But when Srila Guru Maharaj declared that “This boy will be my successor,” they all began to fight with me.

At that time we had a branch in Calcutta at Srila Bhaktivedanta Swami Maharaj’s house. Srila Swami Maharaj had given two rooms to Guru Maharaj for preaching. He was the only one who was able to inspire Srila Guru Maharaj to leave Nabadwip and come to Calcutta. Arrangements were also made there with two pandits for me to study grammar, the kavya, Vedanta, etc. Every day Swami Maharaj would also directly teach me many things. Actually Srila Guru Maharaj was my teacher, and his learning was beyond compare.

That year we stayed there for three months, then Vrindavan for three months and somewhere else for another three months, thus always travelling to different places. All the time my main teacher was Srila Guru Maharaj, and wherever we went Srila Guru Maharaj would always engage a further teacher for me. In Vrindavan my teacher was Visvambar Babaji Maharaj. He was a good, a very good babaji. I cannot believe how good he was. Twenty years later I happened to be in Mathura and heard that he was still alive, so I went to see him. That Babaji Maharaj after seeing me gave full dandavats to me. What more can I say? I was so surprised and astonished when I saw that great, great babaji.

Everyone respected him as a highly qualified pandit babaji. I had given brahmachari dandavats to him through courtesy, but he gave full dandavats to me in return, to which I was surprised and said to him, “Babaji, I am your student, you are my master. Why have you done this? I feel it an offence to take such respect from you.” Babaji Maharaj replied, “Je, baba! Seeing you I am feeling that it is Mahaprabhu in front of me and I paid dandavats to Mahaprabhu. You may be my student, but seeing you brought such remembrance to me of Mahaprabhu that I could offer nothing less. It was not to make offence to you.”

I have seen how humble and tolerant all the people are in Vraja Dham. They tolerate so much, but this babaji had an exceptionally renounced mentality. Even though he was a sahajiya-babaji my feeling was to give him dandavats. At that moment the customary etiquette had been temporarily lifted.

Anyhow, we are followers of Srila Saraswati Thakura. That babaji’s path was a little different, no doubt, but I did not know how qualified he was, so I must pay dandavats to him. In this way I gave respect to that babaji, but I was very much surprised to see his behaviour. He was my teacher and he recognised me as his boy student from twenty years before.

Bound by affection

As time went by Srila Guru Maharaj gave more and more affection to me. Actually I was bound by his affection, not at first by Krishna consciousness. It was only his affection and attention to me that gave me the super-opportunity to stay in this line of Krishna consciousness.

Previously I knew so many things about Krishna, Mahaprabhu, Nityananda Prabhu and Pancha-tattva because I was born in a Brahmin Vaisnava family where such discussions were always taking place. I had some good background, but that was not the cause of my staying at the Math. The cause was the affection of my Guru Maharaj. After entering into the Krishna conscious environment it was Srila Guru Maharaj who gave me inspiration, and since then it has always grown, not decreased.

I also received much help, too, from his Godbrothers. They were very nice and they always gave me some substantial ‘food’ of the Krishna conception. Through that I have the opportunity not to criticise or abuse anyone. Today I see so much criticism and abuse of others, but Srila Guru Maharaj always praised other Vaisnavas and never criticised. For our protection and guidance he would sometimes give some information about them, but in a very honourable way. So the chance for me to make offence to the Vaisnavas was very much reduced.

I received so much help from his Godbrothers and Godsisters, and from time to time Srila Bhakti Siddhanta Saraswati Thakur’s sister would also come to meet Srila Guru Maharaj, and she would also give her blessings.

It was very helpful for me that the merciful glance of so many gentleman and lady Vaisnavas came to me from the very beginning of my life under the lotus feet of Srila Guru Maharaj here at Sri Chaitanya Saraswat Math.

 

← Шрипад Данди Махарадж в гостях у рижской ятры 3 декабря 2017 года ·• Архив новостей •· Мини фестиваль VEDALIFE – ДОМАШНИЙ УЮТ! в Риге 2 декабря 2017 года →
Главная | Миссия | Учение | Библиотека | Фотогалерея | Контактная информация
Пожертвования